Не только экспорт

0

В министерстве обороны подвели итоги 2020 года во всем, что касается экспорта компаний израильского ВПК

 

Давид ШАРП

Важно отметить, что критерии оценок объема продаж оружия той или иной страной бывают разные. Например, можно считать по сумме контрактов, заключенных в течение года. Но их реализация и оплата занимает, как правило, много времени, возможно, несколько лет. С другой стороны, в этот же период продавцу поступают средства от соглашений, подписанных в предыдущие годы, которые при таком подходе не учитываются. Поэтому сами по себе периодически озвучиваемые цифры и объемы экспорта мало что значат без объяснения, по каким критериям они получены. Израиль же — и вовсе особый случай, поскольку огромная часть его оружейных сделок не афишируется — в основном, по просьбе покупателей. Например, прекрасно известно, что одним из самых значимых клиентов нашего ВПК на протяжении десятилетий является Сингапур. Однако подробности этого сотрудничества либо запрещены к публикации, либо неполны, либо всплывают с большим опозданием.

Яркий и широко известный поставщик неточной информации о военном экспорте ряда стран, в том числе и Израиля, — часто цитируемый самыми разными СМИ Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI). Так как в отношении Израиля его сотрудники пользуются только открытой, то есть весьма отрывочной информацией, объемы экспорта нашего ВПК зачастую существенно занижаются. По подсчетам SIPRI Израиль оказывается в рейтингах продаж на местах заметно ниже реальных. Иногда, читая отчеты Стокгольмского института, удивляешься: зачем они там вообще утруждают себя подобной работой, становясь объектом насмешек не только экспертного сообщества, но и тех, кто просто интересуется предметом?..

Говоря о масштабах израильского экспорта вооружений, правильнее всего опираться на данные нашего министерства обороны. Все контракты проходят через это ведомство вне зависимости от того, кто выступает продавцом — частная компания или государственная. Данные минобороны составляются по четкому критерию, а именно — по сумме контрактов, заключенных в течение конкретного года. Как уже было отмечено критерий сей далеко не идеален. И дело даже не в сроках реализации, выходящих за рамки обозреваемого года. Заключенное соглашение может, например, в будущем сорваться по вине одной из сторон. Но, так или иначе, подход МО с учетом дополнительной информации по различным аспектам экспорта иллюстративен и дает общее представление.

Все компании израильского ВПК — заметим, что многие из них создают продукцию не только для сферы безопасности — в 2020 году заключили контракты на 8,302 млрд долларов. Результат без преувеличения, великолепный. Для сравнения, в 2019 году были заключены контракты на 7,203 млрд долларов. Практически весь минувший год прошел на фоне эпидемии коронавируса, когда экономика потенциальных покупателей существенно пострадала, и акценты в приоритетах сместились отнюдь не в сторону сферы безопасности в ее классическом понимании. В номинальном исчислении показатель 2020-го стал вторым по величине в истории, так что израильским компаниям и Управлению по военно-техническому сотрудничеству (СИБАТ) в министерстве обороны, курирующему военный экспорт, безусловно, есть куда стремиться.

44% отечественного военного экспорта приходится на Азию и Тихоокеанский регион, 30% — на Европу, 20% — на Северную Америку, всего 4% на Африку и еще меньше — 2% — на Латинскую Америку. Последние два направления теоретически содержат существенный потенциал наращивания объемов, однако не все так просто. Многие страны Африки и Латинской Америки, несмотря на явную заинтересованность в оружии, испытывают серьезные проблемы с платежеспособностью. Кроме того, для многих из них некоторые высокотехнологичные израильские системы сложны для эффективного освоения или избыточны. Ряд африканских и латиноамериканских государств в заметной степени подвержены политическому и экономическому давлению извне, а таковое, в отличие от более веских игроков на международной арене, Израиль оказывать не в состоянии. Наконец, есть и коррупционная составляющая. В "старые добрые времена", что греха таить, израильские компании чуть ли не с официального разрешения могли при необходимости "подмазать", кого надо, в стране-покупателе. Существовала даже статья расходов "на взятки". Сегодня ситуация совсем иная: дача взяток в чужих странах запрещена, за это можно не только испортить карьеру, но и загреметь в Израиле в тюрьму. Конечно, существуют легальные схемы обхода. Например, власти или заинтересованные лица в условной стране Х могут создать фиктивную, но формально вполне легитимную компанию-посредника, которой должен быть перечислен некий процент от суммы будущей сделки. Однако, как сказано выше, сегодня со взятками заметно сложнее.

Наиболее прибыльным сегментом израильского ВПК в 2020 году стали радары и системы радиоэлектронной борьбы (РЭБ): его доля в общем оружейном экспорте составила 16%, почти столько же пришлось на различные боеприпасы. Пилотируемые летательные аппараты и авионика составили 13% экспорта, приборы наблюдения и электрооптика — 13%, управляемые и неуправляемые ракеты, а также системы ПВО — 10% пусковые установки и другие системы огневого поражения — 8%, системы связи — 8%, БПЛА и мультикоптеры — 6%, системы разведки, информационные и киберсистемы — 5%, транспортные средства и бронетехника — 3%, обслуживание клиентов и другие статьи — 2%.

По объемам заключенных контрактов ситуация выглядит следующим образом: на таковые финансовым объемом свыше 100 млн долларов приходится 25%, 50-100 млн — 20%, 10-50 млн — 26%, до 10 млн долларов — 29%. Данные показатели не только подтверждают истинность пословицы "копейка рубль бережет", но и являются свидетельством гибкости израильских компаний, часто не свойственной оружейным гигантам других стран, в том числе и США: зачастую тем просто не до "мелочей", а иногда они просто неспособны опередить конкурентов по относительно небольшим контрактам как раз из-за шаблонных корпоративных подходов.

Большие успехи в самый тяжелый для планеты год внушают дополнительный оптимизм относительно года текущего. Среди факторов, которые вполне могут позитивно сказаться на отечественном оборонном экспорте в 2021-м, стоит назвать три:

1. Заключение мирных соглашений и нормализация отношений с рядом арабских стран. Как следствие — перспектива увеличения объемов экспорта в ОАЭ и Бахрейн, а может, и в ряд других стран региона.

2. Война в Нагорном Карабахе. Азербайджанские вооруженные силы активно, массово и успешно применяли различные израильские системы вооружений, в том числе и самые инновационные. Их роль в достигнутой Баку убедительной победе сложно переоценить. Возможно, это побудит Азербайджан к новым крупным закупкам в Израиле (такая информация на уровне планов, слухов и предположений уже озвучивалась). Но даже если нет, война стала отличной иллюстрацией возможностей израильских вооружений для других потенциальных клиентов.

3. То же в определенной степени было продемонстрировано во время недавней операции "Страж стен". И кое-что из того, что показало себя с лучшей стороны, способно заинтересовать многие страны и быть продано на экспорт.

Простые цифры, несмотря на их внушительность, не отражают всей значимости оборонного экспорта для страны. Да, эти продажи составляют 10% и даже более от совокупного израильского промышленного экспорта. Но дело даже не в этом: некоторые отрасли ВПК — своего рода локомотив, долгие годы играющий важнейшую роль в развитии различных направлений и компаний и в гражданской сфере, и это простыми цифрами не измерить. Ну, и особенно важный момент: заметная часть средств, поступающих от экспорта, остается внутри ВПК. Благодаря этим деньгам сохраняются, развиваются и создаются целые отрасли с направлениями, благодаря которым компании выходят на высокий мировой уровень или удерживают на нем свои позиции. Результат — передовые, иногда уникальные системы, поступающие на вооружение ЦАХАЛа, и играющие огромную роль в повышении обороноспособности Израиля.

"Новости недели"

Добавить комментарий