Как кубинский бразилец хотел уничтожить Европу
Хорхе СТ-ЖЮСТ, Монреаль
Прочитал про неотъемлемую часть советской жизни — доносы. Вспомнилось, как сам донос написал на коллегу. И вот до сих пор не жалею. А как дело было, спрашиваете? А вот как.
Был у нас в части оружейник, точнее, не у нас, а у соседей, летчиков, но мы к нему с просьбами тоже ходили. Был он бразильцем, раньше служил в бразильской армии, настроен против диктатуры, коммунист, подпольщик, раскрыли, был вынужден бежать, оказался в ангольской правительственной армии. Стал оружейником в авиачасти. Хороший спец по оружию, боеприпасам, подрывному делу. Даже отличный. И мужик неплохой, надо признать. Вот на него я и донёс. За что? Ага, рассказываю.
Сидим однажды на кубинском пляже, самогон банановый пьём, загораем (редко удавалось, но бывало). А на горизонте американский авианосец "Нимиц" маячит — он всегда там стоял, подглядывал.
Тут бразильский коммунист меня спрашивает:
— Слушай, а на нём ядерное оружие есть?
— Не знаю, но по идее есть, а зачем ещё авианосец такой нужен?
— А если бомбу заложить около атомного заряда и взорвать, то атомный заряд сдетонирует?
— Не знаю, но, вроде, нет, если не на боевом взводе и т.д., там надо соединить части…
— А эти части далеко друг от друга хранятся?
— Да вряд ли далеко, смысла нет тогда держать…
Лениво болтаем полчаса. И тут до меня доходит, что мужик уж больно профессиональные вопросы стал задавать — а как ядерные заряды охраняются в полевых условиях, а можно ли на боевой корабль проникнуть, а как именно это можно сделать?
Сначала я отвечаю, болтаем же, но вдруг чувствую, что уже не болтовня, а урок начался, как проникнуть и что сделать…
Тут я себя прерываю и спрашиваю:
— А тебе зачем всё это?
А он в ответ:
— А вот представь себе, мы ж с капитализмом так покончить можем запросто?
— Как?
— А вот как: придёт такой авианосец в Португалию, скажем, а они туда заходят, это известно. Встанет на рейде. Моя группа проникает на него — мол, как ты и пояснил — один из вариантов, как представители португальской стороны. Атакуем, занимаем оборону, я бегу на склад ядерного оружия, взвожу бомбу и взрываю! Да, я погибну. Но весь мир увидит, как империалистическая политика привела к катастрофе! Никто ж не узнает, что это мы взорвали, там и пылинки не останется. И весь мир обвинит США в гибели миллионов людей в Европе. И скинет иго империализма!
Я, несколько ошарашено:
— Миллионов пять точно положишь. Детей, женщин, мужчин, стариков, рабочих, твоих братьев коммунистов, учителей, врачей, уборщиц, негров, белых… Никак не страшно за пять миллионов невинных душ?
— Нет! Гибель этих миллионов приведёт к распаду империализма и установлению справедливого нового строя на Земле!
В логике не откажешь! А мужик, я ж говорю, боевик с опытом, оружие как пять пальцев знает, бомбы делать умеет, опыт подполья колоссальный…
Ну, я подумал, подумал, и к командиру, так мол и так, это не просто болтовня. Это же серьезное может быть дело. Да я понимаю, что атомную бомбу вряд ли сможет взорвать, но идею-то продумает, и склад точно сможет сделать из газовых баллонов, взрывчатки, бензина и т.д. Миллионы не миллионы, а тысяч десять положит. А то и миллионы, если на самом деле атомную бомбу сумеет взорвать.
Командир тоже подумал, поговорил с кем-то, пиши, говорит, докладную. Ну, и написал я. С деталями. Мужика, надо отдать должное, через день перевели куда-то далеко в провинцию, подальше от центра. А что дальше было, не знаю. Но следить за коммунистом-героем стали, думаю.
Вот такие-то дела.
* В заголовок вынесена строчка из поэмы Александра Блока "Двенадцать"
Я (не бразилец, не португалец и пр.), когда в четвёртый класс перешёл, хвалился своим якобы членством в тайной организации. Будто бы мы наметили уничтожить в городе лишних людей. Назвал, кого именно: не пугайтесь — ни одного еврея. Одни славяне да финно-угры. Не думаю, что кто-то после писал донос (или даже устно). Хотя, кажется, была среди слушателей одна юная еврейка. Ей ли на такие вещи не реагировать? Уж коли аборигенов, так следом — сами знаете…
Есть разница между школьниками и профессиональным подрывником, специалистом по вооружению, подпольщиком с многолетним стажем, который вдруг решил, что настала пора браться за дело. И начал серьёзно изучать вопрос. Нет, не жалею, что настучал в особый отдел на него. И повторю ещё раз — признаю, что и особисты отнеслись с пониманием — похлопотали, чтоб мужика перевели в провинцию, откуда гораздо сложнее выбираться. И наверняка следить за ним стали. Не школьник всё же. Но это исключение в области стука, не спорю.