В декабре 2019 года в Израиль потечет газ, добытый на месторождении "Ливьятан", и это, по мнению экспертов, не только позитивно скажется на экономике и экологии страны, но и приведет к весьма ощутимым сдвигам сначала в мировой энергетике, а затем и политике
Петр ЛЮКИМСОН
В настоящее время в Средиземном море полным ходом идет монтаж платформы по добыче газа из "Ливьятана". По словам специалистов из компании "Нобель энерджи", эта установка, вдобавок ко всему, станет прорывом в области нефте- и газодобычи: многие используемые на платформе технологии будут задействованы впервые.
Но мало кто задумывается над тем, что появление у Израиля своего газа означает и появление новой престижной профессии — нефтяника. Не то чтобы раньше у нас вообще не было нефтяников — как известно, в Израиле существуют небольшие газовые и нефтяные месторождения, которые кто-то находил и разрабатывал. Но, во-первых, этих людей было крайне мало, а во-вторых, большинство из них были выходцами из бывшего СССР и США и там же получали профессиональное обучение.
Лишь недавно в Ашдоде впервые открылись курсы по подготовке израильских кадров для работы на морских газо- и нефтедобывающих платформах, и по мере ввода в эксплуатацию новых месторождений потребность в таких специалистах будет только расти.
— Это необычайно интересная работа, — говорит Галь Меир, один из двух заместителей начальника платформы. — Здесь один день не похож на другой, ты никогда не можешь сказать "Я все уже знаю", ежедневно приходится чему-то учиться. С одной стороны, это физическая работа, где тебе приходится часто иметь дело с самыми простыми инструментами вроде молотка и отвертки, а с другой, ты чувствуешь, что находишься на самом переднем фронте хайтека, первым осваиваешь технологии, аналогов которым в мире до сих пор не было. Даже я после 16 лет работы в "Нобель энерджи" каждый день открываю для себя что-то новое.
К этому мнению присоединяется и сменщик Галя Меира — Бен Штайнер. Он говорит об удивительном ощущении человека, прорывающегося в глубины морского дна, причащающегося к новым технологиям и делающим необычайно важное для всей страны дело.
В настоящее время жизнь Галя и Бена проходит между США и Израилем и связана со строящейся платформой "Ливьятана". Один месяц каждый из них проводит с семьей в Хьюстоне, где получает новые указания, в то время как другой работает в море, затем они меняются ролями. Но как только "Ливьятан" войдет в строй, режим работы поменяется: израильские рабочие станут проводить на платформе по две недели и потом столько же отдыхать дома. Иностранные специалисты будут работать на платформе по месяцу, но в "Нобель энерджи" хотят, чтобы они как можно быстрее вернулись домой, и коллектив "Ливьятана" составили бы только израильтяне.
Любопытно отметить, что ни Галь Меир, ни Бен Штайнер по основной профессии не являются нефтяниками.
Штайнер, уроженец кибуца Гиносар, в 2007 году случайно узнал от родственника, что требуются рабочие на "Мэри Би" — первом, очень небольшом газовом месторождении, расположенном напротив Ашкелона и также контролируемом "Нобель энерджи". А Галь оказался на "Мэри Би", когда был студентом факультета океанологии — искал работу на лето, связанную с морем, и в итоге так на месторождении и остался. Оба они начинали с уборки, но с тех пор поработали бурильщиками, мотористами, и… Словом, сделали неплохую карьеру.
— Если честно, я завидую ребятам, которые уже учатся или будут учиться в нашем центре подготовки специалистов в Ашдоде, — признается Галь Меир. — Мы многое осваивали, что называется, опытным путем, учились на ходу, а они получат систематические знания.
На вопрос о том, насколько тяжело работать в относительно замкнутом пространстве, где неизбежно вспыхивают конфликты, Меир отвечает, что пока с этой проблемой почти не сталкивался.
— Сейчас на возведении платформы работает смешанный, израильско-американский коллектив, — говорит он. — Но почти все наши американские коллеги — из южных Штатов, у них очень схожая с израильтянами ментальность. Поэтому отношения в целом отличные и, надеюсь, такие же сложатся, когда на "Ливьятане" останутся только израильтяне. Но вы правы: в таком месте существует проблема не только профессионализма, но и психологической совместимости. Поэтому далеко не все, кто приступает к учебе в нашем центре, там остаются: в какой-то момент либо руководству, либо курсанту становится ясно, что он для столь длительного пребывания в рабочем коллективе, вдали от дома не подходит.
— Но, повторю, это замечательная работа с отличными условиями, — добавляет Бен Шитрит. — И дело не только в зарплате, которая, кстати, не хуже, чем в других ведущих компаниях страны. "Нобель энерджи" создала превосходные условия для отдыха работников, продумав все до мелочей — вплоть до матрасов класса "люкс" на наших койках. К тому же это работа не на один день: по всем оценкам, газа в "Ливьятане" хватит более чем на ближайшие двадцать лет, а ведь это далеко не единственное наше месторождение!
Что касается того, что ты две недели в море и потом столько же дома, то лучше, по-моему, не придумаешь. Все мои друзья работают "на земле". Каждое утро уходят на работу и возвращаются вечером настолько уставшие, что у них уже нет сил на нормальное общение с детьми и женой. Да и по вечерам им нередко кто-то звонит по работе. А у нас есть целых две недели отпуска, совершенно отвлеченные от работы, в течение которых мы можем полноценно общаться с семьей. Разве это не здорово?!
Разумеется, этот разговор был затеян не случайно, а имел под собой скрытые рекламные цели: в "Нобель энерджи" заинтересованы в кадрах, и набор желающих попробовать себя в профессии нефтяника продолжается. Думается, многим молодым (пусть даже и относительно) людям, находящимся сейчас в поиске работы, стоит попробовать себя на этом поприще.
[nn]
