Шула ПРИМАК | Биенале — шмиенале

1

Ананасы под попой, ананасы под попой! Удивительно странно, искристо и остро! (так, возможно, начал бы свою знаменитую "Увертюру" Игорь Северянин, осчастливленный перформансом, на котором побывала автор этих строк)

 

В одну из московских зим позвал меня приятный во всех отношениях друг на открытие выставки широко известной в узких кругах художницы и скульптура. В весьма крутую галерею в центре. Где будет весь цвет города. Ну, я нарядилась, как положено, в радикально чёрное, нацепила бусы авторской работы в виде разноцветных пуговиц, нанизанных на бечевку, и приехала, полная предвкушения. Спутник мой встретил меня у гардероба, помог снять шубку, сдержанно восхитился бусами и повёл меня в зал.

В зале вправду сновал весь бомонд первопрестольной с бокалами в руках. Взяла я у официанта бокал. Прошла, раскланиваясь, сначала по периметру, а потом по диагонали. Потом ещё раз. Когда я стала заходить на третий круг, спутник мой ловко и незаметно подтолкнул меня к центру зала. В центре зала, в ёмкости, наполненной водой, плавали фрукты. Условно говоря, ананасы. На потолок проектор проецировал бесконечно повторяющиеся клип, в котором голая дистрофичная девушка с экземой топила ананасы в ёмкости, садясь на них попой. Раз в несколько минут из динамиков, расположенных по углам зала, раздавался бой часов и аплодисменты. Присутствующие счастливо ахали.

— Тебе нравится? — спросил мой спутник.

—  Ну, — робко ответила я, — мне не очень понятна задумка автора.

Спутник мой коротко вздохнул, взгляд его затуманился нежностью и печалью, и потрепал меня по щеке таким окончательным ласковым жестом, каким треплет добрый ветеринар симпатичного котика, которого принесли усыпить.

Не только воображение автора способны потрясти ананасы, беспощадно утопленные попой дистрофичной девушки с экземой

Потом он принёс нам ещё по бокалу и в течение двадцати минут объяснял мне, что это за нафиг такой. Говорил он горячо, употреблял каждые десять секунд слово "протест", каждые сорок секунд — "самовыражения", раз в минуту — "травма". Спутник мой был хорош собой, высок и сероглаз, у него были высокие скулы, красивые, чётко очерченные губы, и татуировка на шее. Так что мне было абсолютно все равно, что он говорит, тем более, шампанское разносили бесперебойно. Но над моей головой гигантская голая девица бесшумно ползла по потолку, топя раз за разом беззащитные ананасы пятнистой от кожного заболевания задницей. Выносить это было невозможно. Я попросилась покурить, забрала шубу, поймала такси и уехала к друзьям, которые готовы прощать мою нелюбовь к современному искусству.

У меня вообще плохо складываются дела с пониманием чужого внутреннего мира. Однажды в знаменитом музее Бурда в Баден-Бадене я случайно села на арт-объект, который выглядел как раненый пластиковый стул с генетическими отклонениями. Винить меня не за что, в этом музее экспозиция расположена где попало, в том числе в кафе и лобби, и не везде снабжена пояснительными табличками. Так что на мою ошибку мне указала фрау из кафетерия.

В другой раз я облажалась, селфясь в очень известном музее современной живописи и скульптуры с межзальной перегородкой. Перегородка была сделана из пористого материала, и покрашена разными красками, матовыми, блестящими, выпуклыми и впуклыми. Мне показалось, что это произведение искусства, тем более, к нему были приторочены отличные таблички, правда на финском и китайском, но очень солидные. Таблички, как потом оказалось, призывали соблюдать тишину. Такой вот пердимонокль произошёл. Селфи на фоне перегородки смотрелись, кстати говоря, прекрасно.

Так что ценитель из меня не очень, признаюсь честно. Не различу я три мотка проволоки, лежащей в углу зала и являющиеся метафорой запутанности мира, от трех мотков проволоки, забытых электриком. Не увижу никогда разницы.

Дело моё швах, понимаю. Но как все же хорошо, что в музеях до сих пор выставляют арт-объекты и экспонаты на любой вкус. Терпение и труд все перетрут. Придет день и даже я научусь различать в утоплении ананасов попой и протест, и самовыражение. Травму же увидела, чего тут скрывать.

Но пока вынуждена заметить, что арт-объекты, как и люди, либо произведения высокого искусства, прекрасные и удивительные, либо просто мешок мусора. Даже если на табличке написано иначе, мешок мусора им и является. Ничего не поделать. Факт остаётся фактом.

О современном, прости Господи, искусстве

Напоминаем: позиция авторов рубрик "Автограф" и "Колумнистика" может не совпадать с мнением редакции.

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Браво автору! Приятно осознавать, что ты не одинок в своём восприятии псевдоискусства.

Добавить комментарий