"Всё, что осталось от семьи, уместилось в чемоданчик…"

0

Леониду Тёрушкину, заведующему Архивом Центра «Холокост», в руки попались воспоминания (семейная хроника) петербурженки Анны Скобликовой (Левиной), по содержимому записей которой можно легко писать книги и снимать исторические фильмы

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Яна ЛЮБАРСКАЯ

Фото из личного архива

На ее страницах – живая, содержательная, трагическая история разных поколений семьи Левиных — Остриных, живших в довоенное, послевоенное и в новое время. Все эти люди достойно и мужественно прошли все, что им было предначертано судьбой. Кто-то из них погиб страшной смертью от рук нацистов во время Холокоста на Северном Кавказе, эвакуировавшись на юг России из Украины в надежде спастись от германского наступления. Кто-то — выжил, благодаря неравнодушию соседей, а кому-то из героев записей Анны Львовны и вовсе была уготована участь отправиться в сталинские лагеря, как «врагам народа». Виртуозно, бережно, подробно, словно пёстрое мозаичное панно, автор из города на Неве постепенно соединила в объемную папку рассказов все воспоминания и личные документы своих родных и близких.

=Б= — Уважаемый Леонид, Анна Скобликова передала именно вам свои записки, так как Центр «Холокост» уже более 20 лет собирает фронтовые письма, весточки с фронта и на фронт, из тыла, из эвакуации, различные свидетельства об уничтожении евреев и другие документальные материалы, связанные со злодеяниями немцев?

— Да, это так. В сентябре 2021 г., после того, как на Северном Кавказе прошли традиционные памятные мероприятия, где я также присутствовал в рамках образовательного семинара Центра «Холокост», к нам обратилась Анна Львовна Скобликова. Она написала мне письмо, в котором сообщила, что ее родные по линии отца погибли от рук нацистов, будучи расстрелянными в Минеральных Водах в начале сентября 1942 года, что перед уходом на смерть они все оставили прощальные письма, и ей бы хотелось, чтобы эти документы сегодня хранились в музее Холокоста, в НПЦ «Холокост». Эти предсмертные письма — уникальные, ценнейшие свидетельства людей, уходивших в никуда, таких документов в наши дни встречается немного. Учитывая наш живой интерес к подобным находкам, я сразу обратил внимание на послание Анны Львовны. Отец Анны Скобликовой, Лев Григорьевич Левин, находясь на фронте, в 1942 году потерял связь с родными и уже после войны, разыскивая их, получил эти предсмертные послания. Нацисты уничтожили родителей Льва — отца Левина Григория Борисовича, его мать Розалию Эммануиловну, их дочь, сестру Льва — Юдифь (Юлочку), маму Розы Левиной — Анну Нейман, его тетю, сестру Григория Левина — Анну Трубкину с семьей. Последняя — жила в Пятигорске, их расстреляли за пару дней до уничтожения Григория Левина с его семьей.

Из письма Григория Левина (он, его жена Роза, мать Анна и дочь Юлочка были расстреляны нацистами 9 сентября 1942 г. в районе стекольного завода в Минеральных Водах):

"Надежды на то, что останемся в живых очень мало. Вернее, никакой. Что писать, с чего начинать – не знаю… Как вам известно, нас все время убаюкивали, что все благополучно, и когда уже угроза была на носу, все-таки никого не выпускали и только 5 августа утром нам выдали пропуска, но ехать было не на чем. Даже раненые в госпиталях пошли пешком на костылях. 6-го вечером мы тоже вышли. Отошли от Кисловодска километров 50 и так обессилели, что увидели, что добраться до Махачкалы не сможем… 5 сентября был объявлен приказ утром, что к 5 часам дня все евреи должны явиться на вокзал имея при себе не более 20 кг багажа включая сюда продукты на несколько дней… Отправят нас в 6 час. Куда неизвестно, но вероятно туда же куда отправили уже не одну тысячу евреев. Трудно очень сосредоточиться. А так много хотелось бы сказать, как хотелось бы всех видеть. Неужели Лёля останется круглым сиротой, если он останется в живых. Как нас мучает этот вопрос. Хотя взглянуть бы на одну минутку и кажется легче было бы умереть. Юлочке придется разделить судьбу вместе с нами. Какой ужас". – Из писем погибших Левиных.

Есть в письме и фраза Григория Левина на идише, которую мне перевели специалисты:

«Будьте здоровы, мои дорогие, не хочется уходить из этого светлого мира, всем от меня привет».

После проведения акции по уничтожению евреев, все их имущество, остававшееся в квартирах и частных домах, было расхищено немцами или вывезено на специальные склады. Один из таких складов был открыт в Пятигорске для выдачи различных вещей, ранее принадлежавших еврейским семьям, местным коллаборационистам, заслужившим благодарность оккупантов. Бывший полицейский Бердников свидетельствовал на следствии:

«После расстрела людей в Минеральных Водах, все золотые изделия забрал немецкий офицер, а одежду, обувь, сумки погрузили в автомашину и увезли в Пятигорск на склад».

Эти предсмертные послания хранятся в семье Анны Львовны Скобликовой. Она до 2021 г. не знала, что в Минеральных Водах сегодня можно увидеть мемориал с именами расстрелянных евреев (более 1000), установленный в 2019 году, на месте гибели людей, в рамках проекта «Вернуть достоинство» Российского Еврейского Конгресса. Анна Львовна посещала эти места ранее и видела только старый, советского времени памятник, где не было ни слова о евреях, ни имен погибших. Сейчас он тоже сохранен, рядом с новым Мемориалом.

— Евреи из каких основных городов были там расстреляны?

— На этом месте были расстреляны местные и эвакуированные евреи из Кисловодска, Пятигорска, из других мест Кавказских Минеральных Вод. Это — крупнейшее место уничтожения евреев в районе Северного Кавказа. Более 300 человек убили и в самом Кисловодске, где также расположен свой мемориал. Однако, где точно покоится тот или иной человек, в Кисловодске или на территории возле стекольного завода, в городе Минеральные Воды, по понятным причинам, установить невозможно. Тоже самое касается многих жертв из Ставрополя. И все, до сих пор неизвестные нам имена погибших, следует непременно восстановить и увековечить на памятниках. Собственно, Анна Львовна тоже просила дополнить именами своих родных список на Мемориале.

— Получается, записки Анны Львовны вас сильно заинтересовали?

— Конечно, я стал внимательно изучать уникальные предсмертные письма ее расстрелянных родственников. В повествовании Скобликовой, самым удивительным образом переплелись судьбы убитых, спасенных и спасителей. Эти люди написали свои прощальные письма буквально перед уходом на смерть, и я уверен, они понимали, что их ждет. Можно сказать, что благодаря нашему знакомству с жительницей города на Неве, Скобликовой, мы обнаружили новые, неизвестные ранее имена жертв Холокоста. Здесь — тот самый случай, когда предсмертные письма евреев хранятся, как семейные реликвии, много-много лет, являясь также прямым доказательством Холокоста на территории СССР, о чем я уже неоднократно говорил. Других свидетельств о гибели этих конкретных евреев, этой семьи — от рук нацистов, по сути-то и нет.

История этой семьи оказалась очень драматичной, весьма непростой. Выяснилось, что к счастью, погибли не все из родных Анны Львовны, в те страшные годы удалось спастись маленькому мальчику Грише, который находился вместе с Левиными, но уцелел, благодаря неравнодушию местных жителей. Об этом поговорим позже.

— Откуда семья Левиных приехала на Северный Кавказ?

— Семья Левиных эвакуировалась туда осенью 1941 года из Харькова, в достаточно богатый регион, на Северный Кавказ. Этот поток эвакуации считался в тот период очень удачным направлением во всех смыслах, в этих курортных краях было тепло, сытно и хорошо, к тому же, Северный Кавказ на тот момент располагался достаточно далеко от войны, как думали советские граждане в 1941 году. Уезжать в этот плодородный регион считалось гораздо выгоднее и удачнее, чем отправляться на тот же Урал или в Сибирь. Разумеется, тогда никто и не предполагал, куда дойдут немцы.

И вот, бывшие харьковчане проживали в Кисловодске, в доме местной армянской семьи Савадовых. В то время считалось привычным делом, когда к местным жителям подселялись эвакуированные. Анна Трубкина, сестра Григория Левина, проживала со своей семьей в Пятигорске. Когда в июле 1942 года стало ясно, что немцы приближаются к Кавказу, семья Левиных перебралась в Кисловодск. Крепкий, старинный особняк в Кисловодске по улице. Клары Цеткин, дом 20, откуда обреченных уводили на расстрел, сохранился до сих пор.

— Что было дальше?

— В начале августа 1942 года Кисловодск был захвачен германскими войсками. Отмечу, что ранее семья Левиных и еще несколько еврейских семей пытались уехать, но на Северном Кавказе уже вовсю действовали немцы. У беглецов ничего получилось, они вынуждены были вернуться. Деваться им было некуда, Пятигорск был уже захвачен, и германское командование издало приказ о сборе всех евреев «для переселения на новое место жительства». Конечно, Григорий Левин и Роза не верили в это переселение. Тем не менее стали собирать вещи. Семен Савадов, хозяин дома, предлагал, чтобы дочка Розы и Григория Юлочка (Юдифь) и мальчик Гарик остались у них дома. Гриша (Гарик) был светловолосым, голубоглазым, не похожим на еврейского мальчика. Его Савадову было легко выдать за внука — ребенка от смешанного брака с русской женщиной. Гарик родился в 1932 году, являясь племянником Льва Левина, сыном репрессированных еврейских родителей. Его маму и папу арестовали еще до войны. Отца, директора крупного завода в Донецке — расстреляли, а мать сослали в лагерь «АЛЖИР» (лагерь жен — изменников родины). Вся вина этих женщин состояла лишь в том, что они не предали своих мужей, расстрелянных «врагов народов». И после войны, после своего чудесного спасения Савадовыми, мальчик поехал к матери, в «АЛЖИР» (Казахстан), потом рос в интернате, а в 1949 году поступил на факультет актёрского мастерства Ленинградского театрального института имени Островского, где учился вместе с Ниной Ургант и Львом Милиндером. В 1968 году Гарик — Григорий Александрович Острин был принят в труппу театра "Современник", где прослужил до конца жизни, также активно снимался в советских фильмах. Сейчас его давно нет в живых, он умер в 2016 г. Но вернёмся назад. После ареста родителей, мальчик жил с семьей Григория Левина. И с ними и уехал в эвакуацию в 1941 г.

А вот Юлочка (1924 года рождения) остаться у Семена Савадова отказалась. В последних письмах Левиных все это достаточно подробно описано: «Перед отправкой на расстрел Роза, мать фронтовика Льва Левина, решила сходить на базар, купить мясо. Обреченные люди решили напоследок сварить мясной наваристый борщ. Бабушка с Гариком побежали в оккупированный Пятигорск, чтобы забрать теплые вещи в дорогу.

Бабушка беспокоилась, как бы не простудилась в дороге Юлочка. А последняя — пошла на базар менять хлеб на муку, потому что бабушка сказала, что надо бы взять с собой не только хлеб, но и муку, чтобы самим печь хлеб. Гарика, по словам Анны Скобликовой, родственники решили оставить дома, не подвергая опасности. Для этого хозяин дома Семён Савадов, его жена и дочери придумали легенду (для соседей, для посторонних людей), что Гарик — метис, что его папа — русский, а мама — армянка (хотя это было не так, Гарик еврей и по папе, и по маме). У Гарика были светлые волосы, голубые глаз, он был совсем не похож на еврейского мальчика. И хозяин дома в Кисловодске оставил Гарика у себя. Это было очень опасно для семьи хозяина дома Семена Савадова, так как у него самого было двое дочерей, и за укрытие еврейского мальчика всех их могли расстрелять. Но он согласился, и даже предложил спрятать у себя Юлочку, ведь ей всего то было 18 лет! Но Юля категорически отказалась, со словами: "Я не смогу жить зная, что мои родители и, возможно, мой братик погибли. Разделю с ними эту страшную судьбу. Если и есть жизнь после смерти, то я хочу быть там с ними навсегда!" Гарик тогда был еще ребёнком и обиделся на своих близких, будучи уверенным, что родственники действительно уезжают на поселения, а его почему-то бросают одного, не берут с собой.

Когда они ушли на вокзал, двенадцатилетний Гарик побежал за ними, но там он их не нашел. На вокзале собралось огромное количество народа, все — с чемоданчиками, узлами, стояли эшелоны, в которые загружали людей. Все вокруг было оцеплено собаками. Гарику очень хотелось ехать со всеми, мальчик боялся оставаться один. Но вдруг он увидел, что какая-то женщина выкидывает из толпы своего маленького ребенка и кричит ему — "Беги! Беги!" Немецкий солдат швыряет ребенка обратно, бьет женщину и натравливает на нее собаку. Вот тут-то Гарик и понял, что никакое это не переселение, а уничтожение, он был очень напуган, побежал домой и спрятался под кровать. В семье Семёна Савадова он прожил до лета 1943 года» — подробно описывает семейную трагедию Анна Львовна Скобликова.

— До слез…

— Этот ров в Минеральных Водах – самая большая на Ставрополье братская могила жертв Холокоста, где казнили евреев Кисловодска, Пятигорска, Железноводска, Ессентуков и второе по численности жертв Холокоста (после Ростова–на-Дону) место казни на территории Российской Федерации.

Анна Скобликова также пишет, что отдельные жители Кавказских Минеральных Вод, понимая, что еврейское население ожидает неминуемая смерть, делали попытки спасти их или хотя бы малолетних еврейских детей. Один из таких случаев: «…Армянин рассказал, что в это утро он пришел на вокзал в Кисловодске; шумная и оживленная толпа грузилась в девятнадцать открытых и закрытых вагонов, двадцатый был для членов „Еврейского комитета“; армянин разыскал в толпе знакомую женщину и сказал ей: „Отдайте мне на воспитание вашу дочь, вы не доедете до Украины“. Семилетняя дочка этой женщины была такая красавица и умница, что все заглядывались на нее. Он долго уговаривал женщину, она задумалась, обняла дитя. „Нет, – ответила мать, – что будет, то будет, мы не расстанемся».

В эшелоне, расстрелянном на окраине Минеральных Вод, были люди, которые понимали, что их везут на смерть. И все же, во всех этих трагических ситуациях были и счастливые случаи, заканчивающиеся спасением от смерти. Кто-то из евреев отказался пройти регистрацию и не явился на сборный пункт, после чего скрывался у знакомых и соседей. Другие уцелели, благодаря своей находчивости и помощи местных жителей.

Читайте в тему:

"Сардинный способ" убийства eвpeeв

— И здесь — яркий пример мужественного поступка Семена Савадова…

— Да, армянская семья Савадовых не только спасла Гришу от неминуемой смерти, но и укрывала его до освобождения города Красной Армией и далее заботились о нем. У Семена Савадова, как я сказал ранее, были и две дочери, а три его сына сражались на фронтах Великой Отечественной войны и остались живы.

— Как Лев Левин узнал о гибели своих родных? Как он все это пережил?

— В августе 1946 года, боевой офицер Лев Левин вернулся в Москву из Кисловодска, от семьи Савадовых, со страшными подробностями о гибели своих родных. Их последние письма ему передал Семен Савадов, которого Лев нашел. В последствии, Лев Левин продолжал службу в советской Армии, женился, работал, воспитывал двух любимых дочерей Анну и Ирину, храня огромную боль от потери родителей, сестры и брата — глубоко внутри:

«Лёва конечно знал, что, когда началась война все они остались в Харькове. Затем они перебрались в Пятигорск, так как немцы стали быстро продвигаться вглубь Украины и Харьков стал оккупированной территорией. Лёва знал, что нацисты на оккупированных территориях СССР уничтожали евреев. Но надеялся, что его семья может быть успела эвакуироваться, и все они остались живы. Но спастись удалось только Гарику. 9 сентября 1942 года Тиша (семейное прозвище Григория Левина), Роза, Юлочка и бабушка Аня были расстреляны в Кисловодске. Только в 1946 году Лёве удалось приехать в Кисловодск, в дом Семена Савадова и узнать все подробности гибели своей семьи. Лев приехал туда, где последние дни и часы провели его родные — Тиша, Роза, Юлочка и бабуля. Там же ему отдали личные вещи и прощальные письма его горячо любимых родителей, сестрёнки и бабушки. Все надежды на то, что они спаслись, были разбиты. Лёва остался сиротой, без дома, с горсткой личных вещей родителей — папины часы, пенсне, чуть-чуть маминых украшений, швейная машинка и маленькая пачечка фотографий. Всё, что осталось от прежней домашней, тёплой и любящей жизнь его семьи, уместилось в маленький чемоданчик» — цитата из мемуаров Анны Скобликовой.

— Леонид, как планируете использовать в работе данную семейную реликвию?

— В наш следующий, уже седьмой сборник писем периода Великой Отечественной войны, мы непременно включим и эти сохранившиеся письма Левиных. Данная история страшной гибели и чудесного спасения теперь будет использоваться и в образовательных целях, в школах, на уроках истории, на образовательных семинарах. Разумеется, совместно с Российским Еврейским Конгрессом, планируем дополнительную табличку или отдельный обелиск возле Мемориала. Удалось уточнить место гибели некоторых евреев из Ростова-на-Дону, которые были уничтожены именно в Минеральных Водах. Помимо истории Анны Львовны, нашлись также имена еще нескольких погибших евреев, расстрелянных там нацистами, память которых еще не увековечена. По большому счету, у этого мемориала – давняя, насыщенная «биография». Ту самую дополнительную табличку с новыми именами, в силу определенных трудностей, в этом году установить не удалось, однако Центр «Холокост» и Российский Еврейский Конгресс провели на Северном Кавказе в сентябре 2022 года мемориальное мероприятие к 80-летию этих трагических событий. На этой встреча выступала и А.Л.Скобликова, с трепетом рассказывая собравшимся свою трагическую семейную историю.

— Почему у Савадовых до сих пор нет звания Праведников народов мира, если Анна Львовна жива и имеет все записи и доказательства спасения Савадовыми — Гарика Острина?

— Конечно, Савадовы непременно достойны этого звания за то, что спасли маленького Гарика, и нам надо ставить вопрос о присвоении звания Праведников всей этой семье. Ну, по крайней мере, Семену Савадову и его жене Елене. Ведь если бы кто-то донес, что они скрывают еврейского мальчика, пострадала бы вся их семья, немцы не церемонились бы с ними. Сегодня, Центр «Холокост» вместе с Анной Львовной Скобликовой, старается разработать вопрос о подаче заявления в «Яд ва-Шем» о присвоении Семену Савадову и его родным звания Праведника Народов мира. К сожалению, посмертно. Очень обидно, что Анна Львовна (и не только она) столько лет об этом молчала. Увы, многие люди до сих пор не знают про звание «Праведник Народов мира», про Центр «Холокост».

Сейчас мы установили контакт с внуком Семена Савадова, Евгением, начали общаться, и я его постепенно подталкиваю описать все случившееся для «Яд ва-Шем». Есть контакт с еще одним родственником. В этой истории много всего важного и любопытного. Евгений рассказывал мне, что в начале двухтысячных годов, еще при жизни Григория Острина, они вместе делали попытки увековечивания памяти Семена Савадова, но те не увенчались успехом — вероятно, люди «не туда» обращались.

— Чем закончим сегодняшний тяжелый разговор?

— Хочу подчеркнуть, что именно из таких вот единичных трагичных историй еврейской семьи, складывается история всех евреев бывшего СССР. Так вышло, что через семью Левиных, безжалостным колесом истории прокатились все, самые трагические и жуткие события первой половины 20 века: сталинские репрессии, Холокост, войны. Лев Левин выжил, так как оказался на фронте, прошел и Финскую, и Великую Отечественную войны, оставив позади себя достаточно долгий, тернистый, сложный жизненный путь.

Читайте в тему:

Еврейские прятки нацистской палачихи

Выдержка из записей Анны Львовны Скобликовой:

«Несмотря на голод и болезни, находясь в окружении, отец продолжал боевые действия, забирался на самое высокое дерево и сообщал своим солдатам-артиллеристам куда стрелять. А чтобы немцы их не уничтожили ответным артобстрелом, они постоянно меняли свое место положения. В один из таких боевых действий Лёва, забравшись в очередной раз на дерево, заметил, что есть возможность вывести взвод из окружения. Именно это он и сделал — вывел всех своих бойцов и орудия из окружения. Были среди них и раненые, и больные цингой, но все были живы».

В 1942 году, из-за усиленных боевых действий и из-за того, что Лёва попал в окружение, была прервана его переписка со своими родителями, с Григорием и Розой. А переписка во время войны играла огромное значение, она показывала, что человек жив! С началом войны миллионы людей оказались на фронте, шла массовая эвакуация, люди меняли адреса, место жительства, и по словам Анны Львовны, вся надежда приходилась как раз на почту, помогавшую найти близких — в тылу и на фронте. Не было на фронте человека, который бы не скучал по родному дому:

«Лёва старался писать регулярно, но в 1942 году Григорий и Роза перестали получать от него письма. Они очень страдали от неизвестности, боялись самого страшного на войне — гибели Лёвы. О себе они были более спокойны. Ведь они же не на фронте, они же в тылу. Но в жизни всё оказалось наоборот. Лёва, слава Богу, остался жив, а вся его семья, оказавшись на оккупированной немцами территории, погибла. Но он пока об этом не знал. Одно из значимых событий жизни Лёвы и всей страны — это победа над нацистской Германией. По окончании Великой Отечественной войны в Москве был Парад Победы, в котором Лев Левин принял участие, как фронтовик и слушатель Артиллерийской Академии».

Это еще раз говорит о том, что у евреев, которые находились на фронтах в рядах действующей Красной армии, было больше шансов выжить, чем у их родных на оккупированных территориях. Выходит, что история гибели, а тем более — спасения евреев в Северо-Кавказском регионе еще недостаточно изучена. История семьи Левиных – лишь один из примеров.

Уверен, есть еще масса граждан, потомков жертв Холокоста, которые молчат, у которых хранятся письма, воспоминания, фотографии. И не только потомки жертв — потомки свидетелей, очевидцев, спасителей. Наверное, эти люди полагают, что это никому неинтересно – просто частная жизнь, семейные истории, но это – глубокое заблуждение, все это для нас — крайне важно! Центр «Холокост» всегда занимался этой темой и будет продолжать ей заниматься. Ждем от вас письма, документы, фотографии времен Великой Отечественной войны по мейлу: [email protected]

Геточка и Балка смерти

Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!

Добавить комментарий