На 85-м году жизни не стало Людмилы Чурсиной — одной из самых монументальных, породистых и ослепительных актрис советского экрана
Селена КАЦ
Она ушла, не дожив всего месяц до своего юбилея, закрыв целую главу в истории отечественного искусства.
Чурсина была актрисой редкого, истинно голливудского или, точнее, королевского масштаба. В советском кинематографе, тяготевшем к приземленному реализму, ее нордическая, породистая красота, высокий рост и царственная осанка стояли особняком. Ей не подходила роль простушек — природа вылепила ее для трагедий, больших страстей и сильных характеров. Ее Виринея, её роковая Анфиса в «Угрюм-реке», её гордая Марья в «Донской повести» — это были женщины с железом в характере, способные и любить до безумия, и уничтожать одним взглядом. Неслучайно её приглашали в Голливуд (легенда гласит, что сам легендарный кинопродюсер Альберт Брокколи видел в ней идеальную пассию для Джеймса Бонда) — но советские чиновники, разумеется, актрису не пустили.
Всю свою профессиональную жизнь — более сорока лет — она отдала Центральному академическому театру Российской (бывшей Советской) Армии. И это место службы оказалось глубоко символичным. Статная, строгая, закрытая от публики Чурсина идеально вписывалась в холодную эстетику монументального советского официоза. Она и сама была такой — человеком Системы, государственницей до мозга костей.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
В отличие от многих коллег, метавшихся в поисках новых смыслов после распада СССР, Людмила Чурсина всегда хранила неколебимую верность Кремлю. Для нее величие государства, армия и флаг были безусловными ценностями, не подлежащими сомнению. В 2014 году она без колебаний подписала коллективное обращение деятелей культуры в поддержку позиции президента по Украине и Крыму. С началом полномасштабного вторжения в Украину в 2022 году её позиция осталась столь же монолитной: актриса публично поддерживала действия российских войск, выступала в госпиталях перед ранеными солдатами и до последних дней оставалась плотью от плоти той имперской парадигмы, которая ее сформировала и возвеличила.
Для одних Людмила Чурсина останется в памяти великой русской актрисой, иконой стиля, сочетавшей в себе лед и пламень, для других — трагической фигурой, выбравшей сторону государственной машины в ее самый жестокий исторический период. Но отрицать масштаб ее личности невозможно. Ушла женщина огромной воли и безупречной осанки, которая не согнулась перед старостью и до самого конца несла свое имя так же гордо, как носила короны своих экранных героинь.
Прощайте, Людмила Алексеевна. Занавес опущен.
