Охотники за стариками

В Израиле появилась банда наглых грабителей-виртуозов, поджидающих пенсионеров у выхода из банков и "экспроприирующих" у них полученное пособие. Рекомендуем предостеречь ваших стариков и распространить эту ссылку среди родственников и знакомых, чтобы они тоже проявили бдительность 

Израиль СЛАВИН, Петах-Тиква 

Реальное событие. Преступники, к сожалению, не названы, а только пронумерованы. Надеюсь, скоро влипнут.

Меня ограбили. В преступном акте участвовало четыре подонка. Но мне показалось, что был и пятый. Предположительно.

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Вместе с супругой мы пришли в банк получать наше месячное пособие. Мне уже 89, а она моложе на пять лет. От финансовых проблем я ее освободил: хватает у нее и хозяйственных забот. Но я ей активно в этом помогаю и делом, и словом, хотя мои советы она выполняет плохо. Скажу ей: "Причешись!", а в ответ жена неожиданно хватает в руку что-нибудь острое. Проблема в том, что с памятью у нее стало заметно хуже. После ограбления я ей сообщил: "Мама, мы пенсии лишились…", а она ровно через минуту поинтересовалась, хорошо ли я деньги спрятал. Все наше пособие. Ровно 3700 шекелей.

И случилось это в ясный, солнечный день, почти в центре города, в гуще многолюдья. Не исключено, что в присутствие блюстителей порядка. Вроде бы мелковатое правонарушение, но я все-таки решил его обнародовать, чтобы таким образом предостеречь слишком доверчивых. Растяпы, будьте бдительны!

Хотя, скорее всего, мой совет никем не будет воспринят. Сегодня мы на опасность реагируем слабо. Мой ум, например, сильно развращен средствами массовой информации. Представляете, сколько я, как и любой из вас, перечитал и перевидал про убийства, грабежи, изощренный обман и всякие прочие гадости. Кажется, могу с ходу стать и начальником уголовного розыска, и вором в законе, и, конечно же, самым обычным рядовым преступником.

Не помогло! Столкнулся с криминалом — и сразу влип.

Итак, получил я 3700 шекелей. Вложил в конверт и сунул в небольшую сумку с застежкой-молнией. Ношу ее на правом плече. Почему на правом? Я левша. Сунется кто к сумке, а я его крепкой левой, наотмашь, прямо в нос!

И вот иду я рядом со своей старушкой, я за нее держусь, а она за меня. Да! Забыл описать первую мерзкую рожу, участвовавшую в моем четырехэтапном ограблении, хотя я ее почти не запомнил, с давних пор страдаю плохой зрительной памятью: случается, мимо друга пройду, не заметив его, зато многим незнакомым отвешиваю низкие поклоны.

И вот показываю вам физиономию первого грабителя, точнее, его сияющую улыбку. И как же ему было не улыбаться, когда он отчетливо заметил и определил мою безалаберность: я небрежно опустил конверт с деньгами в сумку и вышел из банка, а он, оставаясь там и продолжая наблюдение за клиентурой, сумел передать каким-то хитроумным способом своему второму сообщнику: мол, идет законченный олух, и его надо взять в оборот. И я был взят в дальнейшую обработку вторым. Он стоял метрах в ста от банка, при повороте к шуку. Он дал о себе знать приятельским хлопком по спине, который был ощутимей и теплее всех прежних, подаренных мне за долгие предыдущие годы. У второго, высокого, седовласого, голова его, маленькая, овальная, нависла надо мной, и, казалось, сейчас он дружески боднет меня в темя. Хлопок второго был не только приятным, но и осведомляющим: "На твоей рубашке грязное пятно!" Как я понял впоследствии, это было не просто пятно, а очень заметный след от несмываемой краски, оставленный им же, вторым. Жена посмотрела и ахнула: "Где ты так?" А второй объяснял жестами, что пятно надо поскорее смыть. И повелительно взмахнул рукой: "Вот здесь же и произойдет моментальное смытие!"

И я как заколдованный, переполненный надеждой, двинулся к третьему этапу моего злоключения. Я был хорошо обозначен, помечен, и тут же подплыла третья, это была женщина. Она появилась внезапно, сказочно, как святая, пришедшая на помощь бедствующему путнику. В одной руке ее была кружка с водой, а во второй она держала чуть ли целый моток туалетной бумаги. Вот она уже оторвала большой кусок, смочила его в воде, повернула меня спиной к себе, приблизилась почти вплотную и стала усердно стирать пятно с моей рубашки.

Третья была уже немолода, но искристое в ней еще играло. Я почувствовал это по ее бедру, не очень пристойно, страстно прижатому ко мне, бедру мясистому, чуть жирноватому, но готовому к немедленному контакту, что я мгновенно уловил и ответил, чуть отодвинув супругу в сторону, но продолжая держать ее, чтобы она случайно не оторвалась и не исчезла, как бывало уже неоднократно. Каюсь, расслабился и сам же себя упрекнул: "Эх, старичок, старичок, не для тебя уже подобные игры".

Пока третья увлеченно, не без сексуального интереса, оттирала пятно, подошел четвертый, самый главный, ответственный грабитель. Он с такой энергией включился, с такой силой стал отмывать пятно, ЧТО я зашатался и если бы не оперся на третью, наверняка упал бы. Про сумку я уже совсем забыл, она свободно болталась в воздухе и была доступней любой вещи, выброшенной на свалку. И тогда четвертый, успешно закончив свое бандитское действо, мгновенно исчез, а за ним бесшумно ускользнула и третья.

А сумка промолчала. И как можно было на нее посягнуть?! Ведь она имела такой мирный, хозяйственный вид. Из нее прохладно, красиво выглядывало горлышко маленькой бутылочки с водой, в ней лежала газета и небольшой кулек с конфетками драже. Мы их любили посасывать, отдыхая на каждой очередной скамейке. Эх,сумочка!..

И вот именно тогда я пожалел, что не придуман еще маленький капканчик, спокойно лежащий на дне сумки, не трогающий своих, но мертвой хваткой вцепляющийся в пальцы преступника, доводя его до зубовного скрежета и болезненного, страшного воя. И не только в сумках, но чтобы подобный капканчик помещался и в тайных карманах, и в рюкзаках туристов, и у женщин за пазухой.

Увы, случилось то, что случилось. Остались мы со старушкой без пособия. Два дня я сильно горевал, а потом постепенно успокоился. Любимые дети и внуки в момент покрыли нашу финансовую потерю, даже с лихвой. Если удастся, обязательно с ними рассчитаюсь. Жена, к счастью, про ограбление так и не узнала. Да и зачем ей про это знать? А вот всех остальных граждан, особенно пенсионеров, хотелось бы предупредить: не зевайте! И пусть никто не знает подобных неприятностей.

В заключение о пятом. Кажется, вполне хватило бы и четырех на одного старенького еврея. Но как я понял, был все-таки и пятый. А почему я пришел к такому умозаключению? После выполнения каждой очередной акции все четверо на мгновение замирали и поглядывали из-под локтя куда-то в сторону, то ли отчитываясь о проделанном, то ли улавливая сигнал благодарности. Значит, придется им поделить награбленное на пятерых. Не густо!

Два раза я звонил в полицию, хотел поговорить с русскоговорящим, но в ответ звучало категорическое: "Нет". И хорошо. Закрутись дело, вдобавок к пережитому, ох и натерпелся бы я!