Корабельные истории

0

А если у вас, дорогие читатели, есть свои забавные истории, связанные с плаванием на круизных судах,- шлите… (Вл. Плетинский, “Флагманские трусики и другие коряблятские истории…”)

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Олег ШУСТЕР

 Фото автора

 

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ В СУХУМИ

Две недели мы ходили с группой туристов по нескончаемым грузинским горам, таская рюкзаки на обожженных солнцем плечах. Потом четыре дня отходили от этого похода на пляжах Нового Афона. А свой последний день пребывания на Кавказе мы с женой решили провести в славном городе Сухуми, чтобы отсюда на теплоходе отправиться в Ялту. На турбазе в Афоне нас заверили, что билет на теплоход достать проще простого — палубные всегда имеются: расставите два шезлонга у борта, и будете день и ночь любоваться морем. Нас такая перспектива вполне устраивала.

В кассе сухумского порта нам сказали, что билеты начнут продавать, когда придет корабль, и тоже заверили, что палубные – будут всегда. Не волнуйтесь, ведь это же гигант “Адмирал Нахимов”. Корабль стоит в порту четыре часа, так что всё успеете.

С легким сердцем пошли мы гулять по прекрасной набережной, навечно пропахшей ароматнейшим кофе. Здесь его варят особым способом: турочку с кофе плавно, не торопясь, водят по раскаленному песку, насыпанному в широкую жаровню, пока не поднимется шапка влажной пористой пенки. А рядом на скамейках восседают абхазские старики, ведут нескончаемые беседы, и у каждого чашечка в морщинистых руках. Конечно, мы тоже отведали этот необыкновенный кофе, и со стариками немного поговорили.

Ну, а потом искупались в море и решили пообедать в ресторане, расположенном на сваях, уходящих далеко в море. Ресторан называется “Амра”, что значит “луна” (так нам перевели с абхазского). А напротив него высоко на горе стоит ресторан “Амза”, что значит “солнце”. Говорят, вид оттуда на город и море – потрясающий. Но побывать там, к сожалению, не удалось: не хватило времени.

Сидеть на балкончике в “Амре” — удовольствие непередаваемое: внизу мягко плещется море, на столе вкусно пахнут хачапури и стоит вино с романтичным и непонятным названием Лыхны. И весь порт как на ладони. Когда в порт начал заходить огромный теплоход, мы забрали с собой ломти хачапури и побежали в портовую кассу.

Говорят, что все хорошее кончается быстро и внезапно. Так было и у нас. Над окошком кассы висела табличка: “Билетов на теплоход “А.Н.” нет”. Подвела нас кассирша, обманула. Мы постучали к ней в окошко, очень хотелось сказать ей хоть что-нибудь неприятное. Но окошко даже не открылось.

Что теперь делать? Следующий теплоход через день. Гостиница заберет все деньги, да и места вряд ли будут в горячее летнее время. Возвращаться в Новый Афон – наш маршрут уже завершен, могут не принять. Оба разволновались, жена чуть не плачет…

Присели на скамейку, начали думать. Неподалеку мужик в сером комбинезоне подметает дорожку, ведущую к общественному туалету. Я подошел к нему:

— Слушай, приятель, ты в порту работаешь? Выручи, помоги достать билеты на “Нахимов”.- И объясняю нашу ситуацию без всякой надежды на успех.

Мужик говорит:

— Давай попробую.

Даю ему сотню, что по тем временам немало.

-Жди,- сказал мужик, отбросил в траву орудие своего труда, повесил на дверь туалета табличку “Закрыто на уборку”, и исчез.

Минут двадцать мы терпеливо ждали, потом начали волноваться. Хотели доесть хачапури, но он не лез в горло.

— Ну, вот, — грустно сказала моя Людмила, — теперь мы и без билетов, и без денег. Как можно давать такую сумму первому встречному?

Еще двадцать минут прошли в грустном молчании. Мы уже совсем отчаялись снова увидеть работника метлы, как вдруг он появляется, и делает мне жест следовать за ним. Быстро открывает дверь туалета, впускает меня в помещение с кабинками вдоль стен, оглянувшись, входит сам, и сует мне в руку свернутые бумажки.

— Спрячь скорее, — говорит, — здесь билеты и сдача. Палубных не было, взял третий класс, это чуть дороже. Десятка — мне за труды. Выйдешь отсюда, билеты не разворачивай, пока к кораблю не подойдешь.

— Что за конспирация такая?- спрашиваю.

— Начальство пронюхало, что мы приторговываем билетами, ну и пасут нас иногда. Посылают кого-то последить за нами. Могут и уволить. А ведь мы просто выручаем таких, как ты. Верно? Ну, беги. Мне надо мою контору открывать. Вон желающие уже под дверью стоят, еле терпят.

Когда выпускал меня, спросил:

— А ведь испугался, что я не приду и унесу твои денежки?

— Ну, что ты! — соврал я.

— Врешь, врешь… — сказал он на прощание и широко открыл дверь посетителям.

Двое суток, до самой Ялты, мы с женой чудесно провели на теплоходе. Осмотрели его сверху донизу, фотографировались, где только можно, купались в корабельном бассейне, слушали музыку в шикарных залах, обзаводились новыми знакомствами, бродили по приморским улицам в Новороссийске и в Сочи во время стоянок в этих портах. И вспоминали иногда мужика в сером комбинезоне, доставшего нам билеты. Если б не он…

До сих пор помним и тот год, когда мы узнали, что корабль, с которым связаны несколько незабываемых дней, случившихся в нашей жизни, потерпел роковое крушение… Остались лишь фотографии и воспоминания.

СЮРПРИЗ ОТ МОРЯ

Мой друг Александр, – а для близких просто Шура, жил в благословенной Ялте. Мы нередко съезжались семьями, чтобы посидеть за столом, поговорить, выпить хорошего вина, побродить по прекрасной набережной. А летом, конечно, и вволю побарахтаться в теплом море. Однажды в июле мы постарались приехать к нему пораньше: Шура сказал, что нашел где-то за городом чудесный пляж, где очень чисто, мало народа и есть где спрятаться от солнца. Детям будет там раздолье.

Оказалось, что это не так далеко: всего-то за Массандровским парком рядом с санаторием имени Мориса Тореза. Когда ехали через парк, не могли не остановиться, чтобы показать детям могилу и памятник композитору Василию Калинникову. Он напомнил нам, что когда-то на другом конце Ялты в Приморском парке существовала открытая площадка, на которой по выходным дням, а иногда и в будни, выступал симфонический оркестр. Даже помним фамилию дирижёра — Багдасарян. Его оркестр нередко исполнял части из симфонии Калинникова, которая нам очень нравилась. Мы с Шурой еще мальчишками стали постоянными слушателями этих концертов. Во многом благодаря им полюбили классическую музыку. Со временем концерты прекратились, а музыкальная площадка исчезла. И кому она могла помешать?

Мы рассказали нашим детям эту поучительную историю из детства их родителей. Но она ребят нисколько не заинтересовала. К Калинникову, в результате, они все равно остались равнодушны: тут море в двух шагах, а вы голову чем-то посторонним забиваете. Увидев море, все пятеро наших детей, сбрасывая на ходу с себя сарафаны и майки, попрыгали в воду.

— Инна, сними колечко, — закричала жена вдогонку старшей дочери.

— Не надо, оно прочно держится на пальце,- уже из воды отвечает Инна. Но только мы разостлали свои коврики, как раздался истошный крик:

— Ааааа, колечко сползло! Я уже хотела выйти, а оно с пальца соскользнуло. Давайте поищем, может найдем?.. Здесь мелко, — запричитала дочка.

Набрав в легкие побольше воздуха, мы ползали по дну, перебирая руками песок. Вода была чистейшая, такая прозрачная, что, казалось, видна каждая песчинка. Но колечко не находилось. Оно как в воду кануло, в полном смысле этого словосочетания. Устали, вышли из воды, разлеглись на своих ковриках, поругали немножко дочку. Жаль, конечно, кольцо: оно золотое, с камешком каким-то драгоценным, и стоит недешево. А главное, это наш подарок в честь окончания шестого класса и перехода в седьмой. Она так мечтала об этом колечке..

Настроение испортилось. Еще немного повалялись на пляже, и уехали. Как мы проводили остаток дня, – это к нашему сюжету не относится. Но потеря нас не остановила, и на следующее утро мы снова оказались на том же уютном тихом пляже. Дети, конечно, мчались впереди всех. И вдруг замерли, как вкопанные, рассматривая что-то под ногами.

— Мама, папа, дядя Шура, быстрее сюда, — закричали они чуть ли не хором.

Интересно, что ребята там увидели? Мы подбежали к ним, и тоже раскрыли рты от удивления: на небольшом плоском камешке, словно дожидаясь нас, лежало наше утонувшее колечко. Видимо, волна вынесла его и уложила точно на то место, где вчера были разостланы наши коврики.

— Видите, как мы вовремя пришли, — воскликнул Шура. — Хватай его, Инна, скорей, а то волна заберет обратно. Такие сюрпризы редко бывают.

Дочка сразу водрузила кольцо на палец, но потом передумала, и положила его в мамину сумочку, так надежнее. И долго ещё мы удивлялись тому, какие сюрпризы может преподносить наше удивительное Черное море.

А в это время на рейде в акватории ялтинского порта бросил якорь белоснежный парусник, по всей видимости, учебное судно. С высоты Массандровского парка его было чудесно видно. Оно к нашему рассказу не имеет никакого отношения. Но ведь байки-то кораблянские… Значит нужно упомянуть какой-нибудь корабль.

ЧУДО-ПЁС

Наш туристский маршрут начинался в городе Владикавказе, тогда ещё Орджоникидзе. Этот город почему-то чаще других менял свое имя. Построен он был в конце 18 века как Владикавказ, при советской власти стал Орджоникидзе, затем Дзауджикау, опять Орджоникидзе, и, наконец, вернулся к первоначальному имени. Но все же знаменит он не этим: город очень красив, зелен, богат памятниками культуры, в нем прекрасный театр. Отсюда берет начало знаменитая Военно-Грузинская дорога, которую мы должны были проехать, а отдельные участки пройти пешком.

Описывать всю дорогу я, конечно, не буду. Впечатлений от нее столько, что получился бы том приличной толщины. Мы проехали Дарьяльское ущелье, Крестовый перевал, посмотрели на ту гору, где когда-то, “чернея на черной скале”, находился замок царицы Тамары, остановились у скалы, на которую якобы вскарабкался отец Федор, укравший колбасу у Остапа Бендера… Я затрону только начало и конец нашего маршрута.

Итак, перевалив Крестовый перевал, мы вскоре оказались в поселке Казбеги. Он знаменит тем, что в нем жил классик грузинской литературы Александр Казбеги. Имя одного из его персонажей разбойника Кобы стало партийной кличкой Сталина. Но это так, к слову: у нас в то время не было цели изучать творчество грузинского классика.

Из Казбеги мы должны были подняться в горы, чтобы “покорить” Гергетский ледник. Покорение не составило особой сложности. Извилистая, давно протоптанная ногами туристов тропа, постепенно поднимала нас все выше и выше. И вдруг трава сменилась снежным покровом. Представляете? На дворе август, а мы играем в снежки, катаемся со снежных горок. Забыты усталость и трудности перехода, по горам разносится хохот и радостные возгласы. В походе нас сопровождал огромный лохматый пес. Он то бежал впереди, то возвращался в конец нашей группы, словно подбадривая отстающих. Вместе с нами он играл, валялся в снегу, ловил снежки и пастью, и лапами.

— Ну и пес у тебя чудесный, — сказали мы нашему проводнику Мерабу.

— Пес хороший, это верно, но это не моя собака, она наша общая. — И Мераб поведал нам грустную историю.

Работал проводником хороший веселый парень Шалико, Шалва значит. Очень любил он горы и свою собаку, которая понимала каждый его жест и взгляд. Он так ее и назвал – Чудо (совершенно забыл, как это звучит по-грузински). Однажды они попали под сход лавины. Конечно, сразу бросились спасать туристов: к счастью, всех откопали, вытащили из-под снега. Но Шалико был тяжело ранен и спасти его не смогли. Три месяца пес не отходил от могилы, мы ему туда еду носили, но он почти не дотрагивался до пищи, исхудал, одни кости торчали. А потом вдруг встал, и с группой туристов вышел на знакомый маршрут. С тех пор ходит уже четвертый год со всеми проводниками, ни одного похода не пропускает. И сам ожил, и туристов радует.

Собака словно почувствовала, что о ней идет речь, подошла к нам, села рядом, и внимательно слушала всех, кто говорил. Вот только сама ничего не могла сказать.

— Видите, как она нас слушает? –спросил Мераб. — Всё-всё понимает…

На следующий день мы тепло распрощались и с Мерабом, и с замечательным псом по имени Чудо. Нас ждали Пассанаури, Мцхета, Телави и другие замечательные места. А заканчивалось наше путешествие как всегда у моря, на этот раз — в солнечном Батуми.

МОРСКОЙ АНЕКДОТ

Наша турбаза располагалась в Зеленом Мысе. Это огромный красивейший парк в солнечном городе Батуми В парке растёт множество редких деревьев и кустарников, большие площади заняты цитрусовыми. Напротив нашего окна росло яркое мандариновое дерево, его ветки царапали стекла. А когда мы открывали окна, ветки с еще зелеными недозревшими плодами оказывались в комнате.

Нам повезло: из Батуми на Одессу шел теплоход “Россия”, считавшийся одним из самых комфортабельных судов на Чёрном море. Мне уже доводилось бывать на нем. Однажды, в совсем еще юные годы, мы с другом решили побывать в Одессе. Взяли билеты на “Россию”. Были в восторге и от прекрасного города, и от чудесного морского путешествия. Так что на борт корабля я поднялся, словно пришел в гости к старому знакомому.

На корабле у нас быстро образовалась небольшая веселая компания. Мы сидели в удобных шезлонгах и, глядя на убегающие волны, травили (это чисто морской термин) анекдоты и пришедшие на ум веселые истории. Один из них, подходящий нашей туристской теме, расскажу:

Муж предлагает супруге:

— Давай совершим морской круиз?

— С удовольствием, только спать мы будем на разных койках.

— Конечно. И в разных каютах.

— И на разных кораблях.

— И, желательно, в разных океанах.

Многие успешно выполняют требования, изложенные в этом анекдоте…

Флагманские трусики и другие кораблятские байки

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Добавить комментарий