То, что видится…

0

Фотохудожница Эстер Эпштейн стремится не просто запечатлеть, осознать-построить композицию кадра. Ее умная камера следует за загадкой, которая манит и тревожит. Очарованность  многоцветием  мира делает  фотоработы особенно поэтичными

Инна ШЕЙХАТОВИЧ

Фото: Борис Равич

«То, что видится издалека, мы не видим вблизи…». Слова из израильской песни. «Дварим шероим  мишам…». Мы переводим их на русский с учетом природы и логики другого языка. Суть почти неизменна. «То, что видится издалека…», — так я перевожу название  фотовыставки Эстер Эпштейн.

Эта выставка развернута сейчас в Аудиториуме имени Пинхаса и Шушаны Сапир в Кфар-Сабе.  Здание Аудиториума гранитным штрихом, потоком  стекла и бетона вписано в зелень кустов, травы, лазурь неба.  Городской шум здесь стихает. Гаснет. В выставочном пространстве  нам открываются фотографические работы. Павильон имеет вид колбы, в которой бушуют, звучат, хранят молчание фотографии. Каждая – новелла о близком и далеком. О непонятном. Близкое здесь – понятие чисто географическое. Непонятен, незнаком весь отпущенный нам пейзаж.

Я выражаюсь нелогично? Вовсе нет. Мир одинаково сложен и интригующ вне зависимости  от того, с какого расстояния мы его наблюдаем. Думаю, именно это и имел в виду Есенин, когда высказал свое «лицом к лицу лица не разглядеть…». Интересно, что драматургия, театр исследований и размышлений Эстер Эпштейн понятнее и поразительнее, когда вот так развернута большая экспозиция. Темы, образы  выстраиваются в стройный рассказ, монолог, исповедь.  Далекие страны,   люди из далеких стран. Люди – они и есть  самые далекие, неведомые  страны.

Глаз выхватывает детали, конструирует общую картину. Вот на одной стене, рядом четыре три фото. Черно-белое: ортодокс в обществе двух своих теней, идущий по квадратам каменной мостовой…

Девушка, скрытая книгой,  строго и взыскующе устремившая взгляд в небо…

Молодая женщина, темнокожая,  красивая, в экзотической одежде, с велосипедом и с малышом за спиной …

Актер,  тонкий мудрый Исаак Пекарь, который так глубоко вжился в образ маленького еврея Менделя-букиниста…

Люди, судьбы, достаточно замкнутая среда обитания каждого в отдельности – и громадный спектр отпущенных нам времен, идей, ощущений.  Рифма всех и всего в единой строфе стихотворения. Творения. Так или иначе, фотохудожница Эстер Эпштейн стремится не просто запечатлеть, осознать-построить композицию кадра. Ее умная камера следует за загадкой, которая манит и тревожит. Очарованность  многоцветием  мира делает  фотоработы особенно поэтичными.  Подсказывает метафору, определение.   «То, что мы видим, то мы и есть», — так сказал Эрнст Хаас, один из родоначальников цветной художественной фотографии. Фраза кажется  банальной, общим местом. Но на самом деле как музыкант не может спрятаться за музыку, он виден, его личность проступает из каждой ноты, каждого пассажа, так и фотохудожник не может раствориться  в объектах съемки. Спрятаться за образ и линию. Доброта к людям,  требовательность к себе – это  очень заметно и важно, именно с этими качествами   можно сказать свое слово в искусстве.

Одна из самых личных,  очень любопытных тем–идей Эстер, это окна. Окно – как рама. Ограничение. Как символ дома и души. Окно – препятствие и оно же инструмент. Мир – окно. Окно – акцент и авторский знак… Многим фотоработам именно окно придает глубину.  Дети в окне. Лицо в маске в окне – как формула пандемии.

А вот уже просторы, горизонты, игра света. Пейзаж с сухими изломанными ветвями – как ответ сюрреализму, диалог с современной живописью. И тут же   почти жанровая сценка: огромный медведь несет пойманную рыбешку, а птица рядом раскинула крылья и будто  отчаянно кричит…

Искусство не имеет  верхней и нижней границы. Короны мастеров не подразделяются на золотые и деревянные.  Почести и титулы – условность. Главное – двигаться вперед, постигая.  Обогащать  мир эмоциями и наблюдениями. Обладатель «Оскара» не менее важен, чем  тот, кто запечатлел одно лишь уникальное явление сердечного движения.  Участник биеннале в Венеции так же выражает себя,  как азартный рисовальщик граффити…И время, всесильное и всевластное время¸ дает всему оценку. Вбирает в себя созданное нами. Многое одушевляет. Собственно, время – это мы…

Об этом думала я, присутствуя на торжественном открытии  фотовыставки Эстер Эпштейн.  Гостей было много. Друзья, коллеги, фотографы из разных городов страны. Из разных фотоклубов. Мэр города Кфар-Саба господин Рафи Саар сказал теплые и уважительные слова. В нашей ситуации, когда культура, искусство не занимают, не могут занимать высокие позиции в социуме (так, по крайнее мере, оно выглядит  сегодня, судя по СМИ, приоритетам правительства и тд), появление главы города на культурном мероприятии вызывает огромное уважение.

На открытии также присутствовали Сами Сомех, представитель Израиля в Американской ассоциации фотографии,  и Моше Леви,  председатель Израильской ассоциации фотографов. Моше Леви  вместе с мэром, Рафи Сааром, вручили  фотографам дипломы и медали, которых они удостоились в последнее время, когда общение было затруднено. Но — к нашей гордости и радости – фотомастера Израиля продвигаются вперед оень хорошо. Об этом Эстер Эпштейн говорила на открытии в самом финале вечера. Она была растрогана и взволнована. Надо сказать, что это ее первая персональная выставка. Совсем недолго доктор, очень занятой, уважаемый, опытный глазной хирург Эстер Эпштейн серьезно занимается фотографией. Ищет свой сюжет, собственные изобразительные средства. И успехи, результаты поиска очевидны: на ее счету уже много премий и медалей  престижных международных конкурсов.  Эстер Эпштейн получила право быть полномочным представителем  Израиля в  FIAP (Fédération Internationale de l’Art Photographique, Международная федерация фотографического искусства).

Выставка в Аудиториуме открыта до конца августа. Хотите узнать, увидеть, ощутить нечто новое и яркое – приходите. И еще. Слова особой благодарности следует сказать здесь уникальному человеку, рыцарю фотоискусства, фотохудожнику, обладателю многих престижных наград,  теоретику, создателю авторитетного фотоклуба в Нетании (дай Бог,  чтобы городские власти нашли для клуба помещение, взамен того,  которое отняли…) Борису Равичу. Его вдохновенная энергия, знания и вкус многое внесли в искусство фотографии страны. И в эту выставку тоже вложивший свой труд.

И последнее, о чем я  должна сказать: фотография –вещь грандиозная. Доступная немногим.  Открытая всем. Не забывайте об этом, друзья.

Фотография на троих

Добавить комментарий