ЧП в Наби-Мусе: как это могло случиться?

0

Гибель двух командиров рот спецподразделения "Эгоз " — майоров Офека Аарона и Итамара Эльхарара — стала не просто одним из самых трагических за последние годы инцидентов, связанных с так называемым "дружественным огнем". В данном случае особенно удручает, что нет никаких, даже приближенных к разумным объяснений случившемуся

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Давид ШАРП

 

"Эгоз " имеет условно батальонный статус, это одно из трех, наряду с "Дувдеваном " и "Магланом", подразделений, входящих в 89-ю бригаду коммандос "Оз ", командует им офицер в звании подполковника. В 2015 году перечисленная троица, а также ныне расформированный "Римон " были сведены под одну "крышу". То, как это произошло, особенно присоединение к бригаде "Дувдевана" — до того момента почти исключительно антитеррористического подразделения, заточенного на действия в Иудее и Самарии, — вызвало в армии неоднозначную реакцию. Сегодня бригада коммандос – отборнейшее подразделение Сухопутных войск, подпадающее под определение сил специального назначения. Чтобы служить в подразделениях "Оз", надо пройти серьезный конкурс, в оснащение бригады и подготовку бойцов вкладываются огромные ресурсы, несравнимые с теми, что получают другие линейные пехотные и, тем более, резервистские бригады. Чего стоят хотя бы регулярные учения "Оз" за границей…

Среди основных задач бригады – автономные действия малыми группами во вражеском тылу на протяжении длительных временных отрезков. Это подразумевает отход от шаблонов и инициативу даже на самом низовом уровне. Действительно, как же иначе, если твоя группа (аналог взвода в силах особого назначения) или рота выполняет задачу на вражеской территории в отрыве от основных сил в течение нескольких дней? Нельзя исключить того, что именно эта справедливо культивируемая в подразделениях такого рода самостоятельность косвенно поспособствовала трагедии. Как нельзя забывать, что инициатива – не замена тактической дисциплины, а лишь служит дополнением к ней.

Что же произошло?

К вечеру 12 января подразделение "Эгоз " завершило очередные учения на полигоне вблизи Наби-Мусы. Это пустынная гористая местность неподалеку от шоссе, ведущего из Иерусалима через Маале-Адумим к Мертвому морю. База находится за "зеленой чертой", в ее окрестностях обитает немало бедуинов, которые, в отличие от своих соплеменников на севере и юге, не имеют израильского гражданства. Многие из них промышляют воровством, в том числе оружия и боеприпасов, у тренирующихся поблизости частей ЦАХАЛа.

За день до трагедии в одной из групп "Эгоза " пропала каска с закрепленным на ней прибором ночного видения (ПНВ). На момент написания этих строк принята версия, по которой каска была украдена бедуинами, хотя озвучивалась и возможность ее потери. Так или иначе, утрата дорогостоящего ПНВ влечет за собой расследование военной полиции и в зависимости от результатов может иметь серьезные последствия для виновных, в том числе и командиров. От себя добавлю, что если ПНР был украден, то подобному, несмотря на крайне проблематичные правила открытия огня по проникающим на военные базы ворам, нет никакого оправдания. Это означает, что ПНВ, скорее всего, валялся без присмотра.

Неудивительно, что офицеры подразделения были крайне раздражены, если не сказать, взбешены случившимся. И после 22:00 три опытнейших командира рот с высокой репутацией, которым светило блестящее продолжение карьеры, решают выйти за пределы палаточного лагеря подразделения, дабы отловить тех, кто постоянно порывается красть оружие, боеприпасы и, вероятно, несет ответственность за пропажу ПНВ.

Как рассказал журналистам командующий Центральным округом генерал-майор Иегуда Фукс, офицеры, взявшие с собой одного бойца, кого-то в лагере предупредили о своих планах, но…

Аналогичная идея пришла в голову и командиру одной из групп "Эгоза" — старшему лейтенанту Н. Он, предупредив кого-то из солдат, вышел за пределы лагеря в одиночку, что вызывает еще большее недоумение. Ни он, ни первая группа о выходе друг друга не знали.

На этом-то этапе и были нарушены самые базисные армейские нормы. Как уже было сказано, все происходило в темное время суток за пределами "зеленой черты", в местности, где орудуют похитители оружия и боеприпасов, и есть террористическая активность. Попытка задержать или нейтрализовать здесь кого-либо с применением оружия вполне подпадает под определение оперативной деятельности, которая даже в частях, где командиры склонны действовать не по шаблону, должна носить упорядоченный характер. Другими словами, офицеры могут отправиться на подобную операцию за пределы лагеря исключительно с разрешения старшего командира и (или), уведомив оперативного дежурного, а также с соблюдением определенных стандартов, о чем речь пойдет ниже. В части обязана быть некая инстанция, через которую проходят подобные инициативы, сколь уместны они бы ни были. В противном случае речь идет о самой настоящей партизанщине со всеми вытекающими последствиями.

Как выяснилось позднее, четверка, в которую входили три командира рот, взяла с собой оружие и ПНВ, но не надела каски. И дело даже не в том, что это важный элемент защитного снаряжения: каски могли стать индикатором для опознания при неожиданном контакте, ведь ни воры, ни террористы защитных шлемов не носят.

Четверка, вооруженная приборами ночного видения, с дистанции в 250-300 метров обнаружила одинокого человека в паре сотен метров от лагеря и решила, что перед ними, вероятно, один из воров. Они попытались скрытно приблизиться к нему на минимальную дистанцию, при этом Н. слышал шумы и был настороже, что тем более понятно, ведь он был один…

В первых сообщениях в СМИ об инциденте говорилось, что кто-то из участников попытался применить так называемый протокол задержания подозреваемого, который на определенном этапе подразумевает стрельбу в воздух. Якобы ее-то офицер и принял за огонь террористов и стал стрелять на поражение. В реальности все обстояло иначе. Группа, как и задумано, прикрываясь насыпью стрельбища и складками местности, сблизилась с Н. примерно на 10 метров — именно с такой дистанции, в темноте, он внезапно увидел силуэты людей без касок с направленными на него стволами. Как рассказал позднее сам Н., он принял их за вооруженных террористов и, считая, что его жизни грозит непосредственная угроза, открыл огонь (выпустил от 3 до 5 пуль). Судя по предварительным данным следствия, по нему не стреляли.

Крики с обеих сторон на иврите через считанные мгновения показали участникам инцидента, что стрельбу друг по другу ведут бойцы ЦАХАЛа. Уцелевшие бросились оказывать экстренную помощь раненым и вызвали подмогу — за отсутствием раций, по… мобильному телефону. К сожалению, спасти Офека Аарона и Итамара Эльхарара прибывшие на место медики дислоцированного поблизости танкового подразделения не смогли.

28-летний Офек Аарон из Ган-Явне и 26-летний житель мошава Бней-Реэм Итамар Эльхарар были из тех, кого называют "солью земли". Офек должен был вскоре жениться и стать замкомбата, а Итамар, создавший семью полтора года назад, собирался отправиться на трехлетнюю учебу…

Боль утраты родных и близких двух офицеров передать невозможно. Как и то, что творится на душе старшего лейтенанта Н. Вдова Итамара – Ор и другие члены его семьи просили передать Н., что не держат на него зла, хотели бы с ним поговорить и желают, чтобы он нашел в себе силы воспрянуть духом. Пока же Н. побывал на похоронах одного из погибших…

По следам инцидента начальник генштаба Авив Кохави назначил специальную следственную комиссию во главе с генерал-майором запаса Ноамом Тивоном. Согласно источникам в ЦАХАЛе, она должна представить свои выводы в течение двух недель. Собственно, вопиющие обстоятельства случившегося были в общих чертах ясны практически сразу. Однако комиссия призвана выяснить не только мелкие детали: Тивону и его коллегам предстоит понять, стала ли трагедия, происшедшая из-за того, что офицеры по собственной инициативе, без согласования, без касок и раций отправляются на боевую ночную операцию, одноразовым сбоем, или же это следствие проблематичной корпоративной культуры в "Эгозе ", а то и бригаде коммандос в целом. Если верно второе, то по итогам расследования стоит ожидать серьезных персональных выводов со стороны начальника генштаба, вплоть до снятия с должностей.

Собственно, на нечто подобное Авив Кохави прозрачно намекнул во время визита в "Эгоз" 18 января, когда разговаривал с бойцами и командирами подразделения, несмотря на тяжесть случившегося, уже на этой неделе вернувшегося к оперативной работе и учениям. Побеседовал Кохави и с Н., желая как-то его поддержать.

Параллельно с комиссией Тивона по факту случившегося работает и Следственный отдел военной полиции (МЕЦАХ). Уже в воскресенье Н. давал многочасовые показания.

18 января стало известно еще об одном чрезвычайном происшествии в бригаде коммандос – на сей раз в "Дувдеване ". В нескольких километрах от места трагедии в Наби-Муса, во время учений боец, по невыясненной на момент написания этих строк причине отфутболил предмет, оказавшийся неразорвавшейся гранатой от подствольника. Последовал взрыв, в результате которого один солдат получил ранение средней тяжести, а другой, ранен легко.

"Новости недели"

За гранью срыва

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Добавить комментарий