Цветочки с линии фронта

0

Из цикла «Авторы Победы: последние страницы войны»

 

В рамках совместного с Научно-просветительным центром «Холокост» проекта «Авторы Победы: последние страницы войны» мы продолжаем публикацию писем и дневников последних недель Великой Отечественной. Большинство из публикуемых документов было передано в Архив Центра «Холокост» из семейных архивов граждан постсоветских республик, Израиля и США. В изданных Центром пяти сборниках «Сохрани мои письма…» в 2007–2019 годах было опубликовано свыше 1500 писем и 1000 фотографий, около 30 дневников — в том числе присланных из Иерусалима, Тель-Авива, Хадеры, Реховота и Ашдода. Просим наших читателей направлять в Центр «Холокост» оригиналы и электронные копии своих семейных реликвий по адресам: [email protected] или [email protected]

Первое и второе письма изданы в сборниках «Сохрани мои письма…» (Вып. 5. С. 334; Вып. 4. С. 232–233).

Публикацию подготовили сотрудники Центра Илья Альтман, Леонид Тёрушкин, Роман Жигун и Светлана Тиханкина.

14 апреля 1945 года

«У ТЕБЯ ПИСАТЕЛЬСКИЙ ТАЛАНТ»

Сорокапятилетняя москвичка Анна Евсеевна Сегалевич, сотрудница НИИ шинной промышленности, не видела своего сына Евсея почти пять лет — с тех самых пор, как он был призван в Красную Армию в 1940 году. Всю войну в ежедневной тревоге — мать жадно ловила официальные сводки, вчитывалась в сыновние письма. Так прослеживала его боевой путь. Сталинград, Днепр, Румыния, Югославия, Венгрия… наконец, Австрия. Для Анны Сегалевич взятие Вены 13-го числа стало личным праздником, событием, которое приближало возвращение сына. Зная, насколько далеко ему до дома, какое расстояние предстоит пройти её письму, она поздравляла Евсея и с очередным взятым городом, и с грядущим Первомаем:

Евсей Гохман

«[14 апреля 1945 г. Москва]

Дорогой сыночек! Я счастлива каждый раз, получив от тебя весточку. Твои письма такие хорошие, они меня согревают. Сыночек, постарайся описывать всё пережитое. Я и мои друзья убеждены, что у тебя писательский талант, и все советуют, чтобы ты это постарался воспитать в описании пережитых тобой событий. Поздравляю тебя, дорогой, с взятием Вены, уже скоро наступит час, когда мы с тобой увидимся, и я тебя сумею видеть каждый день, какое это счастье. А пока, ты прав, надо ещё с большей яростью уничтожать врага и добиться полной победы. Желаю тебе здоровья и счастья. Поздравляю с праздником 1-го мая. Пиши нам почаще. Твои письма — это самая большая радость для меня. Целую тебя крепко. Мама. Напиши дяде Ефиму, ведь ему очень тяжело после гибели семьи. Очень прошу тебя. Полевая почта 5211. Е. Е. Сегалевич».

Упомянутый в письме Ефим Евсеевич Сегалевич был призван в РККА Минским городским военкоматом 22 июня 1941 года, что спасло ему жизнь. Он служил в системе снабжения фронта горючим, был майором административной службы. Его семья погибла в Минске в огне Холокоста.

«ПОСЫЛАЮ ЦВЕТОЧКИ»

Фронтовик, переживший пять ранений, Лев Маркович Городенский уже знаком читателям из прошлой публикации от 13 апреля. Накануне большого наступления — несмотря на секретность, сама обстановка говорила о скором его начале — Лев Городенский ловил всякую возможность написать родителям. Он чувствовал, что совсем скоро будет не до переписки. И почти каждый день сообщал, что жив и здоров, рассказывая о неожиданной командировке по городам Германии. Действительно ли он решил порадовать родителей засушенными цветами, либо это была открытка — мы вряд ли уже узнаем…

Лев Городенский

«14 апреля 1945 г.

Дорогие родители!

Я узнал, что сюда письма доходят от вас очень быстро (5-9 дней), и сейчас жалею, что не велел вам сразу по прибытии в госпиталь мне писать письма. Но это ничего — по этому адресу пишите письма, а те, которые были на п[олевую] п[очту] 13425, тоже не пропадут — там есть надежные люди, и письма ваши сохранят. Теперь немного о себе. Я жив, здоров, сыт, пьян, и нос в табаке, как и должно быть в Германии. Сейчас я нахожусь в командировке до 20.04 с одним лейтенантом. Разъезжаем по армейским тылам и выполняем, что предназначено. По дороге бываю и в госпитале, где лежал, и жду письма от вас. Погода здесь — мало сказать хорошая. У нас так тепло, что и в мае редко бывает. Цветут деревья и цветы, но не для тех, кто их посадил, а для нас. Это письмо я пишу в 60 км от Берлина, а от вас — в 30 раз дальше. Скоро думаю увидеть союзных солдат, а пока это письмо дойдет до вас, может, и война кончится. События сами намекают на это. Сегодня весь день в воздухе гудят моторы — это значит, что двинулись вперед наши войска, хотя об этом на данную минуту ничего официально не известно. Но мы редко ошибаемся… Думаю кончать. Привет всем родным и знакомым, соседям и всей Москве. Хотя мы и около Берлина, но Москва нам ближе. Целую всех вас крепко-крепко. Ждите с победой. С фронтовым комсомольским приветом, Лева.

Посылаю цветочки, которые очень приятно пахнут».

«ПОДГОТОВЛЕН УДАР СИЛЫ НЕВИДАННОЙ И НЕСЛЫХАННОЙ»

В этот день 33-летний киевлянин, командир артиллерийской батареи, гвардии капитан Александр Яковлевич Бронштейн готовился к штурму Берлина. В армии он с первых дней войны, за бои на Юго-Западном фронте награжден медалью «За отвагу». В ходе форсирования Одера его батарея сбила 8 самолетов противника, за что Александр был награжден орденом Отечественной войны I степени. Вот что он записал 14 апреля в своём дневнике накануне битвы за Берлин:

«Итак, до наступления остались, видимо, считанные дни. Каждый из нас знает, что вот-вот на Берлин обрушится последний удар. Днём тишина, но ночью по всем дорогам в четыре, пять и шесть рядов двигаются сюда, за Одер, на “малую землю” машины всех систем и марок, пушки всяких калибров, танки, “катюши”, мотопехота и просто пехота, пехота, пехота… Всё это буквально втискивается в плацдарм. На каждом шагу наталкиваешься на занятные сцены. Вот стоят два майора. Оба гвардейцы, оба сталинградцы, кавалеры нескольких орденов. Один из них танкист, другой — артиллерист. И оба азартно спорят из-за клочка земли! Что, мол, следует поставить здесь, танк или пушку? И этот незабронированный участочек сейчас еще не знает, станет ли он исходной позицией, с которой танкист даст старт своей машине на Берлин, или быть ему огневой позицией, откуда пушка будет слать уничтожающие снаряды по врагу. Мало земли на “малой земле”. Ряд к ряду, сплошным частоколом выстроена и батальонная, и полковая, и дивизионная, и корпусная артиллерия. По всему видно, что подготовлен удар силы невиданной и неслыханной. Никто не знает, точнее — немногие знают, сколько осталось до первого залпа “катюш”, обычно оповещающего о начале артподготовки. Но каждый из нас чувствует солдатским своим чутьём, что уже недолго ждать». (Источник: https://biography.wikireading.ru/244560)

«ОБИДНО НЕ УЧАСТВОВАТЬ В ФИНАЛЕ»

Пятнадцатого апреля 1945 года советские войска продолжали наступление северо-западнее и западнее Кёнигсберга, продвинувшись на 15 километров и очистив от противника часть Земландского полуострова. Ожесточённые бои шли в лесах, у побережья залива Фриш-Гаф. В них принимали участие братья Гринкруг, воинские части которых ненадолго оказались совсем рядом. За плечами связиста, ефрейтора Соломона Моисеевича Гринкруга, родившегося под Минском в 1913 году, было участие в Польской и Финской кампаниях 1939–1940 годов. На фронтах Великой Отечественной — с первых дней войны. Был ранен и контужен, награждён медалью «За отвагу» и представлен к ордену Красной Звезды (награждён 30 апреля 1945-го — в один день с младшим братом Ефимом). Жена и ребёнок Соломона погибли в оккупации.

В наградном листе Гринкруга упоминалась гибель его родных

Возможно, там же, в Германии или в Чехословакии, где сражалась в эти дни его 38-я армия, мог быть и его близкий родственник — фотокорреспондент «Красной Звезды» и газеты 38-й армии «За счастье Родины» Давид Абрамович Минскер. В этих газетах в 1941–1943 годах публиковались его снимки: от оборонительных сражений в Белоруссии до Сталинградской битвы и освобождения Киева. Но под Винницей, в январе 1944 года, Давид Минскер получил тяжёлое ранение правой руки; до апреля 1945-го находился в госпитале в Москве. Руку удалось сохранить, но кисть и пальцы остались неподвижными. В 1945 году в Кремле Минскеру вручили орден Отечественной войны I степени. Он был уволен в запас как инвалид войны, в звании капитана, но сумел остаться в профессии. Затвор его фотоаппарата «Лейка», с которым он прошёл по дорогам войны, был специально переделан под левую руку.

Давид Минскер, 1942 г.

Письмо Давиду Минскеру от Соломона Гринкруга, мечтавшего о водружении победного знамени над Берлином, передаёт ощущение близкого окончания войны. До Победы оставалось 24 дня…

«15 апреля 1945 года

Здравствуй, родной Давид!

Не писал долго по причине болезни пальца, теперь он немного зажил, и я решил написать тебе пару слов. Я уже, кажется, тебе писал, что нам сейчас досталась скучная служба, в каком смысле ты, наверное, догадаешься. Живу неплохо, чувствую себя хорошо. Обидно, что, наверное, не придется участвовать в финале, т. е. непосредственном участии — водружении Знамени Победы над Берлином. От Ефима получаю письма, где он, сейчас не знаю. Пойми, какая досада — недавно он мне написал о своём местонахождении, оно оказалась 10 километрах от того места, куда мы приехали, но к этому времени ихней части здесь уже не оказалось. Вот что значит на войне быть друг около друга и не увидеться.

Родной! <…> Пиши, что нового у тебя, как дела с рукой? Куда устроился на работу? Как живут Лена и детки, сердечный им привет. Желаю тебе наилучших успехов и здоровья в дальнейшей жизни.

Будь здоров, Соломон».

Бухенвальд как точка отсчета

Добавить комментарий