Как красавица-eвpeйка сластолюбивого попа проучила
Еврейская народная сказка
Жил да был когда-то богатый арендатор. И была у него очень красивая жена. Такая красавица, что муж боялся ее выпускать одну из дому. Чтоб ее, не приведи Господь, не сглазили. Если ей надо было куда-то пойти, то муж непременно шел вместе с ней, или просил своего слугу сопровождать ее.
Однако как-то раз ей необходимо было пойти в микву, и она, чтобы избавиться от провожатого, незаметно выскользнула из дому одна и отправилась в город. По дороге ей довелось идти мимо старинного замка, в котором жил православный священник, то бишь поп. Увидев из окна красивую женщину, поп тотчас в нее влюбился — так она была хороша собой.
Поп этот не привык себе ни в чем отказывать, и немедля выслал двоих своих слуг, чтобы они схватили ее и привели в замок.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Слуги вышли красавице-еврейке навстречу и, не говоря ни слова, схватили ее и с криком и шумом притащили в замок. Наш любвеобильный священник тотчас же обратился к ней со сладкими медоточивыми речами.
— Душенька моя да голубушка, да красавица моя ненаглядная! — стал он убеждать ее, что он так в нее влюбился, что жить без нее не может, и как это он ее раньше не примечал, и где ж она скрывалась от глаз людских, — и тому подобными словами.
Видит женщина, что дело плохо, что поп совершенно рехнулся и вот-вот станет ее домогаться… Тогда она прибегла к хитрости.
— Отец святой, — сказала она смиренным тоном, — я вся в твоей власти, делай со мной, что хочешь, но прежде накорми меня!.. Я вышла из дому рано утром, очень проголодалась и устала…
Услыхав такие речи, поп даже обрадовался. Он поспешил на рынок, чтобы купить самых свежих и вкусных продуктов, овощей и плодов для "своей" возлюбленной — для красавицы, которая поставила ему такое простое условие.
Оставшись одна взаперти, еврейка огляделась, чтобы понять, где она находится. Первым делом она приметила вешалку с нарядными облачениями священника. И тут же ей пришла в голову мысль: облачиться в поповское одеяние, и, таким образом, обманув слуг, вырваться из замка. Так она и поступила. Но когда поповская прислуга и монахи увидели идущего нарядно одетым священника, своего пастыря, с посохом в руках, они кинулись звонить во все колокола, думая, что наступил какой-то святой праздник.
Женщина тем временем вышла из замка и припустилась бежать куда глаза глядят. Ноги привели ее в густой лес, где она вскоре совсем заблудилась. Три дня и три ночи плутала она по лесу, пока наконец не нашла дорогу к дому.
Когда она, совершенно обессиленная, вошла в свой дом, муж первым делом ее спросил:
— Где же ты была так долго? И что это за странное одеяние на тебе и палка?.. Что это все значит?
И жена рассказала ему, что с ней произошло за это время: как ее схватили монахи возле поповского замка, как ей удалось спровадить попа в город за едой, как ей пришло в голову облачиться в его праздничное одеяние, и как она плутала три дня и три ночи в густом лесу…
Как это и бывает в жизни, ревнивый муж не верит женской правде. И чем она искреннее, тем меньше похожа на правду. Арендатор не поверил ни одному слову своей жены, и более того, уже не хотел больше жить с ней под одной крышей. Долго ли, коротко ли, порешили они на том, что должны расстаться, то есть подать на развод. Муж ей не верит, она не перечит. Жизнь не в радость, тоска снедает…
Сели они в тарантас и поехали в город к раввину оформлять "гет". В дороге их застал сильный ливень. Лило, как из ведра. Они вынуждены были остановиться и укрыться от дождя под каким-то навесом. Стоят молча. Он не говорит ни слова, и она боится открыть рот. Вдруг к ним под навес, ища укрытия от дождя, приковылял какой-то нищий. Через минуту-две нищий говорит, обращаясь к жене арендатора:
— Мало того, что я не получил от тебя ничего, даже мизинцем до тебя не дотронулся, так ты сбежала, прихватив мой посох, в котором все мое сокровище, все мое богатство было спрятано… И вот теперь я жалкий нищий…
"Даже мизинцем до тебя не дотронулся!.." — повторил про себя арендатор реплику нищего. И тут же переменил свое намерение ехать к раввину для развода. Дождь утих. Арендатор развернул лошадей в обратную сторону и повез жену домой. Дома он разломал посох священника и увидел, что он полон золота и драгоценностей — настоящее сокровище. И понял, как он глубоко ранил свою жену тем, что не поверил ее рассказу. Но нашедшие клад долго не дуются друг на друга, а радуются редчайшему случаю обретения сокровища. Арендатор с женой вскоре примирились и живут счастливо, небось, и по сей день.
А нам и клада
Не надо!
Ты и так —
Моя услада!..
ПОСЛЕСЛОВИЕ: НЕНАУЧНЫЙ КОММЕНТАРИЙ
Сказка записана в 1923 г. из уст некоего еврея Исраэля Дубинского, жившего в Киевском округе. И здесь мы опять же встречаемся и с арендатором, и со сметливой еврейской женщиной. И с кладом — правда, помещенным совсем в необычном месте, в посохе священника. Я полагаю, что цель развлекательной истории не была задеть или оскорбить православную веру; просто сказка раскрывает вполне жизненный случай: как был наказан сластолюбивый поп, пытавшийся завладеть чужим "сокровищем", нарушить одну из важнейших библейских заповедей: "Не пожелай жены ближнего своего, ни скота его, ни осла его". Да и в русском быту бытовало достойное, хоть и грубоватое нравоучение: "На чужой каравай — рот не разевай!". Поп-то и разинул рот на чужой каравай — и судьба сделала его нищим… Да, и не стоит сокрушаться по этому поводу, еще прибьется сей попик к какому-нибудь бедному приходу, да и будет служить прихожанам примером смирения и добродетели (разве что "не прилежаше пития хмельного", да и то по святым праздникам!). И смилуется Господь, и пошлет ему в жены не совсем смазливую, но справную девицу соседову Ефросинью. А уж встретив где, вне прихода своего, красавицу-еврейку, будет креститься и шептать:
"Сгинь, сгинь дьявольское наваждение!"
А наш еврейский арендатор впредь не усомнится в праведности и благочестии своей супруги.
Предисловие и перевод с идиша Льва ФРУХТМАНА
