Ушел из этого мира удивительный человек Александр Калантырский — бывший москвич, создавший и возглавивший в Израиле организацию ликвидаторов катастрофы середины 80-х на Чернобыльской атомной станции. Ему было 80 лет
Ирина КРУПИЦКАЯ
Каждый, кому посчастливилось встретиться и общаться с Александром, никогда уже впоследствии не забывал его — сильного, умного, надежного. Честного и справедливого — что некоторых функционеров сильно раздражало. Но он не отступал и заставлял себя слушать…
Александр — талантливый инженер-строитель (он руководил в СССР военно-строительным предприятием со штатом1200 вольнонаемых и почти 500 военнослужащих) сразу же после трагедии на атомной станции был направлен в "зону" главным инженером одного из 15 строительно-монтажных районов (под его руководством находились три тысячи человек).
Участвовал в возведении "саркофага" над смертельно опасным местом взрыва. Оставался в "зоне" бессменно около полугода, потом его срочно вывезли в Москву, в течение месяца переливали кровь. Стало лучше — снова вернулся…
Очень многие участники тех работ не выжили. А его Творец спас и привел на Землю Израиля. Наверное, такие, как Александр, нужны были, чтобы помочь репатриантам-ликвидаторам (с их международным статусом), которых не один год пытались игнорировать местные окостеневшие структуры и их представители, в том числе, в Кнессете.
Калантырский репатриировался в возрасте 53 лет, сумел закончить инженерные курсы и работать инженером в строительной фирме. Но он не мог смириться с тем, что люди, спасавшие не только жителей СССР, оказались в Израиле беспомощными (их статус не признавался, сам Александр, например, заболев после репатриации, не смог лечиться в стране из-за неоплачиваемых тогда дорогостоящих лекарств, был вынужден улететь в Москву, подлечиться и вернуться…).
И Калантырский создал организацию, зарегистрировав 163 человека — ликвидаторов и тех, кто находился в 30-километровой зоне. Никаких "липовых" справок, только официально заверенные документы…
Он показывал мне когда-то свой "рабочий" увесистый чемоданчик, набитый документами. Он вел переписку почти с 30 адресатами: министерства, депутаты Кнессета. Не все из них держали слово, данное перед выборами. Потом были и общественные акции, "голодовки"…
Тогдашний министр по алие и абсорбции в ответ на запрос номер 32, бывало, отвечал с филологическим изяществом: мол, "я не стал бы употреблять слово "статус", у него много смыслов".
— Представляете? — восклицал Калантырский. — Нас не признают за граждан страны в нарушение всех юридических норм. А министр предпочитает заниматься проблемами семантики. Кстати, и не очень удачно… За всю жизнь я не исписал столько бумаг, сколько здесь довелось. Я человек дела, строитель — привык оставлять на земле реальный след своего присутствия. Трудно общаться с людьми, которые оставляют после себя только… слова…
Его присутствие на этой Земле было реально ощутимым. Благословенна память!
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
