Летом вышла в свет книга бывшего заложника Элии Коэна под названием " Муфаудаат. 505 дней в плену ХАМАСа", литературную запись которой осуществил журналист и писатель Эли Халифа. В этой книге, разумеется, не нашлось места для события, произошедшего вчера:27-летний Элия сделал предложение своей невесте Зив Абуд, которой молодой человек подарил обручальное кольцо в отеле Stay в Яффо. Во время резни на фестивале "Нова" Зив спаслась, укрывшись под телами погибших. Коэн же оказался в числе заложников. Мы решили предложить вашему вниманию краткий пересказ фрагментов книги, представляющей собой исторический документ, захватывающую психологическую драму и в каком-то смысле любовный роман
Петр ЛЮКИМСОН
Напомним, что слово " Муфаудаат" — именно так оно звучит на арабском — означает "переговоры", и именно оно на протяжении плена было главным для Элии и его товарищей по несчастью. Они постоянно прислушивались к разговорам своих тюремщиков, жадно пытаясь уловить это слово: им казалось, что если идут переговоры, значит, остается надежда на то, что они когда-нибудь вернутся домой. Впрочем, им и самим постоянно приходилось вести переговоры со своими мучителями, – хотя бы за право сходить в туалет или получить минимальную медицинскую помощь.
Вопреки моим ожиданиям, книга Элии Коэна начинается не с рассказа о событиях 7 октября, а с воспоминаний о детстве и юности, о том, как он встретил и полюбил Зив, как они съехались и в течение нескольких лет были практически неразлучны. Даже работали в одной и той же компании. 5 октября 2023 года они отпраздновали день рождения Зив, и Элия стал подумывать о том, чтобы сделать ей предложение, когда позвонил их знакомый Элькана Бухбут. Он рассказал, что является одним из продюсеров фестиваля "Нова", говорил, что они просто обязаны приехать и посмотреть, как здорово и интересно там будет. Молодые люди отказывались, но Бухбут был необычайно настойчив, и, в конце концов, Элия с Зив решили: а почему бы и нет? Вот так и вышло, что они отправились на фестиваль с кузеном Зивом, Амитом, и его подругой Карин.
Когда в 6:29 7 октября началось то, что Элия называет "фейерверком из ракет ХАМАСа", они вместе со всеми бросились бежать к выезду с паркинга, сели в машину и собрались было тронуться с места, когда находившийся там полицейский сказал, что, похоже, террористы прорвались через границу, и надо выезжать окольным путем. Молодые люди свернули на обходную дорогу, но тут Элии позвонил дядя, сказал, что в районе, где они находятся небезопасно, лучше им остановиться и укрыться в ближайшем "мигуните" – одном из расположенных вдоль дороги переносных бетонных бомбоубежищ. Так они и сделали.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Поначалу в убежище было всего несколько человек, но к ним присоединялись все новые и новые люди, очень быстро в него набилось несколько десятков человек, и для тех, кто еще пытался втиснуться внутрь, просто не осталось места. Все укрывшиеся в убежище были молоды, быстро перезнакомились друг с другом, выбегали наружу перекурить, и поначалу было даже весело — своего рода приключение. Всей степени нависшей над ними опасности не осознавал никто, да и скажи им кто-то об этом, не поверили бы. Но в какой-то момент один из "товарищей по укрытию" — боец разведроты бригады "Нахаль" Анер Шапира выглянул наружу и сказал: "Они уже здесь!". И в убежище наступила тишина. Теперь все, кто там находился, ясно услышали, как подъехавшие на тендерах террористы, вооруженные автоматами и обвешанные гранатами, громко переговариваются. В эту минуту Элия подумал, что живыми они отсюда не выберутся, и мысленно попросил у Бога, если Он есть, легкой смерти.
"Я люблю тебя!" – прошептал он, прижимая к себе Зив.
"Я тоже, – ответила она. – Хорошо, что и там, в будущем мире, мы будем вместе!"
האהבה ניצחה: אלי־ה כהן ובת זוגו זיו עבוד התארסו@dorm1212 pic.twitter.com/jl5u7HmZ4L
— כאן חדשות (@kann_news) October 23, 2025
Позже, в плену, он вновь и вновь будет повторять эти слова любимой, они придают ему силу. А тогда буквально через мгновение в убежище влетела первая граната. Анер Шапира ловко поднял ее и выбросил наружу, спасая жизни всех, кто находился в убежище. Послышался взрыв и крики террористов – видимо, кто-то из них был ранен, а то и убит. В убежище влетела вторая граната, за ней третья, четвертая… Анер хватал их одну за другой и отправлял обратно. Он сделал это семь раз, восьмая граната разорвалась у него в руке. Девятую попытался подхватить друг Анера — Гирш Гольдберг-Полин, но выбросить не успел – раздался взрыв, и Гиршу оторвало кисть…
Впоследствии Элия встретился с ним в плену. Гирш назвал ему фамилию Анера, попросил Элию запомнить ее и, если выживет, рассказать родителям Анера, как геройски вел себя их сын. Они, разумеется, не могли знать, что к тому времени о подвиге Анера Шапира знала вся страна, и ему суждено отныне и навечно значиться в списке величайших героев еврейского народа.
…Следующая граната разорвалась совсем близко с Элией, Зив, Амитом и Карин. Несколько тел разорвало на куски, которые разлетелись в разные стороны. Среди погибших в те минуты были и Амит с Карин.
Элия почувствовал острую боль в ноге, но обращать на нее внимание было некогда. Схватив потерявшую сознание, но все еще живую Зив, он спрятал ее под одним из мертвых тел и попытался спрятаться сам. И прежде, чем потерять сознание от боли, Элия успел произнести первые слова главной еврейской молитвы: "Шма, Исраэль! Адонай Элоэйну, Адонай эхад!"
…Когда он открыл глаза, то увидел, что убежище полно террористов. Они стояли над горой трупов и раненных, громко смеялись и фотографировали сцену на мобильники. Заметив, что Элия жив, один из них протянул ему руку. "Вставай! Вставай!" – сказал он на иврите, и Элия понял, что самым разумным в такой ситуации — подчиниться. Затем его вместе с еще несколькими выжившими поволокли к одному из тендеров, заставили влезть в кузов и лечь на дно. В этот момент краем глаза Элия увидел, как один террорист волочет по земле еще одну найденную в убежище девушку. "Не надо! Хватит! Мест уже нет!" – прокричали террористы, и Элия каким-то образом понял смысл этих слов. В следующее мгновение террорист швырнул девушку на землю и выпустил ей в голову автоматную очередь…
Все время поездки хамасовцы громко смеялись и что-то обсуждали, наступив ногами на головы пленников. "Мы привезли евреев! Мы привезли евреев!" – кричали они, стреляя в воздух, когда тендер въехал в Газу. Автомобиль мгновенно обступила толпа ликующих мужчин, женщин и детей. Они забрасывали каждого сбрасываемого с тендера пленника камнями и бутылками, налупили их кулаками, и Элия понял, что его, возможно, ждет мучительная смерть.
— Пристрели меня! – сказал он одному из террористов на английском, когда в кузове, кроме него, никого не осталось.
— Нет! – с ухмылкой ответил тот. – Я тебя не убью. Они тебя убьют!
Тем временем хамасовцы вырвали свою добычу из рук ликующей и жаждущей крови толпы и, создав живой заслон, провели пленников в больницу. Пока врач осматривал раненную ногу Элии, останавливал кровотечение и вытаскивал осколки, толпа пыталась прорваться в здание больницы, и в какой-то момент ей это удалось. Элия ясно слышал дикие крики в коридоре, когда возле его койки появился какой-то хамасовец, говоривший на иврите.
— Я твой охранник! – сказал он. – Эти люди хотят убить тебя. "Исламский джихад" тоже хочет тебя захватить. Но ты нужен нам. Веди себя тихо, делай, что я говорю, и я выведу тебя отсюда.
Боевик велел Элии надеть женское платье и хиджаб и в таком виде повел его по коридору к тайному выходу из больницы.
Так начались 505 дней его плена.
Читайте в тему:
В книге подробно рассказывается о том, как Элию и других заложников перемещали из одного туннеля в другой, как в буквальном смысле слова морили голодом, издевались, унижали, заставляли вновь и вновь смотреть отснятые ХАМАСом 7 октября кадры и уверяли, что юг и север Израиля захвачены, что от страны почти ничего не осталось. В то же время в разговорах охранников то и дело звучало слово "муфаудаат", и это означало, что Израиль все же существует, кто-то ведет переговоры об их освобождении, а значит, шанс на спасение есть. И не только шанс!
Первые двенадцать дней плена Элию и других заложников, не понимавших ни слова по-арабски, держали в какой-то комнате скованными по рукам и ногам. Разговаривать между собой на иврите им было запрещено, и тогда они стали переговариваться по-английски – это хамасовцы милостиво разрешили. Потом им сделали некоторые послабления: разрешили играть в карты, и это было почти единственное их занятие днями напролет. За игрой они сдружились, делились воспоминаниями о детстве, о службе в армии, о девушках, и это тоже помогало коротать время.
Особенно близко Элия сошелся с двумя товарищами по несчастью: Эльканой Бухбутом, по приглашению которого он оказался на фестивале, и Алоном Охелем, с которым был вместе в убежище (недавно ХАМАС опубликовал видеоролик, свидетельствующий, что Алон еще жив). Элькана, по словам Элии, — типичный иерусалимец со свойственной жителям этого святого и, увы, не самого безопасного города в мире манерой подмечать в любой, даже самой страшной ситуации, смешные моменты и сдабривать речь шутками и анекдотами. А Алон, получивший 7 октября тяжелое осколочное ранение в глаз, оказался музыкантом и знатоком музыки, и однажды Элия увидел, как он перебирает в воздухе пальцами. На вопрос, что он делает, Алон ответил, что мысленно играет на фортепиано ноктюрн Шопена. Когда их разделяли, Элия пообещал Алону, что когда он выйдет – а он обязательно выйдет! – то сделает все, чтобы вытащить и его отсюда.
Тот, кто откроет книгу "Муфаудаат", прочтет о том, как Элия каждый день молился Богу и благодарил Его за все, что Он ему послал, как вспоминал свои самые счастливые минуты с Зив и вновь возвращался в памяти к тому, что произошло 7 октября.
Признаюсь, некоторые страницы книги вызвали у меня состояние дежавю: показалось, что давным-давно я нечто подобное читал, только на русском языке. И вдруг я понял: ну, конечно! Существует явная перекличка между "Муфаудаат" и "Репортажем с петлей на шее" Юлиуса Фучика! Элия так же, как Фучик, стремился, вопреки своим палачам, сохранить разум, человеческое достоинство и выстоять. Понимая, что в здоровом теле здоровый дух, Элия, находясь на грани голодного истощения, превратившись в живой скелет, старался ежедневно выполнять физические упражнения. Его "сокамерники" смотрели на него как на безумца: им казалось, что куда лучше ничего не делать и беречь энергию, которая у них еще оставалась.
За четыре дня до освобождения Элию Коэна перевели в другой туннель, где он познакомился с Омером Шем-Товом, который был освобожден вместе с ним. Омер рассказал Элии, что слышал по радио — выступление его матери, спросил, кого еще из заложников ему довелось встретить за долгие месяцы плена. Эли рассказал о встрече с Ури Данино, Альмогом Саруси и Гиршем Гольдбергом-Полином.
— По-моему, они все были освобождены еще во время первой сделки, – добавил Элия.
— Не знаю, кто тебе это сказал, но это неправда. Их всех убили! – ответил Омер.
Потом была унизительная церемония освобождения из плена и встреча с армейским психологом, при виде которой у Элии поначалу появилось нехорошее чувство – ему показалось, что она готовится сообщить ему что-то плохое.
— Да нет же! – улыбнулась психолог. – Сейчас мы поедем в Реим, где тебя уже ждут родители и твоя Зив.
И это была самая лучшая новость, какую он только мог услышать! Оказалось, что Зив еще некоторое время пролежала под мертвыми телами без сознания, затем пришла в себя, была найдена подошедшими к убежищу солдатами ЦАХАЛа и доставлена в больницу. А затем боролась за его освобождение, выступая в СМИ и парламентах всего мира.
Но ведь эта история еще не закончилась: по мнению Эли Халифы, в течение многих дней записывавшего рассказ Коэна, через 505 дней совсем другой Элия встретил совсем другую Зив, и, возможно, то, как развивались их дальнейшие отношения, – тема для другой книги. Пока у них все замечательно, они собираются пожениться. И нам остается лишь пожелать этой столько пережившей паре большого семейного счастья.
"Новости недели"
