Как я приехал в Израиль
Игорь ТОРИК
Я приземлился в "Бен-Гурионе" рано утром 24 октября 1990 года. Заспанной девушке, оформлявшей мои документы, я сказал:
— Запиши на иврите мою фамилию с “тав”.
— Но иностранные фамилии пишутся с “тет”, — удивилась она.
— Моя происходит от слова “Тора”, — нагло заявил я. И она записала.
Надо сказать, это был удачный ход – во всех списках я всегда последний, и в армии это давало определенные преимущества.
Жить я поехал в Иерусалим к знакомым, репатриировавшимся на три месяца раньше. И у них не оказалось черного кофе. Вечером мы поехали в город, и в лавочке у Бен-Иегуды я попросил нерастворимый кофе.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
— Давно ты в Израиле? – поинтересовался продавец.
— Уже 10 часов! – гордо ответил я.
— Тогда это подарок – и продавец протянул мне красно-черный пакет “кафе Элит”.
Жить у знакомых оказалось не очень комфортно, переезд на них подействовал как-то странно: они считали, сколько раз я спускаю воду в туалете и высчитывали процент счета за электричество, который я должен им отдать. И я решил побыстрее от них съехать.
Надо сказать, что очень быстро я познакомился с иерусалимским клубом скалолазов — просто пришел в шаббат на скалы в Гай Бен-Энном; я тогда еще был не таким толстым и любил полазать. И, в ответ на мои вопросы, одна девушка–ватичка, дочка хозяина уже давно не существующего русского книжного магазина, сказала, что ее знакомый ищет партнера на съем квартиры в Иерусалиме. В итоге, мы – я и сабра Амир – сняли за 300 долларов на двоих полуподвальную трехкомнатную квартиру в Рехавии, где я и прожил первые пару лет. Иврит, как вы помните, я к приезду уже знал неплохо.
Недели через три, сидя в очереди в банке для оформления каких-то документов, я разговорился с мужчиной – ватиком (старожилом) Леней. Услышав, что я программист, он сказал, что его знакомые как раз набирают программистов на работу и предложил мне принести свой CV. Это оказалась частная фирма по разработке баз данных, владел которой ватик из Риги. На пять мест они отобрали 25 претендентов. Затем в течение недели читали курс по своим программным разработками, и на следующей неделе надо было сдать экзамен. Прилагалось к курсу бумажное пособие. Я пытался пару раз уточнить нюансы курса у хозяина на русском языке, но он упорно требовал говорить на иврите и отказывался говорить по-русски. Впрочем, он был прав, я же поступал в израильскую фирму.
В итоге я сдал экзамен успешно, и меня взяли на работу. Группа, в которую я попал, состояла из меня, второй программистки – новой репатриантки из Америки, поступившей вместе со мной, дизайнера из Австралии, руководил группой "русский" парень. Поэтому нам всем было удобнее общаться по-английски. Зарплату мне дали в 1500 шекелей. И, хотя говорить о зарплатах очень не приветствовалось, я быстро узнал, что американке дали 3000. Меня это несколько, скажем так, удивило. Я пошел просить повышения зарплаты.
— Через некоторое время, — ответил мне хозяин.
Через 3 месяца мне подняли зарплату на 250 шекелей и сказали, чтобы большего вообще не ждал. Я оскорбился. Работали мы по 12 часов в день, по пятницам до наступления шаббата, приезжали и на исходе субботы. Дополнительные часы, конечно, оплачивались. И вот я из принципа – не нравилось мне все это – стал работать ровно 8 часов, и игнорировал пятницы и субботы. Еще через три месяца меня уволили, чего я и добивался. Забавно, что пару лет тому назад хозяин той фирмы предложил мне дружбу на ФБ – вряд ли он помнит, кто я такой.
Я пошел искать новую работу. Сдал успешно экзамены в крупную американскую фирму, а на вопрос о зарплате мне предложили снова 1500 – много вас таких, “русских” программистов. Я отказался, считая ниже своего достоинства работать программистом за эту зарплату. Больше я никогда работу по этой специальности не искал. У меня еще была "корзина абсорбции" и пособие по безработице в соответствии с зарплатой на полгода, что мне давало возможность никуда не спешить.
Еще со своей первой зарплаты я купил персональный компьютер (невиданная роскошь тогда в СССР), а со второй – машину. Это был старенький побитый фордик, чуть моложе меня. Меня ужасно интересовал Израиль, и я старался ездить и смотреть как можно больше. Интернета тогда не было, как и книг на русском. На английском было мало, на иврите дорого – и я просто ездил по карте и по советам бывалых. Однажды кто-то мне сказал, что есть такой интересный город — Цфат. Я развернул карту – вот он Цфат, строго на север от Иерусалима. На север ведет шоссе номер 60 – я и поехал. Рамаллу проехал спокойно, проехал Шхем насквозь – в Дженине меня остановил армейский патруль.
— Ты же израильтянин, куда ты едешь? — удивленно спросили солдаты.
— В Цфат, — ответил я.
Решив, что я, видимо, слабоумный, меня окружили коробочкой из джипов и вывезли с территорий.
Жажда знаний об Израиле привела меня в клуб от “Маханаима”, где бесплатно читали лекции о стране для новых репатриантов. Тут я с удовольствием назову имена: политику нам читал Дов Конторер, иудаизм Пинхас Полонский, а историю Марк Зеликман. Именно Марик, будучи сам великолепным гидом, впоследствии и предложил мне водить экскурсии. Так я попал в сферу туризма, но это было позже. Всю информацию, которая мне попадалась об Израиле, его истории и археологии я записывал на листиках, который потом, много лет спустя, послужили начальной основой для моей первой книги.
Я прекрасно понимал, что в какой-то момент мои "корзина" и пособие закончатся. Кроме того, мне очень хотелось понять Израиль изнутри и отдать своего рода долги перед страной, которая меня приняла, и я решил идти в армию. На время службы, кстати, пособие продлялось, что тоже послужило аргументом. И я пошел на призывной пункт писать заявление в армию – мне было 28 лет, автоматически меня не призывали. Но это тема уже для следующей истории.
Автор – известный израильский гид и журналист, владелец турфирмы ITours, телеграм-канал "Кит в сапогах", сайт — torick.com, официальная страница — facebook.com/itoursisrael/
