А можно, я вам немножко испорчу настроение? Не нарочно, а просто поделюсь своими собственными не особо радостными размышлениями "о текущем моменте"?
Так вот, к большому сожалению, следует констатировать, что и сегодня, без малого два года спустя страшных событий 07/10 и начала военной операции в секторе Газы, ни одна из двух поставленный перед её началом целей — уничтожение ХАМАСа и освобождение заложников — не достигнута. Разумеется, было бы бессовестно, да и просто абсурдно, игнорировать или преуменьшать достижения нашей армии. Боевым и административным структурам ХАМАСа нанесён тяжелейший ущерб, подавляющая часть его руководства и 50 тысяч "кадровых" тренированных и обученных боевиков ликвидирована, 90% заложников сегодня на свободе, главным образом в результате сделок по обмену и временных перемирий. И тем не менее, используя боксёрскую терминологию, ХАМАС, несколько раз будучи отправлен в "нокдаун", "устоял на ногах" на протяжении всех бесчисленных раундов этого поединка. Более того, он до сих пор считает для себя возможным диктовать выгодные для него и абсолютно неприемлемые для нас условия прекращения военных действий и освобождения оставшихся в его руках заложников.
А если и этого недостаточно, так мы стоим на самом пороге, а, скорее всего, уже перед фактом одностороннего признания палестинского государства целым рядом чрезвычайно влиятельных государств, в том числе, постоянных членов Совета безопасности ООН, за которыми, скорее всего, последуют десятки других, менее влиятельных, но в данном случае важен именно факт массовости. И всё это является опосредованным результатом событий 07/10, и будет, без сомнения, поставлено "палестинцами" в прямую заслугу ХАМАСу и Ихье Синуару лично.
Если же учесть, что на этом пути сменились (без особого результата) министр обороны, начальник генштаба и почти всё высшее армейское руководство, то, волей-неволей возникает вопрос: насколько реальными с самого начала были поставленные цели?
Желание решить хамасовскую проблему раз и навсегда и снять её с повестки дня было понятным и похвальным, но нельзя не вспомнить о том, что вопрос о конечных целях войны задавался многими специалистами, и отнюдь не только из лагеря "капланистов" и "пораженцев". Да, собственно, я и сам с беспокойством писал об этом ещё в ноябре 2023-го.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
К сожалению, оказались правы те, кто предупреждали о том, что уничтожить руководство и формальные структуры ХАМАСа намного проще, нежели уничтожить идеологию, которая будет поставлять в ряды ХАМАСа новых и новых боевиков взамен ликвидированных, и сравнивали с попыткой решить проблему сорняков на поле путём их поштучного выдёргивания руками.
В настоящий момент Израиль оказался в ситуации, близкой к цугцвангу, когда каждый следующий ход грозит ухудшением позиции. О нежелательности и крайне опасных последствиях оккупации Газы и установления там военно-оккупационного режима я уже подробно писал, повторяться не буду. Но и прекратить войну на основе "предложений" ХАМАСа (достаточно упомянуть хотя бы выдвигаемое условие оставления заложников в руках ХАМАС до окончания восстановления сектора и требование о принятии Советом Безопасности ООН декларации о полном окончании и запрете на возобновление военных операций в Газе) означало бы признание собственного, если и не поражения, то, во всяком случае, полного провала первоначально поставленных целей. Нетаниягу и нынешнее израильское правительство не могут пойти на завершение операции столь бесславным образом как по принципиальным, так и по политическим соображениям.
Споры, сомнения и колебания среди израильского военного и политического руководства, свидетелями которых мы все стали на прошедшей неделе, как раз и явились проявлением и следствием крайне сложной ситуации с неясными перспективами, в которой оказался Израиль в настоящий момент. Принятое решение о захвате Газы без её оккупации, увы, не может быть охарактеризовано иначе, чем классическое израильское выражение ללכת עם ולהרגיש בלי (в дословном переводе, "ходить с и чувствовать без", а в переносном "И на ёлку влезть и рыбку съесть"). Любая операция имеет свою логику, и у начштаба генерала Эяля Замира имеются все основания беспокоиться о том, что, в конечном счёте, армии придётся взять на себя оккупационные функции со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями во множестве аспектов. О том, что шансы на освобождение оставшихся в живых 20 заложников становятся крайне незначительными, нет смысла даже говорить. Впрочем, опять же, к большому сожалению, было более-менее ясно, что рано или поздно задача спасения оставшихся заложников придёт в неразрешимое противоречие с задачей разгрома ХАМАСа.
Короче говоря, единственная надежда на относительно удачное, хотя и не радикальное, решение проблемы сектора и на спасение заложников заключается в том, что ХАМАС, будучи прижат к стенке, и оказавшись перед лицом неминуемого полного уничтожения, предпочтёт "почётную капитуляцию" в виде демилитаризации сектора, передачи его под международное управление, изгнания боевиков и освобождение заложников взамен на сохранение жизни, гуманитарную помощь и восстановление сектора. Надежда на это, в свете последнего раунда переговоров, достаточно призрачная. Впрочем, оптимисты могут по-прежнему надеяться на "идеальное решение" проблемы в виде поголовного переселения жителей Газы (и неважно, сколько их, миллион или два) в некие "третьи страны". Ну что ж, как говорится, "блажен, кто верует"!
