Матерый "тольконебибист" как жена Цезаря

Суровые борцы и неукротимые борчихи с домогательствами вдруг словно воды в рот набирают, когда речь идет о Мени Нафтали. Еще бы: ведь он же такая надежда и опора в борьбе за свержение ненавистного Биньямина Нетаниягу, а обвиняющая его в приставаниях Светлана Немировская — лишь помеха на этом карфагеноразрушительном пути

Петр ЛЮКИМСОН

Уже после того как Мени Нафтали получил юридический иммунитет (то есть гарантию того, что в обмен на показания против Сары Нетаниягу не будет привлечен к ответственности за преступления, которые совершил в качестве завхоза), в мае 2015 года бывшая горничная резиденции премьера Светлана Немировская обратилась в полицию. Женщина утверждала, что во время работы в канцелярии подвергалась домогательствам со стороны управляющего Мени Нафтали. Жалоба изобиловала подробностями, которые просто трудно придумать. В числе прочего Немировская цитировала сделанные ей непристойные предложения, и снова было трудно представить, чтобы репатрианта из бывшего СССР придумала подобные похабные формулировки на иврите.

Далее Светлана прошла проверку на детекторе лжи, и та показала, что женщина говорит правду. После этого было бы логично, чтобы полиция потребовала от Мени Нафтали пройти такую же проверку – как это было сделано, скажем, с генералом Офиром Бухрисом. Но от Нафтали этого никто не требовал. Казалось, было бы логично, чтобы следователи провели очную ставку между Немировской и Нафтали. Но и очная ставка не проводится, хотя Немировская от нее не отказывается. Вместо этого в качестве свидетельницы вызывается… жена Мени Нафтали. Она заявляет, что муж на подобное не способен; что она ему абсолютно доверяет, да и вообще о чем мы говорим – перед нами просто ангел в человеческом облике!

Дело, тем не менее, не закрывается. Следователи просто откладывают его в сторону. Но в минувшем ноябре главный борец с коррупцией, обладатель юридического иммунитета, рыцарь без страха и упрека Мени Нафтали обращается в прокуратуру и полицию с требованием принять, наконец, конкретное решение по его делу – чтобы недоброжелатели перестали пачкать его имя и напоминать о том, что он является подозреваемым в домогательствах. И, как видим, такое решение быстро принимается. Просто сердце радуется, когда узнаешь, какие объективные у нас в стране полиция и прокуратура. Правда, Нафтали это решение не удовлетворило, он собирается подать в Верховный суд требование закрыть дело с формулировкой "за отсутствием вины", а не "за отсутствием доказательств". И не исключено, что Верховный суд пойдет ему навстречу и сменит формулировку.

Поскольку Нафтали – это дорогой наш человек. Даже не человек, а человечище! Этакий матерый, я бы сказал, человечище! Сейчас его в школы на лекции приглашают, а после решения прокуратуры начнут и в вузы, и на всякие форумы приглашать. А там, глядишь, в почетные доктора всяких университетов произведут. И госпремии удостоят. "За дело жизни".

Что во всей этой истории не удивляет, так это молчание наших борцов с сексуальными домогательствами. Конечно, в другом случае они бы возмутились и обвинили прокуратуру в том, что таким образом дает понять жертвам сексуальных домогательств, что обращаться с подобными жалобами бессмысленно. Но нет, они решили промолчать. Словно если ты "тольконебибист", то как жена цезаря — вне подозрений.

Некоторые наши дважды соотечественники уже обратили в интернете внимание на сей факт и пришли к скоропалительному выводу: дескать, все дело в том, что Светлана Немировская – "русская", а с "русскими" женщинами, по мнению нашей полиции, можно делать что угодно. Но, честно говоря, думается, дело не в этом. Или, по меньшей мере, не только в этом. Просто есть в Израиле группа людей, против которых подобные обвинения, даже если ни на чем не основаны, принимаются всерьез, и их начинают немедленно клеймить и феминистки, и СМИ так, словно все уже решено и суд вынес приговор. А есть те, жалобы на которых не афишируются, да и СМИ с феминистками их не замечают.

Признаюсь, иногда даже хочется составить четыре списка. В первый войдут имена тех, на кого женщины могут подавать жалобы о домогательствах и удостаиваться поддержки общества, полиции и прокуратуры. Во второй – тех, на кого подавать такие жалобы бессмысленно, даже если речь идет о вполне реальном преступлении, включая изнасилование. Вас интересует, что должны представлять собой третий и четвертый список? Да то же самое, что первый и второй, только в них будут содержаться имена ныне покойных политических и общественных деятелей. Почему я до сих пор этого не сделал? Исключительно из-за нехватки времени. А ведь очень поучительные получились бы списки!..

"Новости недели"

https://www.isrageo.com/2017/10/21/menin225/