В конце прошлой недели скончался один из крупнейших знатоков Торы нашего поколения — рав Залман Нехемия Гольдберг
Глава нескольких иешив, в том числе бейт-мидраша Иерусалимского технологического института ("Махон Лев"), член Высшего раввинского суда в Иерусалиме, главный редактор Талмудической энциклопедии, глава колеля для подготовки даянов, основатель и руководитель особого бейт-дина по имущественным спорам и автор ряда книг на эту тему, рав Гольдберг принимал активное участие в разработке современного подхода Торы к защите авторских прав и интеллектуальной собственности.
Обладая обширными знаниями в медицине, технологиях и общей юриспруденции, рав Гольдберг зачастую решал сложные галахические вопросы, связанные с современными реалиями. Так, по его мнению (в отличие от мнения некоторых других авторитетов), соблюдающий традиции еврей вправе — с некоторыми ограничениями и под контролем компетентного раввина — подписать согласие на пожертвование своих органов в случае безвременной гибели. Он также признал легитимной реконструкцию краски "тхелет", получаемой из определенного вида моллюска, рецепт которой был утерян много веков назад. В последние годы жизни носил цицит с нитью "тхелет", как это изначально положено по Торе.
Рав Залман Нехемия Гольдберг родился в Минске. Через неделю после его рождения отец был репрессирован за преподавание Торы и сослан в Сибирь. Энкеведешник решил поиздеваться над подсудимым: "На что ты рассчитывал? Из-за того, что ты преподавал Тору чужим детям, теперь твои собственные дети пойдут в советский интернат и будут воспитаны коммунистами". "Бог не оставит моих детей", — ответил Гольдберг-старший.
Так и произошло. Арест и ссылка молодого раввина вызвали международный скандал, и под дипломатическим давлением всего через 9 месяцев ссылки советская репрессивная машина была вынуждена освободить Гольдберга-старшего из Сибири и позволить ему выехать с семьей в Ригу. Еще через несколько лет, в 1936 году, рав Авраам Ицхак Кук добился для семьи Гольдберг сертификата британского мандата, и они репатриировались в Эрец-Исраэль. Так репрессии КГБ по воле Провидения стали инструментом спасения семьи Гольдберг от верной гибели в Минском гетто во время Второй мировой войны.
Связь рава Залмана Нехемии Гольдберга с советским еврейством не исчерпывается местом рождения. Уже, будучи крупнейшим авторитетом Торы и даяном, в период Большой алии 1990-х годов рав Гольдберг активно помогал репатриантам, испытывавшим затруднения с документами. Особенно это касалось "агунот". Не секрет, что после развала Советского Союза и в процессе массовой репатриации разрушались многие семьи. Бывало, что женщина, брошенная мужем, приезжала в Израиль, и тут оказывалось, что у нее нет возможности выйти замуж — требуется гет от бывшего супруга, а тот живет где-нибудь на Дальнем Востоке и слышать ничего не хочет об "этих религиозных забабонах". Прямым адресом для таких случаев был духовный лидер советских евреев рав Ицхак Зильбер. Он лично ездил по странам СНГ, встречался с бывшими мужьями и уговаривал дать согласие на еврейский развод. А затем наступала очередь рава Нехемии Гольдберга, который оформлял развод документально и заверял в бейт-дине.
Близкие рава Нехемии рассказывают, что рав Ицхак Зильбер был для них как член семьи. Он мог явиться в любое время дня и ночи (прямо с самолета) и выложить на стол стопку документов. "Нет, сначала поешь!" — требовал рав Гольдберг, зная, что рав Ицхак частенько забывает об этой "отнимающей драгоценное время" процедуре…
Традицию помощи "русским" репатриантам продолжил старший сын рава Нехемии, рав Хаим Иегуда Гольдберг, который уже почти двадцать лет содержит "гмах" (от слов "гмилут—хасадим"; благотворительное учреждение), субсидирующий десяткам семей репатриантов покупку пасхальной мацы.
Помимо огромных знаний во всех областях Торы, рав Нехемия Гольдберг обладал и чудесным качеством – любовью к ближнему. Будучи классическим хареди и при этом очень занятым человеком, он с удовольствием вел уроки и циклы лекций в сионистских иешивах "Ор Эцион", "Бейт—Эль", "Керем бэ-Явне", "Кдумим" и других. На базе этих уроков благодарные ученики издали несколько книг наследия раввина: "Хазон Кдумим", "Гинзей а-Тора", "Ор а-моадим", "Биньян Ариэль", "Шират а-Керем" и другие (в названиях некоторых книг можно заметить намек на иешиву, издавшую труд).
Да будет память праведника благословенна!
[nn]
