«Их хоб дих цу фил либ»

0

Идиш жив и звучит с израильской сцены

Ася ТЕПЛОВОДСКАЯ

Фотографии Льва Барамовича предоставлены автором публикации

 

23 декабря 2021 года в Ашкелоне прошла премьера Ашкелонского театра еврейской песни «MIR» — мюзикла «Их хоб дих цу фил либ». В тот вечер я шла в матнас «Вольденберг» с некоторым опасением. Бесконечные запреты, карантины, вечные страхи, витающие в воздухе и в прессе, новости, как из фантастического фильма ужасов, — все это надолго закрыло и остановило творческую жизнь в стране. Сомнений и вопросов было много: будут ли зрители, как все пройдет. Пришла намного раньше специально, чтобы встретиться с Игорем Хентовым, автором либретто, а затем смотрела, как собирается публика, и сердце радовалось. Сколько знакомых лиц, сколько тепла в человеческих отношениях увидела в фойе. Ничто не может заменить феномен человеческого общения: ни мобильники, ни эсэмэски, ни запреты. В тот вечер я была счастлива, что искусство живо, тяга к прекрасному не умерла. Премьера мюзикла прошла на одном дыхании, зал волновался, взрывался аплодисментами.

За деятельностью Игоря Хентова я наблюдаю давно. Многие творческие люди, приехав в Израиль, круто изменив свою жизнь, стонут, ноют, плачут, негодуют. И только некоторые принимают эту землю, адскую смесь Востока и Запада, живущую с некоторой сумасшедшинкой. А Игорь работает над своими стихами, прозой, либретто. В декабре вышло мое интервью с ним о постановке в Одессе мюзикла «Дракула», и вот снова премьера.

— Игорь, поздравляю вас с премьерой. Расскажите о театре идишской песни и о сегодняшнем спектакле.

— Сразу отвечу стихами:

ИДИШ

Звучи ж, язык местечек идиш,

Не моден ты, но всё ж

Тебя душой и сердцем слышишь,

Еврейский маме лошн…

Ведь идиш – а маме лошн, называют языком мамы, языком ласки и родительской любви.

Буквально через месяц после репатриации летом 2015 года я познакомился и подружился с Александром Гринбергом, депутатом горсовета Ашкелона, уже начавшим работу по воплощению своей мечты – созданию Ашкелонского театра еврейской песни «MIR». Услышав в ЮТУБЕ поэму для симфонического оркестра и смешанного и детского хоров «Боль земли» (композитор Игорь Левин) на мои стихи, ставшую лауреатом конкурса им. Дм. Шостаковича и, тем паче, увидев воочию рок-оперу «Моисей» (композитор Артур Бродский) на моё либретто (её привез в Израиль Одесский музыкальный театр им. Водяного), он предложил сотрудничество. Я, естественно, не отказался и стал создавать новые произведения.

Мюзикл «Необычайные похождения кота в сапогах» уже был исполняем в Ростове и имел необычайный успех – мне звонили друзья из Ростова, чтобы я помог с билетами, находясь в Израиле. Мы поставили его в Ашкелоне, сотрудничая с известными израильскими исполнителями. Далее осуществили постановку рок-поэмы «Мы» (композитор Аркадий Хаславский), ежегодные идиш-фесты и, наконец, мюзикл «Их хоб дих цу фил либ».

— Как возникла идея мюзикла? И какое отношение к этому имеет Борис Штейн (Светлая память!)

— Мюзикл «Их хоб дих цу фил либ» — продолжение муз. спектакля «Свадьба – это чудо», написанного Борисом Штейном. Идея развить тематику еврейского местечка принадлежала Саше Гринбергу. Я продумал сюжет, написал либретто (как всегда, в стихах) и вставил туда идишские хиты, согласовав с известными исполнителями: Мариной Якубович и Тамарой Рабель. Работы было много. Практически, весь муз. материал был замечательно исполнен трио «Клезмербит» (Аркадий Кляйн, Илья Жорницкий, Андрей Лукач). Ведущие Шуламит Резник и Ицхак Авербух, шоу-балет «Революшен» (руководитель Наталья Клигерман), вокальный ансамбль «Кинор Давид» под управлением Михаила и Фаины Лейнванд продемонстрировали высочайший исполнительский уровень. На высоте были и остальные артисты. Режиссёр Яков Верховский блестяще справился с возложенной на него задачей.

— Как вам понравилась премьера мюзикла? Ведь в ней участвовали профессионалы и самодеятельные коллективы. Сценография, костюмы, грим?

— Действительность превзошла мои ожидания – взгляд автора всегда пристрастен, тем паче я в творчестве всегда соприкасался лишь с профессионалами. Слава Б-гу, случилось то, на что я уповал: профи прикрыли некоторые бреши. Впрочем, и бреши-то были из-за отсутствия сцены для репетиций – только энергия и увлечённость Саши Гринберга позволяли их проводить. Теперь подробно. У нас выдающийся сценограф: Ирина Агуф, лауреат международных конкурсов, главный сценограф ростовского музыкального театра, а это о чём-то говорит! Звукорежиссёр Марк Бейдер имеет чудесные аппаратуру и «уши». Костюмы – заслуга Саши Гринберга (очередная) и всего коллектива, и, наконец, грим и подробности, из которых кроится основа – работа Марины Агафоновой, помрежа и выпускницы Гнесинки, на всякий случай!

— Ваши выступления и интервью на разных каналах в зуме разнообразны. О чем они? Почему именно вас приглашают? Самые интересные вопросы и ответы

— Я пишу каждый день афоризмы, стихи, новеллы. Они уходят в интернет, читатели делают перепосты, и, таким образом, моя писанина летит по миру и оседает у журналистов и иных заинтересованных лиц. И вообще, спасибо Цукербергу – весомая доля заказов пришла, благодаря Фэйсбуку – если он попросит долю, я, по понятиям, привитым с детства, буду обязан удовлетворить просьбу.

Именно сейчас у меня идёт серия интервью с журналистом Евгением Кудряцем (Германия). Каждое имеет множество просмотров, и скоро будет 4-е. 9 января второй зум на США – первый имел большой успех, и слушатели требовали продолжения, а «их есть у меня»).

— Что еще интересного происходит в вашей творческой жизни?

— Интересна, прежде всего, сама жизнь, и, конечно же, я обдумываю следующую постановку. Да, в Герцлии состоялись 2 концерта, о которых мечталось ранее: «От Баха и до блюза». Я читаю стихотворения – литературные портреты выдающихся музыкантов, а замечательные скрипач и пианист иллюстрируют. Кстати, концерт будет и в Ашкелоне – даты пока не знаю.

* * *

В разговоре с Игорем Хентовым я выяснила, что всего бы этого не было, если бы не Саша Гринберг. Захотелось разобраться, кто же такой Саша Гринберг. И вот я уже беседую с ним (пока только телефонное знакомство) и задаю непростые вопросы.

— Скажите, Александр, откуда появилась идея создать театр идишской песни в Ашкелоне?

— Этот театр я создавал и поддерживаю в память моей мамы Симы Шаевны Гринберг. Ее уже 10 лет нет с нами. Мама очень хорошо пела, и какие бы ни устраивались семейные мероприятия, застолья, все заканчивалось просьбой: «Сима, спой!» С детства у меня остался в голове ее голос, в памяти ее пение. Оперные певцы могли бы позавидовать ее вокалу, хотя она никогда этому не училась. И пела она именно на идиш. Мама была бухгалтером. И в память о ней у меня возникла эта идея. В 2012 году я обратился к специалистам языка идиш, хотя я сам знаю язык неплохо, могу понимать и говорить. Первый, к кому я обратился, был Самсон Кемельмахер, с которым я начал развивать эту идею, и потихоньку мы пришли к тому, что в 2015 году я эту идею осуществил. Не буду рассказывать о том, что мне пришлось пройти, преодолевая бюрократические препоны и другие трудности, это отдельная история. Самсон Кемельмахер отошел в сторону, у него были свои планы, стал развиваться самостоятельно, а у нас появилось много новых людей.

— А как произошло ваше знакомство с Игорем Хентовым?

— Именно в этот период я познакомился с Игорем Хентовым, с его работами и понял, что это именно тот человек, который нужен: может писать для театра, многим быть полезен. Я предложил ему сотрудничество, он с большой радостью согласился. С тех пор мы сотрудничаем и дружим. По его либретто поставлено несколько мюзиклов и рок-поэма, и он писал сценарии всех фестивалей идишской песни, проходящих в Ашкелоне: каждый год, начиная с 2015 года, мы проводим идиш-фест и одну постановку, которую ставим своими силами. И либретто, и стихи для песен Игорь пишет, сотрудничая с известными композиторами: заслуженным деятелем искусств России Игорем Левиным, Анатолием Зубковым (Москва), израильтянами Аркадием Хаславским и Артуром Бродским, а ныне мы задумались о совместной работе с талантливым Вадимом Поповым, ашкелонцем, репатриировавшемся из Молдавии.

— А что вы думаете о премьере мюзикла? Вам понравилось?

— Наша творческая группа из года в год ширится. Как правило мы работаем только с профессиональными артистами. Но иногда для спектакля необходимо участие самодеятельности, и вот в этом году мы поставили мюзикл «Их хоб дих цу фил либ», что в переводе с языка идиш означает «Я так тебя люблю!», где основная масса актеров – это самодеятельность, но, благодаря режиссерской работе Якова Верховского, получилось хорошо – зрители были в восторге. Актерское мастерство наших профессиональных артистов – Игорь о них рассказал подробно – было основой спектакля, а все самодеятельные актеры тоже не подвели. Я уверен, что если провести работу над ошибками, то этот спектакль достоин больших сцен. В Ашкелоне любят идиш, но я думаю, что и в других городах этот спектакль приняли бы с радостью.

— Как вам удается поддерживать ваш проект?

— В принципе, о театре самом пока рано что-либо говорить, так как мы пока существуем, благодаря помощи мэрии, и немножко нас подпитывает «рашут леумил ле тарбут идиш» – национальное объединение, которое помогает поддержке и продвижению языка идиш. Эта организация получает субсидии от министерства культуры для продвижения и сохранения языка. Регулярно я подаю заявку на помощь, поддержку, но результаты не те, чтобы развиваться в полную силу. Поэтому, пока мы живем надеждой. Хотя если сравнить сегодня с 2015 годом, то мы уже многого добились: есть постановки, накоплен опыт, которым мы можем гордиться.

— Александр, расскажите, пожалуйста, о себе ведь читателям интересно, какой человек возрождает культуру языка идиш в Ашкелоне.

— Я в Израиле с 1991 года. Приехал из когда-то чисто еврейского местечка Бельцы в Молдавии. Именно оттуда и язык, и с бабушкой практически общался на идиш. Потом учился в Новочеркасске, а жил у родственников в Ростове-на-Дону. Окончил политехнический институт. Шесть лет не общения дали о себе знать, поэтому моя жена на идиш говорит лучше меня. У нас идиш был язык семейный. Родители говорили на идиш, это у меня в крови. В 1985 году 5 лет отработал на производстве, начал со старшего инженера, закончил – исполняющим обязанности главного инженера, а числился начальником технического отдела. Трест меня не утвердил из-за пятого пункта.

В 1991 году репатриировался в Израиль со всей своей семьей, которая тогда была очень большой: мама с папой, бабушка с дедушкой, теща, двое детей. Я был самый здоровый и молодой, а мне тогда было 29 лет. Первые три года изучал язык, работал на различных работах: и копал траншеи, и в охране, и в столярной мастерской, и в гараже. Только, когда уже освоил язык, подтвердил диплом, устроился на инженерную должность на завод. И до 2017 года отработал на трех больших израильских заводах на разных должностях. И когда почувствовал, что работать начальником смены стало тяжело, работа была посменная, начал искать работу в одну смену. И тут появилась должность координатора по работе с пожилыми людьми в обществе поддержки. Это общество, которое субсидируется министерством социального обеспечения от добровольческой организации Матав. И вот уже почти пять лет я работаю в этой организации координатором, помогаю пожилым людям, пенсионерам. Работа очень соответствует моему характеру, делать добро – это мое кредо. На сегодняшний день это позволило мне также заниматься театром, появилось больше сил и времени на продвижение театральных проектов. Когда я понял, что продвигать свои идеи я могу только через политику, я стал ею заниматься. Был избран депутатом горсовета в 2018 году.

— Каким вы видите будущее вашего театра и будущее работы с Игорем Хентовым?

—  Когда я начал работать с Игорем Хентовым, я понял, что это именно тот человек, который может возглавить творческую часть. И он на сегодняшний день является художественным руководителем театра. Мы пока не ищем других авторов, всё ставим по его произведениям. Сейчас у Игоря появилась идея поставить музыкальное произведение по Исааку Башевису-Зингеру, и он уже начал над этим работать. Будущее самого театра зависит от степени финансирования, потому что театр – это не фабрика, которая выпускает продукцию, приносящую доход. Очень много времени нужно, чтобы публика узнала нас и билеты продавались, как горячие пирожки. Потенциал у нас очень большой, сильный творческий коллектив, но все зависит от финансирования и поддержки. В этом году я хочу открыть при театре студию, которая будет обучать не только актерскому мастерству и вокалу, но и языку идиш. В последнем спектакле идиш родным языком был только для двух участников, остальные учили слова. Чтобы они их понимали и знали язык, я хочу открыть студию по изучению идиша.

— Замечательная идея. Но тогда вам необходимо помещение для занятий.

— Вы правы, я в этом направлении тоже работаю, мне обещают, я пробиваю и очень надеюсь, что это сработает.

— Вы верите в сказки больше, чем я.

— Я не только верю в сказки, я еще их осуществляю, воплощаю в жизнь. Я начинал с нуля, сейчас мы проводим идиш-фестивали, полноценные ставим мюзиклы. Это сказка, в которую никто не верил, а сегодня уже реальность.

Но как же быть с гастролями по Израилю? Очень жаль, когда такой труд заканчивается одноразовым представлением.

— У нас были такие гастроли: «Кота в сапогах» мы показали в шести городах. Одна из наших задач – показывать творчество всему Израилю. То же самое касается фестивалей идиш, которые достойны любых сцен Израиля, необходимо, чтобы люди увидели и услышали.

Я искренне желаю вам, Игорю Хентову и всему вашему коллективу удачного Нового года, творческого и успешного. Пусть сбываются все ваши мечты!

"Идишкайт" и "ландкентениш"

Добавить комментарий