Сегодня скончался известный писатель, один из самых ярких представителей русско-израильской литературы Илья Войтовецкий
Владимир ПЛЕТИНСКИЙ
Несмотря на то, что мы в реальной жизни так ни разу не встретились, долгие годы я считал Илью другом и соратником. Мы постоянно переписывались и изредка перезванивались еще в дофэйсбучную эпоху, а уж с появлением этой соцсети стали общаться активнее. Он был одним из любимых авторов в еженедельнике "Секрет", а потом и в журнале "ИсраГео". С какой любовью и гордостью рассказывал он о своей дочке Рахельке, а когда она увлеклась фотографией, мы договаривались сделать публикацию о новом таланте. Увы, Илья не успел подготовить этот материал. Он вообще много чего не успел — его кураж и искрометный талант предполагали еще долгие и плодотворные годы творчества…
О себе Илья на персональной странице в Стихи.ру написал:
"Родился в 1936 году в Украине. С 1941 года на Урале. Инженер по электронике и компьютерам. В Израиле с 1971 года (в Беэр-Шеве, по Библии — Вирсавии). Участник войны Судного дня (1973-74) — Синай, Египет.
Автор десяти книг. Издавался в Израиле, России, США, Канаде, Германии, Новой Зеландии (по-английски) и во Франции (по-французски). Член Союза писателей Израиля, литературного сообщества "Столицы" (Иерусалим-Москва) и литературно-творческой студии "Среда Обетованная" (Беэр-Шева).
Моя жена Вика, известная в литературе под псевдонимом Виктория ОРТИ, хороший, даже — на мой вкус — очень хороший поэт, а с недавнего времени и автор великолепных коротких рассказов.
Наша дочь Рахель родилась 7 сентября 2000 года. Уже сочинила первый свой стишок: "Ой-ой-ой, я иду домой!" Родители счастливы".
Вот и все, что Войтовецкий пожелал рассказать о себе. Остальное можно прочитать в его стихах и прозе.
Горько терять таких людей.
Горько терять таких друзей.
Да будет светла память об Илье Войтовецком, который оставил заметный след на Земле обетованной, да и на Земле в целом.
P.S.
Последняя по времени публикация Ильи в журнале "ИсраГео" была посвящена кладбищенской теме — он навестил могилу замечательной поэтессы Ренаты Мухи (см. "Дорога, ведущая к Мухе"). Эту публикацию он завершил словами:
"Мы были дружны, дарили друг дружке книги с забавными посвящениями, Рената любила нашу Рахельку и читала ей, малютке, свои забавные стишки. Когда-нибудь, может быть, я напишу об этом…"
Увы, "когда-нибудь" уже не произойдет. Потому что есть беспощадное слово "никогда"…
Завтра на том же кладбище в Беэр-Шеве, где покоится Рената Муха, состоятся похороны Ильи. О точном времени можно будет узнать на персональной странице его жены Виктории Орти, которой мы выражаем искреннее соболезнование.
Как жаль…
Очень грустная новость. Для меня Илья Войтовецкий — совершенно особенный персонаж в жизни. В 90-м он встречал нас, свежих олим хадашим, у себя дома. А только сейчас я вернулся в Израиль после 10 лет в Канаде, очень хотелось повидать его и поделиться впечатлениями… грустно….
Мне невероятно жаль и верить не хочется. Мы замечательно общались с Ильёй Войтовецким на сайте Стихи.ру. Такие встречи в жизни наперечёт — могут случиться, а могут и нет. Мне повезло общаться с этим замечательным поэтом, читать его прозу, ещё больше понимая и принимая Илью как личность, обмениваться с ним стихотворными экспромтами и просто балагурить — это отдельный литературный жанр и отдельный дар, которым Илья владел в совершенстве.
Я счастлива, что аннотацией к моей последней книге стихов, вышедшей в 2014 г. стал отклик Ильи Войтовецкого — он был очень щедр ко мне в этом плане.
Хочу привести здесь стихи Ильи Войтовецкого, подаренные мне, и мой ему ответ, сложившийся в стихах, увы, только теперь, в скорби о его уходе.
Не берёзы меня, не просторы зовут и не реки
Илья Войтовецкий
http://www.stihi.ru/2010/03/18/1779
* * *
С благодарностью –
Наде Бесфамильной.
Не берёзы меня, не просторы зовут и не реки.
Не витает над Русью берёзово-приторный нимб.
И не люди мне помнятся,
помнятся мне человеки. –
Я тоскую по ним, постоянно тоскую по ним…
И ещё – мне шестнадцать.
В душе не оркестры и хоры,
а негромкую песнь напевает чуть слышно свирель.
Месяц май, первый дождь, палисадник за хлипким забором,
и – сирень за забором, цветёт за забором сирень.
…Я давно не в России.
Тут небо на пальмовых лапах.
Дочь поёт на иврите, попала картавинка в рот.
Палисадник, забор и – как прежде – сиреневый запах,
и сирень за забором, сирень за забором цветёт…
Иди, Моисей. Илье Войтовецкому
Надежда Бесфамильная
http://www.stihi.ru/2015/09/24/210
*****************
Ах, если б в полсилы, не до крови стаптывать пят…
Ветра и хамсины иссохшую кожу дубят,
Тем шаг тяжелее, чем твой безысходнее путь,
Иди Моисей, ты успеешь ещё отдохнуть.
Мучная лепёшка и горестей крепкий настой,
Дорога к себе никогда не бывает простой.
Но там, где разверста кромешной ночи глубина,
Горит у дороги священным огнём купина.
………………
Ты ночью проснёшься в холодном и липком поту —
Спасительный ветер в открытые окна подул —
Откуда, скажи, из каких недоплаканных грёз,
Он запах сирени цветущей с собою принёс.
И сну ты доплачешь, что был ты и будешь, и есть
Прошедшим дорогу из русских сиреневых мест,
И нет за душой опалённой инаких Расей,
И сам ты себе и дорогам своим – Моисей.
Буду помнить, сколько жива буду.
Надежда Бесфамильная