Те же и Катар

0

Открывшийся 5 января в саудовском городе Аль-Ула саммит Совета взаимодействия государств Персидского залива ознаменовался очень значимым для Ближнего Востока событием: после трех с половиной лет бойкота и блокады Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет подписали соглашение об урегулировании отношений с Катаром

Давид ШАРП

Посредником, в процессе выступили Кувейт и США, в частности, зять Трампа Джаред Кушнер. На данный момент создается устойчивое впечатление, что верх в этом очень жестком раунде одержал Катар.

Помимо разрыва всех отношений блокада включала в себя прекращение наземного сообщения между СА и Катаром и запрет на пролет катарских самолетов через воздушное пространство перечисленных стран. Все это очень осложнило жизнь маленькому государству, но критическим фактором не стало: с огромными доходами и накопленными резервами Катара неудобства от блокады оказались решаемыми проблемами. Вот если бы на месте Катара была страна с меньшим запасом прочности…

Корень разногласий между Катаром и его соседями по побережью Персидского залива и Ближневосточью состоит в том, что катарский эмир Тамим бин-Хамад аль-Тани является активным, хоть и умеренным сторонником движения "Братья-мусульмане", тогда как в СА, ОАЭ, Бахрейне и Египте его считают опаснейшей угрозой. Добавим к этому деятельность прописанной в Катаре телекомпании "Аль-Джазира", которую перечисленные страны считают подрывной, — и вот вам достаточно причин для конфликта. Следствие поддержки эмиром "Братьев-мусульман" — тесная дружба Катара с Турцией, чей лидер Реджеп Тайип Эрдоган фактически представляет это движение. Катар, спонсируя Анкару в ее агрессивных проектах в регионе, опосредованно воюет с ОАЭ в Ливии. И это лишь один из примеров. Помимо Турции, у Катара относительно прочные отношения с Ираном, что также не нравится его оппонентам.

Собственно, Иран находится во главе шкалы саудовских приоритетов, о чем во время саммита заявил фактический правитель королевства принц Мохаммед бин-Салман: "Ядерные разработки Ирана, его ракетная программа, подрывная деятельность иранских марионеток – вот самые насущные проблемы, стоящие перед регионом".

Бин-Салман лично встречал у трапа самолета и принял в объятия своего заклятого врага — эмира аль-Тани, которого он на самом деле, наверное, был бы рад придушить. Еще летом 2017 года, когда блокада Катара только началась, появилась информация о том, что саудовцы всерьез взвешивают возможность решения проблемы силовым путем. Вполне вероятно, что от такого исхода аль-Тани спасло лишь заступничество американцев. Напомню, что США являются близкими союзниками всех участников конфликта. Более того, именно в Катаре находится крупнейшая в регионе американская военная база. В упомянутом 2017-м еще в разгаре была приоритетная для США военная операция против ИГ, и это стало дополнительным фактором недовольства Вашингтона ведомым саудовцами демаршем.

По ходу противостояния в Эр-Рияде даже взвешивали такой чисто восточный грандиозный проект, как… отделение Катара от суши каналом. Правда, при отсутствии наземного сообщения с эмиратом прорытие канала стало бы излишне затратным предприятием, лишенным практического смысла. Саудовские источники даже озвучивали информацию, согласно которой в канал планируется сбрасывать – подумать только! — ядерный мусор. Но это уж слишком смахивало на откровенный блеф.

Несмотря на экономический запас прочности, союз с Турцией и полученное от Ирана право на пролет гражданской авиации над своей территорией (теперь части данной статьи дохода Иран, видимо, лишится), Катар в сложившихся обстоятельствах чувствовал себя очень неуютно. Время шло, и блокада создавала угрозу нормальному проведению запланированного на 2022 год в Катаре чемпионата мира по футболу (право на проведение которого было получено, мягко говоря, не самым честным путем). Это, видимо, стало для правителя эмирата дополнительным стимулом к компромиссу.

Что касается Мохаммеда бин-Салмана, то он, вероятно, решил, что брутальный прессинг себя на данный момент исчерпал. Но главное даже не это: наследник саудовского престола очень опасается прихода к власти Джо Байдена и поэтому желает задобрить будущую администрацию. Примирение с таким американским союзником, как Катар, — один из напрашивающихся шагов. С администрацией Трампа у бин-Салмана сложились прекрасные отношения, несмотря на ведущуюся саудовцами войну в Йемене с ее многочисленными жертвами среди мирного населения, а также убийство оппозиционного журналиста Джамаля Хашогги в 2018 году в Стамбуле. Тот случай наряду с другими нарушениями прав человека в королевстве Саудов переполнил чашу терпения не только большинства демократов, но и многих республиканцев, и если бы не Трамп, у бин-Салмана были бы большие проблемы. Теперь же он пытается подстелить соломку загодя. Согласно многим оценкам он, несмотря на всю полноту власти, все еще чувствует себя не вполне уверенно — по крайней мере, до официального восхождения на престол вместо своего больного престарелого отца, который не почтил своим присутствием саммит в Аль-Уле.

Кстати, из стран, не окружающих Персидский залив, в мероприятии участвовал министр иностранных дел Египта, президент которого Абд эль-Фатах ас-Сиси до сих пор считал Катар и канал "Аль-Джазира" отъявленными врагами — в частности, за поддержку "Братьев-мусульман" и вмешательство в ливийские дела.

Возвращаясь к желанию бин-Салмана наладить отношения с будущей вашингтонской администрацией, будет любопытно узнать, не приберег ли он на этот случай и нормализацию отношений с Израилем. Однако ему трудно решиться на это, пока жив отец.

Кстати, Израиль поддерживает довольно тесные отношения с Катаром, что находит свое выражение в финансировании, выделяемом эмиратом сектору Газы. Не исключено, что теперь произойдут какие-то подвижки и в данном направлении, особенно если надавят американцы. Что же до эмира Катара, то до сих он был последовательным противником полной нормализации отношений с еврейским государством.

В отличие от саудовских коллег, по крайней мере, внешне излучавших оптимизм, представители ОАЭ в своих высказываниях были гораздо осторожнее. Несмотря на объятия в аэропорту, глубокие противоречия между Катаром и остальными участниками форума вряд ли исчезнут: трудно поверить, что Тамим аль-Тани откажется от связей с "Братьями-мусульманами", Турцией и Ираном. Разве что редакционная политика "Аль-Джазиры" станет более благоприятной для новых партнеров – читай, недавних врагов. Время покажет, но не исключено, что в обозримой перспективе нас ждет новая волна этого весьма специфического ближневосточного противостояния.

"Новости недели"

Израиль и ОАЭ будут дружить банками

Добавить комментарий