О девушке, пальме, роднике и Памяти

0

Место, где можно услышать отзвук смеха израильтянки Тамар Натан, погибшей возле озера Титикака

Михаэль ЭЗЕР

Фото автора и из семейного архива Тамар Натан

 

Думаю, что излишне объяснять, что такое вода для жителей нашей страны. И в прошлом, и в настоящем. Она — и источник всего живого, и то, что поддерживает жизнь. Постоянно изливающиеся из родника воды — символ плодовитости, символ заботы Небес о человеке и народе. Недаром "источник Мирьям", сестры Моше, брел вместе с евреями из Египта через пустыни, пока не спрятался где-то внутри Кинерета, наделяя его воды особыми качествами "умудрения".

Уже в наши дни в Израиль вернулся очень хороший древний обычай: в память о погибших друзьях приводить в порядок старые родники, чистить их, создавать или ремонтировать водосборники для их вод. К сожалению, аквифер опускается все ниже и ниже, количество родников катастрофически уменьшается. Тем более, забота о том, что осталось, становится все более важной. Многие ходили сами или со мною по «тропе родников» в горах, совсем недалеко от западных окраин Иерусалима, приводящей нас к красивейшей Хурват Саадим, на которой мы любуемся коврами цикламенов в нашу зимовесну. Один из красивейших родников (а их осталось совсем немного) на ней- это Эйн-Тамар.

Недавно я решил (впервые после возвращения из Белоруссии и карантина) отправиться на любимую тропу, до которой, на счастье, не дошел недавний кошмарный пожар. На противоположной стороне долины можно было увидеть вдалеке его следы в районе Цубы и горы Тайясим (основной удар принял скрытый от меня обратный склон).

Сложно представить в эту жару, тянущуюся уже с мая, что ты снова попадешь в зеленое царство, горячий воздух которого удивительно сух и наполнен запахами хвои, листвы, сухой травы. Мягкие лапы еще не набравшей силы утренней жары (вышел в 8 утра) гладили лицо и руки, воздух был ужасно «вещественен», его хотелось потрогать, набрать в бутылку и принести домой…

К полудню, правда, уже стало жарковато, но не слишком. Это все-таки — Иерусалим, его высоты. За лето в начале тропы, сбоку ее, прибавились несколько расчищенных участков с молодыми посадками нового виноградника двух семей из округи. Вскоре я был уже и возле первого родника. Его обустройство связано с трагической историей рано оборвавшейся молодой жизни Тамар Натан.

Она родилась и выросла в Иерусалиме, среди этих гор, начала гулять по ним еще в составе походов в религиозной секции скаутов, пошла в армию, занималась там работой с «неарей Рафуль» — проекте социализации проблемной молодежи (наркотики, психологические проблемы, проблемы с законом и т.д., обычно таких не призывали), созданной еще в конце 70-х годов по инициативе генерала Рафаэля Эйтана.

До армии и в отпусках она много путешествовала в различных «хугей сайярут» (группах спортивных походов). Закончив службу, она осуществила свою мечту — поездку с рюкзаком по Южной Америке, успела увидеть карнавал в Бразилии, сделать несколько сложных маршрутов в джунглях и горах Бразилии и Аргентины, и трагически погибла: возле озера Титикака: 2 мая 1996 г. в автобус, из которого она выходила, врезался автомобиль. Ей было всего 22 года. Ее многочисленные друзья и семья получили согласие и помощь от ККЛ (Национальный Земельный Фонд) и Археологического управления и восстановили заброшенный древний каптированный родник. Возле него была посажена пальма, напоминающая об имени девушки — Тамар.

Я видел эту пальму еще в мае. Это было невысокое коренастое дерево. К сожалению, сейчас от нее остался один пенек (вряд ли это вандализм, похоже, что с деревом что-то случилось). Куда-то исчезла и надпись на деревянном щите, ее заменила временная табличка на дереве. Зато бассейн, в который тоненькой струйкой втекал родничок, был укреплен, вычищен и до краев наполнен водой, в которой отражались стоящие деревья, кусты и небо. На ветке висела трогательная бумажная табличка. Ее написал человек, который вычистил в июне все это место, включая бассейн, укрепил камни и просит сохранить его чистым, не кидать камни в воду, чтобы купающиеся в ней не поранились. Я измерил глубину — примерно метр с небольшим.

Удивительно, что именно к осени большинство подобных бассейнов наполняются — видимо, воде зимних и весенних дождей в водоносном слое нужно много времени, чтобы дойти до «аквиклуда» (водоупорного слоя) и прорваться наружу.

По дороге я встретил еще два наполненных водосборника… и множество сухих пещерок с бывшими «невийот» -истоками родников, которые еще лет 50-60 назад поили людей и округу.

Мне не удалось найти источник цитаты на временной табличке (это что-то литературное), но стоит привести ее в переводе на русский:

«Ее смех катится, как пробившийся родник».

А сейчас, если лечь на камни и прислушаться, можно было услышать тончайший звук крохотной струйки, стекавшей по каменному желобу в бассейн… Может быть это был отзвук смеха самой Тамар?

P.S.

Родители и друзья Тамар основали в память о ней еще и амуту (НКО), дающую бесплатно или за символические пожертвования напрокат большие спортивные рюкзаки тем, кто отправляется в долгие путешествия. Они смогут увидеть то, что не успела увидеть она. И это тоже- часть сохранения Памяти.

А жаль, что Шибли не пришибли…

ОБ АВТОРЕ

Михаэль Эзер — историк, краевед, дипломированный гид (в 2008 г. окончил школу туризма при Институте Ландера, до этого много лет водил краеведческие экскурсии от школ и общественных организаций).

Михаэль Эзер

В Израиле с 1987 г. после семи лет «отказа». Через год начал работать в израильской школе, преподавал в выпускных классах историю и историческое краеведение.

Методист (разработка программ для министерства просвещения Израиля по истории для еврейских школ за границей). Во время учебы в докторантуре — гостевой преподаватель от Института Чейза при Иерусалимском Университете в Центре изучения еврейской цивилизации при МГУ, в СпбГУ, Институте Шагала при Минском Государственном Университете.

В 2003-2006 г.г. – командировка на педработу в еврейских школах России и Белоруссии от израильскго минпроса.

На его научном счету — доклады на международных конференциях по истории, проводимых в Иерусалиме.

— Мое прозвище «Мангупли» ("мангупец" на турецком) не случайно, — рассказывает Михаэль. — Заболел Крымом еще в 70-е годы, провел много времени на караимских кладбищах Мангупа и Чуфут-Кале, описывая надгробия, читая надписи, составляя планы объектов. Увлекся проблемой Фирковича, смог собрать большой материал по его фальсификациям надгробий. Уже из Израиля ездил в Крым в экспедиции с участием Института Бен-Цви, мы вели полевые работы по еврейской эпиграфике, обучали московских студентов.

В 2008 г. вышел большой, почти на 600 страниц, обощающий труд по еврейским общинам Крыма «The Tombstones of the Cemetery of the Karaite Jews in Cufut-Qaleh (the Crimea) A Collection of Studies», в котором Михаэль являлся соавтором.

— С 1988 года и следующие 26 лет жил в Шомроне в поселении Кедумим, — говорит Эзер. — Уже тогда понял,что такое — Земля под ногами, земля, в которой каждый твой шаг — это шаг по Сейчас и Тогда, шаг по истории. Понял, насколько ТАНАХ и Прошлое растворены в каждом камне и цветке, в каждом дуновении ветра. Стараюсь показать это на своих экскурсиях, пишу о связи природы и традиции. Сейчас я — иерусалимец, стараюсь ощутить сам и показать другим, что Прошлое неотделимо от Настоящего, а Удивительное- совсем рядом, нужно только захотеть его ощутить и увидеть. В этом мне помогают и мои флейта и гитара.

Добавить комментарий