О, русский юмор, бессмысленный и беспощадный!
Есть такой старый анекдот: плывут как-то две молодые рыбки, а навстречу им — старая рыба, кивает и говорит:
“Привет, молодежь, как вам вода сегодня?”
Рыбки плывут дальше, и вдруг одна из них поворачивается к другой и спрашивает
“Что, черт возьми, значит – вода”?
Считается, что люди, живущие в своей стране, знают о ней на порядок больше, чем те, кто из этой страны уехали. На самом же деле иногда уехавшие начинают понимать о своей бывшей Родине гораздо больше оставшихся. Просто потому, что им есть, с чем сравнивать. Оставшиеся давно “принюхались” к своему сероводороду и даже не ощущают его запаха. Не понимают, что можно дышать и чистым воздухом.
Например, из Италии — с ее обязательной вежливостью, улыбкой как социальной смазкой, ритуальным уважением к дистанции — русский юмор выглядит не просто резким. Он выглядит агрессивным. Построенным на постоянном унижении собеседника. На том, чтобы кого-то поставить ниже: дурак, лох, терпила, “чё, самый умный? ”. Шутка как акт доминирования.
Вы можете прислать мне, например, любой выпуск из КВН, который набрал миллионы просмотров, собрал тысячи восторженных комментариев и который вы считаете очень остроумным — и я разберу его на запчасти, чтобы показать вам, сколько там унизительного юмора. Ух ты, мы вышли из бухты.
Изнутри России я не воспринимал это, как унижение. Ведь всеми воспринималось это, как “норма”. Это чистый Сорокин с его “нормой” — порцией спрессованных фабричным способом фекалий. Юмор, как способ держать равновесие в мире, в котором слабость опасна. Юмор становится тренировкой: выдержишь — свой. Не выдержишь — сам виноват. На какой стул сам сядешь, а на какой мать посадишь? Сыграй на гармошке (на батарее) — раздвинь меха. Бугага.
Речь не о том, что “русские плохие”, а итальянцы “хорошие”. На самом деле культура — это всегда ответ на условия. Когда долго живешь в среде, где тебя могут унизить всерьез — ты учишься делать это понарошку. Первым. Смеясь. Это защитный механизм, а не национальный порок. Но защитные механизмы плохо заметны изнутри. Они кажутся естественными. Даже правильными. Пока не попадешь в место, где они не нужны — и вдруг не понимаешь, почему всем вокруг неловко, а тебе ведь это было раньше смешно.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
P.S.
И становится совсем неловко, например, за сцену из культового советского фильма “Любовь и голуби”. Помните, там жена выгоняет работника леспромхоза Василия Кузякина из дому за адюльтер? И тот живет несколько недель на заброшенном пароме. Осенью. Представьте себе, как пах этот человек, не снимавший неделями сапог и теплой одежды. И вот, выпив водочки “Глядеть на нее что ли?”, он заваливает свою жену на телогрейку с газеткой под бравурную музыку. Не снимая кирзачей. Смешно. Очень.
Самое трудное — понять, что вода не обязана быть именно такой. Что можно смеяться, не унижая. Быть остроумным, не раня. Заниматься любовью, хотя бы помывшись и сняв сапоги.
Телеграм-канал автора #@ResistanceRF
Заголовок и подзаголовок даны редакцией
