Скандал вокруг ухода за раненным бойцом в больнице “Рамбам”, родственники которого обвиняют apaбоязычный персонал в издевательствах над пациентом, вскрыл давнее межнациональное напряжение в израильской медицине
Лора ШУМ
Израильская система здравоохранения всегда считалась главной “витриной” сосуществования. Место, где еврейские и арабские врачи, медсестры и санитары плечом к плечу спасают жизни, а национальные и религиозные различия остаются за дверями приемного покоя. Однако резонансный инцидент в медицинском центре “Рамбам” в Хайфе показал: даже эта сфера не защищена от эрозии доверия и острого межобщинного напряжения, усилившегося на фоне войны.
Поводом для громкого разбирательства стали публичные заявления семьи военнослужащего ЦАХАЛа, получившего тяжелое ранение в ходе боевых действий в Ливане. Брат бойца Давид Честерман и дядя (последний — председатель правого движения “Форум Гвура” Йехошуа Шани) обратились к общественности с обвинениями в адрес арабского персонала отделения интенсивной терапии. Об этом пишут израильские СМИ, в том числе Jerusalem post.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
По версии родственников, во время ночной смены, состоявшей из арабоязычного персонала, семью попросили покинуть палату. Пробравшись внутрь вопреки запрету, брат раненого обнаружил его в беспомощном состоянии без присмотра. Позже сам боец, придя в себя, прошептал родственникам, что сотрудники клиники обращались с ним подчеркнуто грубо, переворачивали на кровати без должной осторожности, из-за чего он ударился головой, и игнорировали его просьбы о воде.
Руководство клиники “Рамбам” выступило с категорическим опровержением. Проведя внутреннюю проверку, администрация заявила, что действия персонала были исключительно профессиональными, а ограничение доступа родственников в блок интенсивной терапии — стандартная медицинская практика при проведении процедур. В клинике напомнили, что с начала военных действий врачи и медсестры “Рамбам” вне зависимости от национальности спасли жизни сотням раненых солдат и гражданских лиц.
В защиту медперсонала поднялось и профессиональное сообщество. Председатель Израильской ассоциации врачей общественного здравоохранения профессор Хагай Левин назвал обвинения в соцсетях опасной кампанией, подрывающей основы доверия к медицине.
Впрочем, история вышла на высший политический уровень: министр обороны Исраэль Кац поручил ЦАХАЛу и Минздраву детально расследовать инцидент, а министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир потребовал проверить действия смены на предмет националистических мотивов. Сам раненый после снятия с ИВЛ был переведен для дальнейшей реабилитации в медицинский центр “Шиба” (Тель а-Шомер).
Скандал в “Рамбам” вызвал бурную дискуссию не только из-за конкретного случая, но и потому, что он затронул тему, о которой в израильском обществе говорят всё громче.
В израильских больницах и реабилитационных центрах арабские граждане составляют значительную долю персонала — от врачей высшей категории до медсестер, санитаров и физиотерапевтов. И если врачебное звено традиционно демонстрирует строгое следование корпоративной этике и профессиональным стандартам, то в отношении младшего и среднего медперсонала в обществе периодически возникают споры.
На фоне жесткого информационного фона, эскалации на фронтах и бытового напряжения в соцсетях пациенты и их родственники все чаще фиксируют контраст в коммуникации. То, что в обычное время списали бы на усталость медсестры или выгорание санитара после тяжелой смены, сегодня в условиях войны мгновенно воспринимается через призму национального конфликта. Взаимная подозрительность становится фактором, напрямую влияющим на атмосферу в больничных палатах.
Для израильской медицины возникший прецедент — серьезный вызов. Главная опасность заключается не только в риске единичных проявлений халатности или предвзятости, но и в разрушении самого институционального доверия. Когда родственники раненого солдата или пожилого пациента начинают видеть в действиях медсестры не медицинскую помощь, а скрытую враждебность, система начинает сбоить.
Для клиники “Рамбам” и Министерства здравоохранения этот случай должен стать поводом не просто для закрытия темы формальными отписками, а для выработки четких прозрачных регламентов. В условиях, когда общество травмировано войной, сохранение нейтралитета, высокого профессионализма и равного этичного отношения к каждому пациенту на всех уровнях — от заведующего отделением до санитара — становится вопросом не только медицинским, но и национальной безопасности.



































Миллионы евреев и арабов не смогут ужиться в крошечном Израиле.
Исход следующих выборов покажет, возможно ли сохранить Израиль для евреев,
без возобновления войны за Независимость.
Еврейско-арабское государство противоречит законам природы и общества,
оно непременно развалится, как распались аналогичные химеры:
греко-турецкая, польско-русская, чешско-немецкая, сербо-хорватская и т.п.
*
За 70 лет ни одна партия не представила реальный план освобождения евреев
от много-векового арабского ига в Палестине.
Суть конфликта в Палестине => территориально-демографическая,
весьма схожая с Кипром, Косово, Карабахом или Крымом.
*
Кроме евреев, ни один народ не кормил 70 лет на своей земле миллионы врагов.
Это вообще нонсенс, что у арабов Иерусалима, Рамаллы, Хайфы, Дженина, Нацерета, Хеврона, Сахнина, Тубаса, Яффо, Шхема — разные паспорта.
Пока хоть у ОДНОГО араба в кармане израильский паспорт или вид на жительство — еврейский Израиль в опасности, а из векового конфликта нет выхода.
*
Решение конфликта в Палестине =>
в учреждении единого не израильского гражданства для ВСЕХ 6.5 млн. арабов, обитающих между р. Иордан и Средиземным морем.
С последующим отключением 2.2 млн. местных арабов от всех еврейских кормушек
и от Кнессета.
*
Начать цивилизованный развод можно через референдум о разъединении
с палестинскими арабами, на основе принципа:
"Два Народа — Два разных Гражданства".
*
Любая сионистская партия добавит более миллиона голосов избирателей на ближайших выборах и возглавит следующую коалицию, если представит реальный план сохранения Израиля для евреев.