В области создания и усовершенствования БПЛА Израиль впереди планеты всей
Владимир ПЛЕТИНСКИЙ
В далеком 1991 году, начав работу в газете "Хадашот", я написал фантастический псевдорепортаж для страницы юмора "Какаду" про то, как израильский радиоуправляемый шмель проник в бункер Саддама Хусейна и, прожужжав ему "шаббат шалом", взорвал иракского диктатора. Название заметки "Полет Шмуля" навевало вполне конкретные ассоциации и с оркестровой интермедией Николая Римского-Корсакова из оперы "Сказка о царе Салтане", и с еврейским именем Самуил (он же Шмуэль).
О, если бы в момент написания этого иронического текста я понимал, как слово наше отзовется!
На следующий день после выхода газеты в редакцию позвонил некий серьезный товарищ из солидной организации и на иврите принялся меня отчитывать за разглашение государственной тайны, не согласовав публикацию с военной цензурой. Помогавший мне в общении переводчик Паша воскликнул:
— Но ведь это же юмор и фантастика!
Последовавший за этим ответ был суров, но справедлив. А в присланном следом факсе, который с выражением крайнего испуга на лице принес в нашу комнату коммерческий директор издания, указывалось: в следующем номере мы должны сообщить, что рассказ про Саддама является выдумкой, не имеющей никакого отношения к разработкам израильского военпрома. Так мы, дружно пожав плечами, и поступили. А на хулиганский заголовок опровержения в солидной организации внимания не обратили. А может их толмач просто не понял значение строчки "Мы рождены, чтобы сказку сделать былью".
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Во всяком случае, никаких оргвыводов не последовало, а я укрепился в мысли, что таки подобные "шмули" в нашем военпроме если еще не производятся, то уж точно разрабатываются или даже испытываются.
Прошли годы. Наблюдая за развитием становящейся все более востребованной в армиях мира беспилотной отраслью, я все ждал, когда сказка станет былью. Но смертоносные аппараты размером со шмеля по сей день не афишируются – хотя уверен, что они уже существуют. Пока же идет соревнование не столько за миниатюрность, сколько за дальность полета, дистанционную управляемость и возможность перенести как можно больше взрывчатки либо огнестрельного оружия.
Понятно, что я не мог пройти мимо статьи в газете "Jerusalem post", опубликованной под названием “Drone revolution is a human revolution” ("Революция дронов — это революция человечества").
Статья сооснователя израильского стартапа XTEND Руби Лиани утверждает, что революция дронов — это не просто технологический скачок, а изменение роли человека, его возможностей, профессий и безопасности. Автор показывает, что дроны перестали быть игрушками и стали инструментом, который меняет жизнь людей — как тех, кого они защищают, так и тех, кто ими управляет.
ОТ ИГРУШЕК К КРИТИЧЕСКИ ВАЖНОМУ ИНСТРУМЕНТУ
Еще десять лет назад квадрокоптеры воспринимались как хобби для энтузиастов. Сегодня же дроны стали ключевым элементом в обороне и безопасности, помогают пожарным, спасателям и полиции, используются в инспекциях, строительстве, энергетике, создают новые профессии и пути карьерного роста.
Это не просто автоматизация — это расширение человеческих возможностей.
Дрон позволяет одному оператору выполнять задачи, которые раньше требовали больших команд, длительного обучения и физического риска.
Это особенно заметно в тактических ситуациях: дроны дают обзор, присутствие и доступ туда, куда человеку идти опасно.
ГЛАВНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ — ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ
Автор подчеркивает: важно не то, что дроны умеют летать, а то, кому они дают возможность действовать.
Современные системы управления настолько интуитивны, что ими могут пользоваться молодые люди без технического образования, новички в сфере безопасности, люди, которые раньше не имели доступа к высокотехнологичным профессиям.
Это превращает дроны в социальный лифт: обучение короткое, компетентность растет быстро, а профессии становятся доступнее.
Индустрия дронов создает целую экосистему профессий: операторы, инструкторы, планировщики миссий, разработчики приложений, специалисты по искусственному интеллекту (ИИ) и компьютерному зрению, интеграторы и полевые техники.
По сути, формируется новая отрасль, похожая на то, что произошло с IT в 90-х: множество ролей, быстрый рост, низкий порог входа.
ЛИЧНЫЙ ПУТЬ АВТОРА
Руби Лиани рассказывает, что начал как энтузиаст RC-моделей. Он создал Израильскую лигу гонок дронов FRIL — сообщество, которое объединяло инженеров, спортсменов и новаторов.
Переломным моментом стала ситуация, когда Израиль столкнулся с угрозой взрывных шаров из Газы. Автор начал использовать собственные дроны для защиты общин и лесонасаждений, и увидел, насколько они эффективны в предотвращении опасности.
Этот опыт привел его к созданию компании XTEND, которая разрабатывает дроны для тактических и спасательных задач.
XTEND продвигает концепцию “человеко-направляемой автономии”. Манифест этого стартапа выглядит так:
— автономия не заменяет человека
— автономия усиливает человека
— машина берет на себя рутину, стабилизацию, навигацию
— человек принимает решения, задает намерение и контекст.
Это снижает когнитивную нагрузку на оператора и делает управление доступным даже для новичков.
Такой подход похож на современные системы в авиации, медицине и автомобилях, где человек остается главным, а машина помогает.
ОПЕРАТИВНОЕ ЗНАЧЕНИЕ: МЕНЬШЕ РИСКА, БОЛЬШЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ
Беспилотники меняют правила игры в двух ключевых аспектах.
Первый: дроны идут первыми.
Вместо человека в опасную зону (здание, туннель, район обстрела, место с химической угрозой) отправляют беспилотник. Это спасает жизни.
Второй: дроны ускоряют цикл “увидел — решил — действуй”.
То, что раньше занимало минуты, теперь занимает секунды.
В реальных операциях это разница между успехом и провалом.
ПОЧЕМУ ИНДУСТРИЯ РАСТЕТ ЭКСПОНЕНЦИАЛЬНО
Три фактора совпали:
- Зрелость аппаратного обеспечения
Дроны стали надежными и доступными.
- Практический ИИ
Реальное время: навигация, распознавание объектов, анализ ситуации.
- Новый пользовательский опыт
Управление стало похоже на AR (Augmented Reality — дополненную реальность), VR (Virtual Reality – виртуальную реальность) и видеоигры.
Это резко снижает порог входа.
Когда БПЛА стали программируемыми платформами, как смартфоны, инновации начали расти лавинообразно.
СОЦИАЛЬНЫЙ ЭФФЕКТ: УВЕРЕННОСТЬ, КОМПЕТЕНТНОСТЬ, СМЫСЛ
Работа с дронами развивает пространственное мышление, способность к управлению ситуацией, предоставляет возможность принятия быстрых решений под давлением обстоятельств, взаимодействие с ИИ.
Многие люди, пришедшие просто попробовать свои способности, в итоге находят профессию, сообщество единомышленников, начинают примерять к себе чувство миссии.
Это делает дроны не просто технологией, а путем личного роста.
БУДУЩЕЕ: РОИ, МУЛЬТИДРОНОВЫЕ МИССИИ, ОБЪЕДИНЕННЫЕ СИСТЕМЫ
Мы уже вступаем в новую фазу, в которой нас ждут:
— управление роями беспилотников;
— автономность, позволяющая выполнять большую часть задач без участия операторов;
— человек, контролирующий намерения;
— единый интерфейс для воздушных и наземных роботов.
Цель — дать человеку возможность работать в самых сложных условиях с минимальным риском.
Главный вывод, который делает Руби: БПЛА — это не про машины. Это про людей.
Беспилотники уменьшают опасность, расширяют человеческие возможности, создают новые профессии, дают людям чувство цели, делают технологии доступными.
Автор подчеркивает, что его собственная жизнь изменилась благодаря дронам — и именно так должна работать технология: не заменять человека, а усиливать его.
ИСТОРИЯ РАЗРАБОТКИ ДРОНОВ В ИЗРАИЛЕ
Естественно, прочитав статью Лиани, я заинтересовался, как развивается отрасль создания БПЛА и когда было положено начало этому процессу. При подготовке этого обзора использованы открытые источники.
Израиль считается одним из пионеров в области военных беспилотников. Первые эксперименты с БПЛА здесь начались еще в 1970-е годы: дроны использовались как разведывательные платформы и ложные цели для противника. Уже к началу 1980-х Израиль начал системно применять БПЛА в боевых условиях, в том числе для разведки и целеуказания, что дало серьезное преимущество в конфликтах с нашими "миролюбивыми" соседями и во многом предвосхитило подход США к использованию дронов в 1990–2000-е годы.
Со временем вокруг технологий БПЛА сложилась полноценная отрасль. Ключевыми игроками стали Israel Aerospace Industries (IAI), Elbit Systems и Aeronautics. Израильские компании разработали целую линейку разведывательных и ударных платформ — от легких тактических аппаратов до крупных высотных дронов длительного барражирования. Практически весь парк военных БПЛА, стоящих на вооружении Израиля, производится внутри страны, а исследования и разработки в этой области остаются национальным приоритетом.
С течением времени дроны превратились не только в военный инструмент, но и в важную статью экспорта. Израиль стал одним из ведущих мировых поставщиков БПЛА, реализуя системы разведки, наблюдения и целеуказания десяткам стран. По оценкам экспертов, Израиль на протяжении многих лет входил в число крупнейших экспортеров военных дронов в мире.
Среди покупателей израильских БПЛА фигурируют страны Европы, Азии, Латинской Америки и Африки; нередко израильские платформы закупались или лицензировались даже теми государствами, которые параллельно развивают собственные программы беспилотников (например, доэрдогановской Турцией). Конкурентоспособность израильских систем обеспечивается сочетанием факторов: реальный боевой опыт эксплуатации, высокая надежность, развитые средства разведки и связи, а также постоянное внедрение ИИ-компонентов, улучшающих навигацию и обработку данных в реальном времени.
В результате дроны стали не только частью военной доктрины, но и важным элементом экономического и технологического влияния Израиля на международной арене.
На глобальном рынке Израиль конкурирует с США, европейскими производителями и китайскими компаниями. С США он соперничает в сегменте высокотехнологичных военных систем, уступая по масштабам, но выигрывая за счет гибкости, специализации и готовности адаптировать решения под нужды конкретного заказчика. В сравнении с Китаем Израиль часто воспринимается как более надежный поставщик для стран, которые опасаются зависеть от китайской военной электроники, возможно, контролируемой спецслужбами КНР и способной переключаться для выполнения их заданий.
Сильная сторона Израиля — глубокая интеграция БПЛА в реальные боевые и тактические сценарии, что делает продукты не просто демонстрационными, а проверенными в условиях интенсивных конфликтов. Это повышает доверие заказчиков и позволяет израильским компаниям удерживать значимую долю рынка в “премиальном” сегменте военных и двойных технологий.
На фоне стремительного развития военных и промышленных дронов Израиль постепенно выстраивал и систему регулирования гражданского сектора. За него отвечает Управление гражданской авиации Израиля (CAAI), которое публикует правила для рекреационного и коммерческого использования БПЛА.
Согласно обновленным требованиям, для полетов дронов, используемых в развлекательных и творческих целях, требуется соблюдение ряда условий. Введена система лицензирования для рекреационных операторов: получить лицензию можно, начиная с 12 лет, при наличии базовых знаний и прохождении теоретического экзамена; несовершеннолетние до 16 лет должны управлять полетом под контролем взрослого оператора. Дроны массой свыше определенного порога (как правило, от 250 г) подлежат регистрации в онлайн-реестре CAAI и должны иметь маркировку с идентификатором владельца.
К общим ограничениям относятся полеты только в пределах прямой видимости, соблюдение высотных лимитов, запрет полетов вблизи аэропортов и в зонах, обозначенных как No Fly Zones (военные объекты, некоторые городские районы и т.д.). Для работы в контролируемых или чувствительных зонах, а также для коммерческих операций, могут требоваться дополнительные разрешения и более строгие требования к подготовке оператора.
Наряду с официальным регулированием действуют и общественные инициативы: так, Израильская организация дронов помогает как местным пилотам, так и иностранным посетителям оформлять разрешения, регистрировать аппараты и получать доступ к картам запретных зон, что упрощает законное использование БПЛА туристами и энтузиастами.
А ЧТО ЖЕ "ШМУЛИ"?
Понятно, что и в сфере миниатюризации дронов человечество не стоит на месте. Я проверил по публикациям в СМИ, кто и что делает в разработке и создании мини-БПЛА в виде насекомых либо соответствующих размеров.
Израиль и в этом чуть ли не впереди планеты всей.
Компания Israel Aerospace Industries разработала "бабочку"‑дрон весом всего 13 граммов, с камерой 0.1 г и мотором на 7000 оборотов в минуту. Пошли ли представители израильского военпрома дальше разработок, перешли ли к созданию смертоносных "насекомых", информации в открытых источниках нет, но надеюсь, что да. И что саддамообразным врагам Израиля есть чего опасаться.
Ученые из Тель-Авивского университета изучали механику полета белокрылок — насекомых, которые перед взлетом подпрыгивают, что позволяет стабилизировать движение дрона. Цель — создать сверхманевренные разведывательные платформы, которые можно запускать в закрытые пространства.
В США Массачусетский технологический институт (MIT) разработал робота размером с пчелу, способного летать до 17 минут — это на данный момент официальный рекорд для БПЛА таких размеров. Исследования ведутся в рамках программ DARPA, включая проекты RoboBee и micro-UAVs для разведки, наблюдения и даже опыления.
В Китае национальный университет оборонных технологий (NUDT) представил дрон в форме комара, длиной 2 см и весом 0.3 г. Он оснащен камерами, микрофонами и сенсорами, и может использоваться для скрытого наблюдения и специальных операций. Управляется со смартфона, выглядит почти как настоящий комар — с тонкими ножками и крыльями, взмахивающими до 500 раз в секунду.
Резонный вопрос: зачем это нужно?
Разведка в помещениях: такие дроны могут проникать туда, где обычные БПЛА слишком громоздки.
Незаметность: внешне они могут быть неотличимы от настоящих насекомых.
Сбор данных: видео, звук, химические анализы — все в миниатюрной упаковке.
При этом, конечно, имеются военные и биологические риски: эксперты предупреждают, что такие устройства могут быть использованы для доставки токсичных веществ. И тогда "укус" подобного "комара" может стать летальным.
Но если мишенью этого "шмуля" станет какой-нибудь вражина еврейского народа, я буду только рад. Даже если очередной саддам не услышит на прощание "шаббат шалом".
