В начале уходящей недели в центре внимания израильского общества оказался полный ненависти и презрения пост, опубликованный в социальных сетях учителем из Герцлии Йотамом Гутманом в адрес Ирис Хаим — матери его тезки Йотама Хаима, одного из трех заложников, которые были по ошибке застрелены бойцами ЦАХАЛа в секторе Газы
Петр ЛЮКИМСОН
"Не пора ли сказать, что она становится невыносимой? Мерзкая "бибистка", которая просто светится с тех пор, как ее сына застрелили. Я рад, что ей теперь полегче, но почему мы должны терпеть ее появление в телестудиях?!" – написал Гутман.
После шквала негативных реакций он удалил свою запись, а в воскресенье утром опубликовал вынужденное извинение, но возмущение общественности остановить ему не удалось.
"Любопытно, что его зовут Йотам, – написала Ирис Хаим на своей странице в "Фейсбуке". – Многие писали мне, предлагали подать на него в суд за клевету. Видимо, писали и ему, потому что он опубликовал холодное и принужденное извинение. А через семь минут написал, что я "всегда выглядела психически больной, а после того, как сына "казнили", просто преобразилась". Воистину, сколько зла в одном человеке! И этот человек работает учителем в школе! …Есть и другие, подобные ему, которые вырывают слова из контекста и пишут, что я "бибистка" – так презрительно они называют любого человека, выступающего против ненависти, злобы и раскола. Я для себя решила продолжать выступать за единство. Поэтому мне жаль вас, Йотам Гутман. Вы выбрали слова, цель которых — нанести мне оскорбление. Ведь с тем же успехом вы могли написать, что не согласны с моими взглядами, и тогда вас наверняка поддержало бы больше людей. Я прошу всех поделиться этим моим постом, потому что хочу донести до общественности: выражение ненависти недопустимо ни для одной из сторон. Я прощаю вас, Йотам Гутман, точно так же, как я простила солдат и армию. Желаю вам найти покой в своей душе. И в следующий раз, когда вы решите кого-то оскорбить, подумайте о своей матери. Ведь у нее тоже есть сын по имени Йотам", – такими словами Ирис Хаим завершила свой пост.
Министр просвещения Йоав Киш осудил публикацию Йотама Гутмана и обратился в мэрию Герцлии с призывом вызвать его на разбирательство. Десятки граждан тоже обратились в муниципалитет Герцлии с требованием уволить Гутмана как можно скорее.
Попутно выяснилось, что Йотам Гутман является членом движения "Ахим ле-нешек", был активным сторонником отказа от явки на резервистские сборы и полгода назад выложил в соцсетях фотографию своих погон с подписью "Больше они мне не нужны". И есть все основания подозревать, что он активно пропагандировал свои взгляды среди старшеклассников.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Журналист газеты "Маарив" Калман Либскинд опубликовал статью, в которой утверждает, что проблема заключается отнюдь не в одном Йотаме Гутмане. Либскинд напомнил, что после 7 октября в стране сложился консенсус по поводу того, что членам семей заложников позволено делать и говорить абсолютно все, и это должно прощаться, поскольку эти люди просто ослеплены постигшим их горем. И уж, разумеется, запрещено не только оскорблять, но и вообще затрагивать их чувства. Однако многие члены семей заложников, считает Либскинд, уже давно злоупотребляют этой вседозволенностью, делая откровенно политические заявления. Журналисты 12-го и других каналов ИТВ им в этом подыгрывают, а журналисты "правого" 14-го телеканала, как правило, просто молча и сочувственно выслушивают, зная, что любая попытка оспорить их слова немедленно подвергнется шквалу критики в остальных СМИ.
"Однако чем дальше, тем яснее становится, что предписание щадить чувства членов семей заложников и не допускать критики в их адрес действует лишь в тех случаях, когда речь идет о людях из числа "наших", — пишет Либскинд. — За примерами далеко ходить не надо, достаточно вспомнить, какой страшной травле подвергли мои коллеги по 11-му каналу ИТВ Дафна Лиэль, Керен Марциано, Эдва Дарон и Дани Кушмаро Цвику Мора – отца Эйтана, который был охранником на фестивале "Нова" и сейчас находится в руках ХАМАСа. Как его только не унижали и не оскорбляли, и все потому, что Цвика Мор выступает против сделки с ХАМАСом, предоставления гуманитарной помощи Газе и убежден, что освободить заложников можно только в ходе военной операции.
"Подумайте о заложнике Эйтане Море, — написал журналист Алон Лукач. – Что он должен чувствовать, когда его отец в интервью вновь и вновь выступает против сделки. Что происходит в голове этого парня, когда он, возможно, сидит рядом с Матаном Цингаукером и видит, как мать Матана готова перевернуть мир ради освобождения сына?!"
"Я не желаю Алону Лукачу когда-нибудь пережить то, что я переживаю сейчас", — ответил ему на это Цвика Мор. Но кто из журналистов отметил бестактность и недопустимость высказываний Лукача? Никто! По той простой причине, что Цвика Мор – отец, чувства которого разрешено топтать только потому, что он думает не только о своем сыне, но и детях всех нас, о нашей общей стране и ее безопасности! Достаточно быть противником сделки с ХАМАСом, чтобы по отношению к нему было разрешено все, что угодно! И вот уже журналист и редактор газеты "Гаарец" Анат Кам называет его "предателем детей" и "жаждущим кровопролития", и никто ни в этом издании, ни в каком-либо другом СМИ не спешит указать ей на недопустимость подобных выражений по отношению к отцу заложника. А как отнестись к тому, что одна из лидеров движений протестов на Каплан еще до того, как стало известно о гибели Эльякима Либмана, публично назвала его отца Элиягу мерзким машихистом, готовым ради земли и своего божка Нетаниягу принести в жертву собственного сына?! Как отнестись к тому, что эти люди постоянно оскорбляют родителей павших солдат, а созданный ими "Форум гвура" — "Форум героизма" — презрительно называют "Форум квура" — "Форумом похорон"?..
Калман Либскинд приводит примеры заседаний комиссий, на которых родственникам заложников, требующим немедленно пойти на условия ХАМАСа, представляется возможность говорить по десять минут, а то и по полчаса, тогда как тем, кто придерживается иной точки зрения, дается не больше двух минут. И при этом остальные перебивают их возмущенными или ироничными репликами, попросту срывая выступление. Приводит Калман Либскинд и рассказ Айелет Самерано, тело погибшего сына которой удерживается террористами в Газе, — о том, как она вместе с другим сыном участвовала в демонстрации возле резиденции премьера. Им было обещано, что акция не будет носить политический характер, но увидев, что ее участники развернули лозунг "Дай ле-кибуш" ("Хватит оккупации"), заявила, что о таких лозунгах они не договаривались. Женщину и ее сына мгновенно окружили разъяренные молодые люди, истерично кричавшие "Мерзкие "бибисты"! Убирайтесь вон!"
Напоминает Калман Либскинд и о том, что на прошлой неделе журналистка 12-го канала Михаль Пеилан написала колонку, в которой привела множество случаев оскорбительных и обидных высказываний Итамара Бен-Гвира и других политиков правого лагеря в адрес близких, дальних и даже очень дальних родственников заложников (будем считать, что подруга бывшей жены одного из заложников тоже в какой-то степени его родственница). Но в ней не было ни слова о том, что говорилось и делалось по отношению к Ирис Хаим, Элиягу Либману, Цвике Мору и другим. И понятно почему: они – "неправильные родственники неправильных заложников, оказавшиеся на "неправильной" стороне.
Что касается поста Йотама Гутмана, то он замечателен, прежде всего, тем, что показывает, как именно представители определенных кругов израильского общества представляют собой свободу слова, плюрализм и демократию. По их мнению, в подлинно демократическом и плюралистичном обществе в телестудии и СМИ должны допускаться люди только определенных, "правильных" взглядов. Потому что, когда хотя бы ненадолго, пусть и очень редко там предоставляется слово тем, кто думает иначе, это становится просто "невыносимым". И, конечно, на таких людей не должны распространяться те же принципы морали, которые применяются по отношению к "своим".
В связи с этим невольно вспоминаются слова Башевиса-Зингера, сказанные им приятелю после того, как он побывал на собрании польских социалистов (значительную часть участников которого составляли евреи).
"Я все понял, — констатировал Зингер. — Если вы придете к власти, то первым делом перевешаете таких инакомыслящих, как я. Но когда вы покончите с нами, вы начнете вешать друг друга".
"Новости недели"
