Приёмный непокой израильской больницы
Натан ТИМКИН
Я уже много лет работаю врачом в поликлинике, но иногда всплывает этот сон.
Сегодня я дежурю в приёмном покое. К четырем часам спускаюсь в отделение. Абу Субхи передаёт мне пациентов.
На первой койке лежит мужик средних лет, задыхается. Абу представляет его как приступ панической атаки. Я смотрю кардиограмму: угу, конечно, ЭйчВай передней стенки.
— Анат, быстро сюда, тут инфаркт. Тащи всё, и пусть соединят меня с кардиологами, его надо на срочную коронарографию.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Сестра охает и подкатывает тумбочку на колёсиках с лекарствами первой помощи. Кто-то с сестринского поста уже звонит в кардиореанимацию.
— Так, тут цистит, а где анализ мочи? А, вот он! Хорошо, отнесите мне ее карточку, закончим приём всех пациентов, и я её выпишу.
Гастроэнтерит, почечная колика, пневмония, отёк легких (доктор, он две недели не брал лекарства, не было сил дойти до аптеки).
Завозят сразу троих новых пациентов на каталках. Почему бы скорой не организовать их, чтобы не чаще одного в десять минут? Ну нет, так не бывает, больные всегда валятся скопом.
На сестринской стойке пачка карточек неосмотренных пациентов. Я почему-то один.
Очень шумно. Как всегда, родственников много больше самих страждущих.
Оглядываюсь. В углу с одноразовыми стаканчиками кофе стайка нервных девушек в ослепительно чистых белых халатах.
— Вы, собственно, кто? Студентки шестого курса? А где ваш куратор? Заболел? Счастливчик. Тогда так – вот вам каждой по больному и полчаса времени на сбор анамнеза и осмотр, потом по очереди ко мне.
Из хирургической части прибегает взмыленный ординатор. Он только из операционной, и через десять минут ему опять туда. А у него тут больной, которого он пытается сплавить ко мне.
И тут происходит чудо: в приёмник заходят мои институтские друзья. Это ничего, что кого-то из них уже нет в живых, другие стали большими начальниками или ушли в фарму за хоть каким-то рублём, сейчас мне каждая пара рук в помощь.
— Икрам, Танька, Света, вы мне тут нужны буквально на час, разгрести завал, потом сможем выпить кофе.
Икрам — хирург-онколог, ему и карты в руки, идет разобраться с переводом пациентки. Танька начальник, вот пусть и построит мне тут пока санитаров и сестёр, чтобы летали! Света займётся выпиской тех, кто давно этого дожидается.
Я со старшей сестрой иду на повторный обход лежачих.
— Так, этого в отделение, по дороге через рентген, гони сюда самого резвого санитара.
Тут анализы пришли. Ок, пишу своим кривым почерком пару строк сбоку.
— Карточку отдайте Свете, пусть выпишет с рецептами и рекомендациями.
Через полчаса появляется просвет, можно десять минут посидеть с друзьями с чашкой чая, а им налить кофе. Но тут начинают возвращаться снежинки с историями болезней. Значит, не судьба поболтать.
— Ну хорошо, и что вы думаете? Какой предварительный диагноз? Какие анализы назначить прямо сейчас?
Кардиолог звонит, у них задержка, но больного заберут к себе, пока приедет команда инвазивных кардиологов.
Снова атака амбулансов.
– В шоковую его!
Надо продержаться, часам к двум ночи поток обычно стихает, смогу задрать ноги хоть на полчаса…
