То брат, то не брат

0

Дела околокосмические

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Владислав КАЦ, Нетания

Фото из архива автора

 

После выхода в свет книги Юрия Гагарина "Дорога в Космос" страсть к сочинительству охватила самых дорогих ему людей — маму, брата, супругу.

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"

Воистину нет предела человеческим талантам. Животновод А.Т.Гагарина, плотник В.А.Гагарин и медсестра В.И.Гагарина получили известность также и как писатели, авторы книг. Причём разные издательства боролись за право издавать и переиздавать их сочинения каждый раз тиражом по несколько сот тысяч экземпляров.

Чем же привлекали издателей произведения Гагариных? Само собой разумеется, фамилией.

Писатели-самородки Гагарины, включая и всеми обожаемого первого космонавта, наворочали в своих книгах изрядное количество небылиц и несуразицы. Историкам, а также исследователям жизни Ю.А.Гагарина работы хватит.

Юрия Гагарина можно понять и где-то даже оправдать. Он состоял на службе — военной, партийной и государственной. Ему не приказывали, конечно, а подсказывали, намекали. Он, в свою очередь, выполнял. Гагарин был очень сообразительным человеком, что называется, себе на уме. Как подметил, однажды, Сергей Довлатов, его наградили, увенчали и возвеличили. Превратили в одушевлённый символ. В улыбающуюся политическую идею. И, я бы добавил, в оружие КПСС. Гагарин неплохо справлялся с такой ролью. И не рассуждал. Солдату рассуждать не положено.

Книгу "Дорога в Космос" сочиняли за Юрия Гагарина два матёрых партийных журналиста. Гагарин только подмахивал — ставил свою подпись там, куда ему указывали. В результате чего вместо правдивого описания грандиозного исторического события — первого в истории полёта человека в космос, мир получил очередную фальшивку.

Старший брат Валентин подался в писатели после гибели Юрия. Так сказать, перехватил эстафету.

Книгу Валентина Гагарина "Мой брат Юрий" выпустили десятки издательств, в том числе в переводах на английский и испанский языки.

Казалось бы, автор мог почивать на лаврах — дело сделано, бабки получены, остаётся путешествовать по городам и весям, встречаться с пионерами, рассказывать каким отважным пареньком был в детстве Юра Гагарин. Получать подарки.

Столь приятная и необременительная миссия Валентину Алексеевичу доставляла массу удовольствий, пока, вдруг, не пришлось снова возвратиться к нелёгкой творческой работе.

Спохватился ли сам автор, что мало вероятно, либо было получено указание из компетентных органов, но факт налицо. В 1977 году в спешном порядке выходит в свет новая версия повести Гагарина "Мой брат Юрий".

Если в предыдущих изданиях в тексте не имелось даже намёка на сотрудничество отца Гагариных с оккупационной администрацией, то теперь такой факт освещается, правда, подаётся под совершенно иным соусом.

Автор подробно описывает мужественное поведение Алексея Ивановича Гагарина и его категорический отказ работать на врагов. Кроме того, по версии старшего сына Алексей Иванович был организатором и исполнителем диверсионной акции по уничтожению мельницы, которую неприятель использовал для переработки зерна.

Из нового текста читатель узнаёт в какой сложной ситуации оказался А.И.Гагарин.

Оказывается, два немецких солдата, вооружённых автоматами, принудительно водили его на работу! Мало того. Работать на мельнице он был вынужден под постоянным наблюдением и контролем немцев.

"Отец жаловался, что целый день фриц над душой висит. Туда не ходи, этого не делай, чтоб ему огнем сгореть…

Иногда он все же умудрялся принести в карманах горсть-другую муки. Для нас это был праздник — что-нибудь вкусное из этой муки мама наверняка изобретет! Но отца его обязанности мельника угнетали".

В книге приводится также рассказ о зверстве немецкой администрации по отношении к А.И.Гагарину. За проявленную им принципиальность Гагарин получил 20 палочных ударов.

Такой случай действительно имел место. Он даже зафиксирован в документах. Мельника Гагарина на самом деле слегка наказали, однако далеко не столь жестоко, а в два раза мягче, отпустив ему 10 ударов. К тому же наказан мельник был скорее "за злоупотребление служебным положением".

Повествуя о своём брате, Валентин Гагарин время от времени приводил в книге то эпизоды, то лирические отступления о себе самом.

С лёгкой руки Ю.А.Гагарина широко распространилась и официально закреплена в справочной литературе версия, что " Гагарин Валентин Алексеевич (1924 — 09.04.2006), участник ВОВ, был в плену, бежал, инвалид, после войны работал плотником".

Значит, следует понимать, что военнослужащий Красной Армии Гагарин, будучи взят в плен, скорее всего после полученного ранения ("инвалид"), нашёл в себе силы бежать из концлагеря. По сути, он совершил мужественный поступок.

Да только вот какая незадача. Красноармеец Валентин Алексеевич Гагарин никогда в плену не был, ранений и контузий не получал, а если и был признан инвалидом, то по каким-то иным показаниям, через много лет после демобилизации.

По поводу его участия в Великой Отечественной войне при чтении повести возникает немало вопросов.

До февраля-марта 1943 года Валентин Гагарин проживал вместе с родителями, братьями и сестрой в селе Клушино, Гжатского района.

По его собственным воспоминаниям незадолго до освобождения Смоленщины от немецко-фашистских захватчиков он и родная сестра Зоя оказались в списках лиц, намеченных для отправки в Германию. Из родного села их угнали вместе с другими парнями и девушками в районный центр город Гжатск.

Имеется немало свидетельств того, как на железнодорожной станции их затолкали в товарные вагоны. Там они находились под охраной до окончательного формирования эшелона. Где-то в районе Орши часть людей поместили в концлагерь, а большинство оказались узниками трудовых лагерей.

Их немецкое командование размещало по всему фронту. Комплектовались такие лагеря из местного населения, в том числе и угнанного с территории Смоленской области. Эти люди, молодёжь и старики, сооружали немецкую линию обороны, иными словами, копали траншеи.

В течение дня для каждого была установлена норма — по 8 метров, глубиной 1,2 метра, шириной 75 см

На Родине их считали пособниками врагов.

Валентина Гагарина сия чаша миновала. Его почему-то отправили в Германию… на персональном транспорте, с вожжами в руках. Интересно, что он и сам этого не скрывает

"…В Гжатске каждого из нас посадили на повозки, запряженные подтощавшими за две военные зимы тяжеловозами, к каждому приставили немца охранника. Мне достался старик Иоганн — толстый, беззастенчивый обжора: положенную мне крохотную пайку эрзац-хлеба он аккуратно съедал сам". (Здесь и далее цитаты из книги "Мой брат Юрий").

Ситуация, в достоверность которой верится с трудом. Что же это за насильственный угон на персональных повозках, с охраной по одному немцу на каждого пацана. На сотню "угоняемых" в таком случае понадобилось бы сто повозок и сто немецких солдат.

Скорее всего из Гжатска в другой район немцы отправили обоз с нужным грузом. Вместо возчиков они использовали парней постарше, из тех, кто изъявил желание помогать оккупационным властям.

Итак, одних отправили на запад в телятниках, другие, как, в частности, Валентин Гагарин, ехали в повозках.

Описываемые события имели место, видимо, не позже середины февраля, поскольку 22 февраля на подступах к Гжатску уже началось наступление советских войск.

К 24 января 1942 г. войска 5-й армии Западного фронта очистили в своей полосе землю Московской области от фашистских захватчиков и вступили на территорию Смоленщины. До Гжатска оставалось около 20 км. Однако прошло более года, прежде чем были пройдены эти тяжёлые фронтовые вёрсты.

Обоз продвигался в направлении Белоруссии. Чтобы туда добраться предстояло пересечь всю территорию Смоленской области.

"А через три недели ночью — Клушино к тому времени было свободно, ничто не грозило моим, — выкрав у Иоганна оружие, из белорусской деревни, где задержались мы на постое, я бежал в лес. После нескольких суток голодного и холодного блуждания по незнакомым местам наткнулся на нашу танковую часть".

Попытаемся проанализировать эту информацию.

Итак, через три недели обоз достиг территории Белоруссии. Допустим, что шустрый и крепкий парень — Валентину шёл восемнадцатый год — сумел объегорить немецкого солдата и сбежал. Верится в такое с трудом, но пусть будет так.

А вот утверждать, будто спустя несколько суток он "наткнулся" на советскую танковую часть — самая что ни на есть развесистая клюква.

Из Гжатска немцев удалось изгнать 6 марта 1943 года. В самом начале весны. До освобождения Белоруссии было очень далеко. Чтобы весной 1943 года из Белоруссии попасть в район расположения частей Красной Армии Валентину Гагарину пришлось бы перейти линию фронта. Это значило — преодолеть две линии обороны — немецкую и советскую.

Готовясь отражать наступление советских войск немцы интенсивно укрепляли свои позиции. Строили доты, дзоты, блиндажи различного типа. Все это было связано воедино системой траншей, ходами сообщения. Передний край враг прикрывал противотанковыми и противопехотными минными полями и проволочными заграждениями. Плюс ко всему следует учесть, что эшелонированная оборона немцев состояла из пяти рубежей.

Точно такие же "пилюли" на всякий случай подготовили перед своими рубежами советские воины. Об этом подробно рассказал в своих мемуарах генерал армии И.М.Третьяк.

Стало быть, вариант Валентина Гагарина совершенно нереален. И в рассказ о "блуждании по незнакомым местам" в течение нескольких суток поверить очень трудно. Было б дело летом, а тут февраль, или март. Морозы, бездорожье. Блуждать, увязая в сугробах, удастся, от силы, два-три часа. А дальше что? Путешествовать с оружием в руках по протоптанным дорогам вообще было невозможно. И волостная полиция, и карательные отряды районных комендатур постоянно рыскали повсюду в поисках партизан и тех, кто оказывал им содействие.

19 апреля 1943 года вышел в свет Указ Президиума Верховного Совета СССР, согласно которому лиц, уличенных в сотрудничестве с оккупантами ожидала высшая мера наказания — смерть через повешение.

Немцы немедленно распространили текст этого указа среди населения, находившегося на оккупированных территориях.

Пять месяцев спустя, 23 сентября 1943 года, в ходе восточно-белорусской наступательной операции войска 13-й армии освободили первый райцентр Беларуси — Комарин Полесской области. Чуть позже — ещё несколько населённых пунктов.

Вчерашние узники трудовых лагерей, не успевшие разбежаться вслед за немецкой охраной, вновь попали за колючую проволоку. На этот раз под охрану красноармейцев.

После проверки тех, кто постарше, направили в штрафные роты, а мальчишек и стариков отпустили. К тому времени Валентину Гагарину исполнилось 18 лет. Самый подходящий возраст для того, чтоб становиться в строй.

Память молодого солдата, наверное, сохранила массу интересных подробностей о войне. И он со временем вспомнит всех поимённо?

Как бы не так. В книге, написанной им три десятилетия спустя, ничего невозможно понять. Все сведения, относящиеся к фронтовой биографии самого В.А.Гагарина представлены совершенно отвлечённо, даже, абстрактно:

"Я — башенный стрелок на "тридцатьчетверке". Это грозная, могучая машина. И много боев у меня впереди, и радостью долгожданного мщения фашистам горит моя душа".

Бессмысленно искать в тексте ссылки на географические пункты, с которыми связан боевой путь танкиста Гагарина. Их там нет. Также отсутствуют в книге наименования подразделения и части, в составе которой он служил и участвовал в боевых действиях.

"Обидно, черт побери, — пишет далее Гагарин, — два с лишним года войны провел я в башке "тридцатьчетверки". Снаряды и пули миловали меня. Как-то раз наш танк наехал на минное поле. Что скрывать? Душа в пятках была. Но и там обошлось, пронесло".

Где и когда это случилось, в ходе какой боевой операции — ничего не понять.

И самое поразительное — ни одной фамилии! Случай потрясающий… Чтобы участник Великой Отечественной войны в своих воспоминаниях обошёл вниманием и не назвал имён командиров, боевых друзей, товарищей по экипажу, не помянул добрым словом ни одного погибшего воина — такого мне прежде никогда встречать не приходилось. Немца Иоганна он вспомнил, а своих позабыл начисто!

Нет в книге боевого танкиста В.Гагарина и упоминаний об освоении им военной профессии. Каким образом он вдруг стал башенным стрелком? Наткнулся на танкистов, а батяня-комбат, обнял парня и тут же определил его в экипаж, бить фрицев?

— По танкам! — надрывая легкие, кричит комбат. — Это всё из той же книги.

Что тут скажешь… Во-первых, комбаты не кричат, подавая команды. Танковый батальон крика не услышит, как бы комбат ни надрывался. А во-вторых, такой команды не существует вообще. В танковых войсках есть команда: "По машинам!".

И ещё один немаловажный момент. Коли Валентин Гагарин два с лишним года войны "провел в башке "тридцатьчетверки", то резонно поинтересоваться его боевыми заслугами.

На фронте танкистов наградами не обходили. Если награждали, то всех членов экипажа. За два года в действующей армии у Гагарина, по идее, вся грудь должна быть в крестах… Допустим, что обошли башенного стрелка, не дали орден. Так уж, как минимум медаль "За боевые заслуги" он бы получил непременно. Плюс медали за освобождение одного-двух городов. Ну и, как положено каждому, кто даже не был в боях, но носил погоны — медаль "За Победу над Германией".

Ни в одной из биографий, ни в одном издании своей книги Валентин Гагарин ни словом не обмолвился на эту тему. Такой вот он, суперскромный человек, не похожий на всех.

Признаюсь, я потратил немало времени, разыскивая фотокарточки членов семьи Гагариных. Всё надеялся увидеть Алексея Ивановича и Валентина Алексеевича снятыми, что называется, при параде.

Ан нет. Даже на тех фотоснимках, где мужчины Гагарины фотографировались в костюмах по торжественным случаям, никаких наград на их пиджаках рассмотреть не удалось.

Ещё одно "тёмное" пятно в семейной хронике Гагариных удалось разглядеть в документе, собственноручно написанном Юрием Гагариным.

В 1951 года в приёмную комиссию Саратовского индустриального техникума Юрий Гагарин представил заявление о приёме и автобиографию.

В тексте автобиографии, кроме папы и мамы, он назвал также младшего брата Бориса. Валентин Алексеевич Гагарин в качестве родственника в документе назван не был, как и сестра Зоя.

Упоминал ли Ю.Гагарин о брате Валентине в своих последующих автобиографиях — армейских, партийных и проч. — выяснить не удалось. В отрытой печати опубликован единственный вариант его автобиографии, относящийся к лету 1951 года.

Ровно через 10 лет на страницах книги "Дорога в Космос" Юрий Гагарин открытым текстом перечислил своих близких:

"А было нас в семье четверо: старший брат Валентин, родившийся в год смерти В.И.Ленина, сестра Зоя, тремя годами моложе, наконец, я и наш меньшой брат Борис".

Допустим, что Юрий Гагарин не внёс в автобиографию сведения, которые, по его мнению, могли помешать его зачислению в техникум. В послевоенные годы люди были очень осторожны и нередко открещивались от родственников, находившихся в заключении, бывших репрессированных и военнопленных.

К какой из этих категорий относился Валентин Гагарин? Ответ на этот вопрос, по всей видимости, следует искать в фондах одного из архивов Смоленской области, если это кого-то ещё интересует.

Автор в прошлом — член президиума Федерации Космонавтики СССР

Да, он Гагарин. Но — другой

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Добавить комментарий