На таиландском фоне Пиросмани
Грузинский ресторан в таиландском Пхукете. Стены увешаны фотографиями старого Тбилиси, репродукциями Пиросмани, коврами, кинжалами, пистолетами. На большом экране идёт показ мод из Парижа. Без звука. То есть, звук в телевизоре выключен, а вместо него из колонок, скрытых между кинжалами, доносится песня Синатры “Нью-Йорк – Нью-Йорк”, но по-грузински. И вместо “Нью-Йорк” грузинский певец почти синатровским голосом поёт “Тбилиси-Тбилиси” (хотя, по ритму больше бы подходило “Бангкок-Бангкок”).
Получается, что длинноногие модели дефилируют под грузинскую музыку и подмигивают с подиума усатым князьям на фотографиях.
Меню представляет собой толстую книгу в кожаном переплёте, в которой на чётных страницах представлены блюда, а на нечётных – рассказы об истории и культуре Грузии. Закуски идут под древнюю историю. Гарниром к основным блюдам выступают средние века, новая история, фольклор, литература и живопись (на все мясные блюда истории не хватило). Ну и новейшая история скромно разместилась возле напитков.
Сюрреалистичную картину дополняют тайские официанты, разъясняющие посетителям тонкости грузинской и русской кухни.
“We have okroshka with kvas and with kefir”.
“If you don’t finish your meal you can vzjat’ s soboj”.
В углу зала, на небольшом возвышении восседает хозяин ресторана: толстый грузин в гавайской рубашке, с большим золотым крестом на волосатой груди.
Одной рукой он обнимает не очень молодую, но очень красивую таиландку, в другой руке у него бокал якобы настоящего “Саперави”. Судя по командному тону, которым таиландка отдаёт распоряжения официантам и поварам, и по ласковому взгляду на кассу, с хозяином ресторана её связывает нечто большее, чем творчество Шота Руставели.
Сам хозяин, прищурив один глаз, неторопливо осматривает свои владения и контролирует ситуацию.
В противоположном конце зала русская туристка пытается на ломаном английском выяснить у официанта, почему в блюде, заявленном в меню как “Салат с орехами” нет орехов. Официант вяло оправдывается, что, мол, у него на сарае тоже много чего написано, а там всего лишь дрова.
И тут туристка, поймав на себе взгляд хозяина, кричит ему через весь зал:
“Где орехи? Почему в салате нет орехов?”
Хозяин неторопливо отхлебнул вина, закусил чем-то не указанным в меню, выдержал театральную паузу (настолько долгую, что манекенщицы на экране стали спотыкаться, а княжны на фотографиях вытянули шеи) и с неповторимой интонацией Мимино сказал:
“Зачем ви кричите, уважаемая? Может бить, ви хотите арэхи в шоколаде? Так у нас нэт такого блюда. А в салате арэхи есть. Они внутри, НЭВИДИМИЕ”.
