Среди израильтян распространено мнение, что коронавирусной инфекцией заболевают лишь пожилые люди, которые вдобавок страдают какими-либо хроническими заболеваниями. Эти заболевания, дескать, способствуют появлению осложнений от инфекции, которые и могут привести к тяжелой форме болезни, а затем и смерти. А у молодых коронавирусная инфекция протекает либо вообще бессимптомно, либо очень легко. Чтобы развеять это заблуждение, мы решили опубликовать истории трех относительно молодых людей, переболевших этим COVID-19
Петр ЛЮКИМСОН
Иллюстрация: pixabay.com_ geralt
— Я подхватила коронавирус на деловой встрече, которая продолжалась около получаса, — рассказывает сотрудница регионального совета Мате-Биньямина Шарон Калиф (32). — Хочу подчеркнуть: я абсолютно здоровый человек, всю жизнь активно занимаюсь спортом, так что ни о каких сопутствующих болезнях в моем случае говорить не приходится.
Когда выяснилось, что я контактировала с инфицированным, меня отправили в карантин, и поначалу я восприняла это как отпуск, возможность отдохнуть. Однако затем появились боли в руке — сначала небольшие, так что я не придала им никакого значения. Потом вдруг стала наваливаться сильная усталость, меня знобило, очень сильно болела голова. На этом этапе я все еще находилась дома в карантине. Из больничной кассы мне прислали аппарат, замеряющий частоту пульса и уровень кислорода в крови. Потом стало вдруг трудно дышать, резко поднялась температура, и муж вызвал "скорую помощь", которая доставила меня в больницу "Шаарей-цедек".
Только оказавшись в отделении коронавируса, я поняла, что разговоры о том, что эта болезнь в первую очередь поражает пожилых людей — миф. Как раз наоборот — большинству больных было чуть за 40, некоторые младше. Со мной в палате лежала 30-летняя женщина, которую трясло от озноба, и врачам, несмотря на все усилия, не удавалось сбить ей температуру.
Меня сразу же после помещения в коронавирусное отделение подключили к кислородному аппарату. Медики успокаивали меня: сказали, что я молода, здорова, так что обязательно вылечусь. Но первые три дня были очень тяжелыми. На четвертый мне полегчало, и врачи сказали, что теперь мое состояние можно охарактеризовать как средней степени тяжести. Еще через неделю меня выписали — тест на коронавирус показал отрицательный результат.
С тех пор прошло три месяца, но я все еще не пришла в себя и боюсь, что вообще не приду. У меня такое ощущение, что я в одночасье постарела на 20 лет. Слабость и трудности с дыханием остаются. Если раньше я ежедневно легко проходила 15 км быстрым шагом, то теперь после каждых 100 метров мне надо присесть. Друзья и коллеги поздравляют меня с выздоровлением, но я знаю, что по большому счету продолжаю болеть — пусть у меня теперь и нет коронавируса.
История сотрудника юридического отдела Кнессета Йохая Эдри (37), пожалуй, еще более драматична.
Когда стало ясно, что он инфицирован коронавирусом, Йохай поехал отбывать карантин в доме родителей в Акко. Очень скоро у него появилась сильная слабость, понос, головная боль, а затем температура и трудности с дыханием. Когда температура взлетела под сорок, родители вызвали "скорую", и Йохай оказался в отделении коронавируса хайфской больницы "Рамбам".
— Первым делом меня подключили к кислороду, но это не очень помогло, — рассказывает Йохай. — В течение суток сменили три кислородных аппарата, один совершеннее другого, все было без толку. У меня по-прежнему держалась очень высокая температура, которая не сбивалась никакими лекарствами, и я с трудом дышал даже с аппаратом. Поверьте, нет ничего тяжелее и страшнее ситуации, когда ты не можешь дышать. Мне сделали все необходимые проверки и анализы, в ходе которых выяснилось, что у меня развилось воспаление легких, и тогда врачи решили погрузить меня в искусственную кому и подключить к аппарату ИВЛ. В этом состоянии я провел десять дней. Потом были долгие дни реабилитации, новые анализы, и, наконец, долгожданный отрицательный тест.
Меня выписали. Формально я считаюсь здоровым, но мне по-прежнему трудно дышать, я чувствую постоянную слабость, от любых, даже самых незначительных усилий мгновенно устаю. Хочу верить, что через несколько месяцев это пройдет, и я полностью восстановлюсь и смогу работать, как прежде.
Недавно, прочитав о смерти от коронавирусной инфекции 37-летнего здорового мужчины, Йохай Эдри опубликовал в интернете пост, в котором рассказал историю своей болезни, а также о том, что видел в отделении коронавируса совсем молодых людей — между 20 и 30, и призвал всех соблюдать указания Минздрава, поскольку с коронавирусом шутки плохи. "Мы почти ничего не слышим об этом, но очень многие молодые переносят коронавирусную инфекцию почти так же тяжело, как пожилые, — написал Эдри. — Мой случай далеко не единственный. Да, обычно состояние 20-30-летних больных квалифицируется врачами как средней степени тяжести, и их не подключают к аппаратам ИВЛ, но все равно им приходится очень нелегко. Высокая температура и трудности с дыханием — это мука!"
— Реакция на пост меня поразила, — говорит Йохай. — Я не ожидал, что на меня выплеснутся такие потоки сарказма и злобы. Авторы комментариев обвиняли меня во лжи, всячески высмеивали. Очень многие писали, что маски бесполезны, а коронавирусная инфекция совсем не так опасна, как я это представляю. И все же мне важно было сказать это людям. Коронавирус существует, он опасен для всех, и если вы не боитесь заразиться сами, то принимайте меры предосторожности хотя бы ради родителей. В пожилом возрасте болезнь действительно переносится куда тяжелее, чем в нашем, и это я тоже видел воочию.
Илан Атия (48) из Нетании начинает рассказ о своей болезни с того, что всю жизнь гордился отменным здоровьем и до недавнего времени не мог вспомнить, когда последний раз был в поликлинике, не говоря уже о госпитализации.
— По профессии я садовник, занимаюсь физическим трудом на свежем воздухе, а это само по себе укрепляет здоровье, — с улыбкой говорит Илан. — Поэтому сообщение о том, что я инфицирован коронавирусом, я поначалу воспринял как шутку. Нахождение в карантине казалось мне излишним, но когда температура поднялась выше 39 градусов, а каждый вдох давался с трудом, мы вызвали "скорую помощь". Меня доставили в нашу городскую больницу "Ланиадо", где я провел два дня. Потом врачи сказали, что температуру мне сбили, и я могу продолжить лечиться дома. Мне действительно стало немного легче, но дома я снова почувствовал себя неважно. Опять поднялась температура, и я не мог спать, потому что задыхался во сне. Было такое ощущение, что голову оборачивают тонкой полиэтиленовой пленкой: ты делаешь вдох, а вместо воздуха тебе в рот лезет пленка…
На пятый день меня снова отвезли в больницу, на этот раз — в отделение коронавируса больницы "Меир" в Кфар-Сабе. Уровень кислорода у меня в крови был в этот момент крайне низок, температура высокая. Воздух я глотал буквально, как рыба, выброшенная на берег. Словом, состояние было тяжелое, и поначалу меня сразу хотели подключить к аппарату ИВЛ, но затем все же решили ограничиться обычным кислородным аппаратом. Ну и, само собой, делались инфузии всевозможных лекарств. Каких именно, не знаю — мне было не до этих подробностей. Лишь через пять дней мне стало ощутимо легче, и меня решили выписать, поскольку коек катастрофически не хватает. Карантин я досиживал дома, рассылая родственникам и знакомым сообщения по "Вотсапу", чтобы не пренебрегали коронавирусной инфекцией, поскольку она очень опасна.
К сожалению, большинство моих знакомых этого все еще не осознают. До объявления карантина они продолжали высмеивать все меры правительства и указания минздрава, устраивают вечеринки, гуляют по торговым центрам. Все уверены, что с ними этого не произойдет или они будут болеть бессимптомно. Но на самом деле болезнь может настигнуть каждого, в любом возрасте. И это происходит так внезапно, что ты просто не можешь понять, почему и как это с тобой случилось…
О том, что в последние месяцы средний возраст больных тяжелой формой коронавирусной инфекции заметно снизился, говорят и данные, приведенные в дни, когда правительство обсуждало вопрос о введении жесткого карантина на период праздников. В больнице "РАМБАМ" средний возраст пациентов на ИВЛ составляет 48 лет; в больнице "Кармиэль" — 50 лет; в больнице "Сорока" — 52 год; в больнице "Вольфсон" — 58 лет; в больнице "Ихилов" — 61 год; в больнице "Адасса Эйн-Керем" — 64 года. Эпидемиологи говорят, что если в первую волну эпидемии у большинства пациентов младше 35 лет болезнь действительно протекала бессимптомно, то теперь те или иные симптомы почти всегда проявляются, часто болезнь протекает очень тяжело (хотя врачи стараются подключать к ИВЛ только в крайних случаях, поскольку замечено, что после него осложнения бывают более острыми, чем у тех, кто обошелся без аппарата). Количество летальных исходов среди этой возрастной группы тоже заметно растет.
* * *
По мере нарастания второй волны эпидемии врачи все больше приходят к выводу, что не так страшна сама коронавирусная инфекция, как ее последствия. Судя по всему, с различными осложнениями, которое вызывает это заболевание, мы будем еще долго бороться и после окончания эпидемии. Осознание этого факта побудило руководство медицинского центра им. Рабина еще в июне открыть две поликлиники для переболевших коронавирусной инфекцией: одну при больнице "а-Шарон", предназначенную только для ее бывших пациентов, и вторую — для всех, при больнице "Бейлинсон". В поликлинике работают врачи и специалисты самого широкого профиля: инфекционисты, неврологи, пульмонологи, психиатры, физиотерапевты. Чуть позже такая же поликлиника была создана при больнице "Шиба" в Тель а-Шомере.
— Как выяснилось, даже в тех случаях, когда болезнь протекала очень легко, и человек, что называется, отболел дома или в гостинице, последствия сказываются еще долго. Это и боли в суставах, и быстрая утомляемость, и одышка, — говорит руководитель поликлиники в "Бейлинсон" доктор Дана Елин. — Скажу больше: даже те, у кого болезнь протекала бессимптомно, чувствуют, что с ними что-то не так, и обращаются к нам. И почти всегда у них выявляются те или иные осложнения. О тех, кто переболел тяжело, я уже не говорю.
Проблема в том, что те, кто переболел бессимптомно, чаще всего просто сидели дома и консультировались с врачом по телефону. Да и это в лучшем случае. Между тем, мы убеждены, что даже при самых легких формах заболевания после излечения просто необходимо пройти осмотр терапевта — либо в нашей поликлинике, либо в своей больничной кассе. Осмотр позволяет понять, к каким врачам-специалистам пациента следует направить далее.
Кстати, появление в поликлинике среди других специалистов психиатра не случайно. Как выяснилось, двухнедельное пребывание в изоляции в четырех стенах небольшой комнаты негативно влияет на психику многих людей, у них начинает развиваться депрессия и различные фобии. Потеря работы, страх перед завтрашним днем, безусловно, усиливают это состояние.
— К сожалению, для того, чтобы к нам попасть, необходимо выстоять немалую очередь, — говорит врач больницы "Шиба" доктор Ицик Леви, сотрудничающий с поликлиникой для переболевших коронавирусной инфекцией. — Следует понять, что речь идет о новой болезни. Мы почти ничего не знаем о ней и находимся в процессе накопления данных. Уже ясно, что коронавирус в той или иной степени стремится поразить все жизненно важные системы организма. У 10-20% пациентов после заболевания возникают те или иные осложнения в определенной системе или нескольких из них. На данном этапе наблюдений мы склоняемся к тому, что обычно, чем тяжелее протекала болезнь, тем более тяжелые осложнения она оставляет, но и из этого правила есть исключения. Ясно одно: мы лишь в самом начале пути, и коронавирус может нас очень неприятно удивить в будущем.
[nn]
