Своя рубашка ближе к телу

0

Публикация мирного плана президента Трампа вызвала бурные дискуссии по поводу того, насколько реалистично его претворение в жизнь. Конечно, отношение к нему израильтян зависит от личного мировоззрения, однако нет никаких сомнений в том, что речь идет о важнейшем событии, значимость которого как прецедента невозможно переоценить. Даже если на предстоящих в ноябре выборах в США победит кандидат от Демократической партии, который, почти наверняка снимет «сделку века» с повестки дня

Давид ШАРП

 

Причин, превращающих план Трампа в знаковое событие, предостаточно. Но в данной статье мне бы хотелось сконцентрироваться на отношении к нему в мусульманских, в первую очередь, арабских странах, наглядно выявившем важную для Израиля и всего региона тенденцию.

В свое время «палестинская проблема» была этаким жупелом арабского мира. Искренне арабские лидеры принимали к сердцу проблемы своих собратьев, или нет, — другой вопрос, но с первых мест их повестки дня она не сходила. Со временем наметилась трансформация: все яснее стало проявляться, что властям многих арабских стран палестинцы уже опостылели. И не в последнюю очередь из-за их несговорчивости на переговорах с Израилем. В ряде арабских столиц, например, полагают (не вслух, конечно), что сделанные в свое время Израилем предложения (Эхуд Барак, напомним, предлагал Арафату около 95%, а Эхуд Ольмерт Абу-Мазену — чуть ли не 98% территорий, занятых в 1967, включая Старый город Иерусалима) были весьма и весьма щедрыми, и ПА должна была их принять во имя погашения конфликта. Однако со вспышкой «арабской весны» во всех ее проявлениях, вплоть до кровавых войн, ростом суннитского исламского фундаментализма и иранской угрозы многие арабские лидеры ясно осознали, что на данном историческом этапе палестинская проблема просто не может занимать почетное место в шкале приоритетов. Их кровные интересы – это, в первую очередь, защита от перечисленных выше угроз. А чтобы она была эффективной, необходимо спуститься с небес на грешную землю и поддерживать тесные союзнические отношения с США. Да и с Израилем, для которого угрозы со стороны Ирана и суннитского фундаментализма очень даже ощутимы, тоже стоит «дружить», если исходить из соображений собственного благополучия и выживания.

Заметную роль во всем этом клубке расчетов играет и личность нынешнего президента США. Если ты крепко зависящий от Вашингтона союзник, то злить Трампа, делая неприятные ему заявления или откровенно вставляя палки в колеса его планам, крайне не рекомендуется.

Возьмем, к примеру, страны Персидского залива. У них, с одной стороны, уже нет прямых нефтяных рычагов давления на США (сегодня Америка не только не нуждается в ближневосточной нефти, но и сама экспортирует «черное золото»), а с другой, перед лицом иранской угрозы они почти полностью зависят от доброй воли Вашингтона. Недавняя массированная атака иранцев на саудовские нефтяные объекты в сочетании с очевидной беспомощностью просаудовской коалиции в Йемене наглядно демонстрирует, насколько уязвимо королевство для внешнего врага, несмотря на огромные суммы, десятилетиями вкладываемые в вооружения. Аналогичные причины есть и у остальных монархий, среди которых наиболее яркий пример являет собой Бахрейн. У этого карликового, но богатого государства военный потенциал практически отсутствует, тогда как шиитское большинство, угрожающее власти суннитского меньшинства, и близость враждебного Ирана вызывают у верхушки такую дрожь, что палестинская проблема становится в буквальном смысле делом десятым.

В прежние времена всякий американский мирный план, воспринятый произраильским даже в значительной меньшей степени, чем «сделка века», в любой арабской стране отвергли бы с порога. Собственно, это мы и наблюдали, но почти исключительно на примере ПА. Публикация «сделки» яснее ясного выявила раскол в арабском мире по палестинскому вопросу. Отчасти парадоксально и одновременно ожидаемо, что главными противниками плана Трампа среди влиятельных сил в мусульманском мире выступили неарабские страны: шиитский Иран и ведомая религиозным неоосманским популистом Эрдоганом, Турция. Последний даже успел обвинить страны Залива, в первую голову Саудовскую Аравию в предательстве.

А что Эр-Рияд? Хотя саудовский посол не явился на презентацию мирного плана, официальный комментарий королевского МИДа весьма показателен: «Саудовская Аравия ценит усилия президента Дональда Трампа по разработке всеобъемлющего плана урегулирования. СА поддерживает прямые переговоры между палестинцами и Израилем под американским патронажем». То, что в беседе с Абу-Мазеном саудовский король высказался в духе: «Мы с вами, ваши проблемы — наши проблемы», а Лига арабских стран единогласно отвергла план Трампа, не должно вводить в заблуждение: таковы правила игры на Ближнем Востоке. Отсутствие осуждения плана Трампа в заявлении саудовского МИДа показательно гораздо в большей степени.

Еще дальше пошли власти ОАЭ устами своего посла в США: «Мы высоко ценим американский мирный план. Это серьезная инициатива, которая затрагивает многие вопросы, в которых отсутствует прогресс… Мы верим, что стороны способны достичь прочного мира и реального сосуществования при поддержке международного сообщества». Личное присутствие посла ОАЭ на церемонии вместе с коллегами из Бахрейна и Омана еще более красноречиво: оно выглядело полной поддержкой «сделки века», несмотря на то, что она очень далека от всех предыдущих мирных планов, подразумевающих отступление Израиля к границам образца 5 июня 1967 года и решение «проблемы беженцев».

Что касается Бахрейна, то среди стран Персидского залива его можно условно назвать самым произраильским (в Бахрейне, кстати, совсем недавно прошла экономическая конференция, связанная с подготовкой плана Трампа).

Оман в этом плане несколько отличается: там иранская угроза не принимается так близко к сердцу (или, если хотите, к телу). Просто общий политический курс султаната, избранный при предыдущем правителе страны Кабусе, предусматривает ровные отношение со странами региона и урегулирование отношений с Израилем.

Даже Катар, который, поддерживая определенные отношения с Израилем, солидаризуется с близкими к «Братьям-мусульманам» региональными движениями, в частности, с ХАМАСом, тоже , как было заявлено, »высоко оценил» усилия США по поддержке мирного процесса. Правда в Дохе все же не преминули вспомнить о границах 1967-го года и беженцах. В случае с Катаром, чей правитель во многом руководствуется исламистской идеологией, такой подход объясняется очевидной зависимостью от США в сфере безопасности. Причем этому несоразмерно активному на внешнеполитической арене мелкому государству угрожает не только Иран, но и соседняя Саудовская Аравия.

Показательно отношение к «сделке века» и такого важнейшего регионального игрока, как Египет: в официальном заявлении Каира нет ни малейшего намека на ее осуждение.

Наконец, нельзя не отметить поведение нынешнего лидера Судана Абдель Фаттаха аль-Бурхана. Судите сами: только что озвучен столь отторгаемый палестинцами мирный план, израильское руководство активно обсуждает возможную аннексию частей Иудеи и Самарии, и в этих условиях аль-Бурхан впервые в истории решается на открытую встречу с Биньямином Нетаниягу (хотя, конечно, с целью сближения с Вашингтоном). Неудивительно, что действия суданского лидера вызвали приступ гнева в Рамалле и были названы «ножом, воткнутым в спину палестинцев».

В особом и очень щекотливом положении оказалась Иордания. В последние годы Хашимитское королевство, большинство граждан которого — палестинского происхождения, испытывает серьезные экономические проблемы. Его зависимость в сфере безопасности и экономики от США, стран Персидского залива, да и Израиля очень велика. Королю Абдалле не пристало раздражать спонсоров и союзников, но просто жизненно необходимо тщательно прислушиваться к «иорданской улице», которая в заметной степени является и «палестинской». К тому же в Аммане традиционно опасаются того, что в Израиле снова оживет идея, согласно которой именно Иордания является страной, за счет которой и решится палестинская проблема. Да и маячащее на призрачном горизонте создание палестинского государства вызывает опасение, ведь оное образование может стать для королевства источником нестабильности. В данных обстоятельствах не исключено, что в душе Абдалла был бы и не против аннексии Израилем Иорданской долины, дабы иметь общую границу исключительно с еврейским государством, хотя озвучить подобное вслух иорданский монарх не решится никогда. Из-за нежелания злить Трампа официальный комментарий Аммана по «сделке века» был весьма сдержанным, в отличие от высказываний официальных лиц всякого ранга, адресованных в большей степени упомянутым «улицам»…

"Новости недели"

Абу-Яга — против

Добавить комментарий