Я слышала много самых удивительных историй из жизни семейных пар. Но такую, пожалуй, впервые…
Инна СТЕССЕЛЬ
Женщина по телефону спросила настороженно:
— При объявлении о знакомстве обязательно называть свое настоящее имя?
— Если вы имеете в виду нашу рубрику, не обязательно. Можно использовать вымышленное.
— Это хорошо, — довольно отозвалась она. — Не хочу давать повод для сплетен, ими я и так сыта по горло. Я буду Аней — это имя моей покойной мамы.
— Аня так Аня, — согласилась я. — Только почему желание познакомиться должно вызывать пересуды?
— Люди такие… Если найду мужчину по душе, обзавидуются! Не найду, насмешничать будут, мол, невеста без места.
— Невысокого мнения вы о своем окружении, — заметила я.
— Просто трезво оцениваю человеческую природу. К тому же у меня особые обстоятельства. За них наверняка ухватятся.
— Что за обстоятельства, если не секрет?
— Ну, — замялась она, — скажут, знакомлюсь при живом муже…
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
— Вы замужем?!
— Нет, в разводе. Но не совсем.
— Это как?
— А так. Муж пятый год живет с другой женщиной, у него с ней ребенок трехлетний. Но развода у нас не было. Он не дает.
— Почему же, если у него другая семья?
— Ох, это долгий разговор, — отмахнулась Аня. — Понимаете ли, мы родом из Средней Азии — во время войны с немцами бабушек-дедушек эвакуировали в Узбекистан, в город Наманган. Наши родители и мы с братом уже там родились. Жили, естественно, по советским законам, ни о каком многоженстве в эвакуированных семьях речи быть не могло. Но часть коренного населения сохраняла старые обычаи, и состоятельный мужчина мог, не сильно афишируя, иметь две и больше жен. Рядом с нами жила такая семья. Хорошо, между прочим, жила. Жены ладили между собой. Наверняка советские мужчины были не прочь позаимствовать такой "замечательный" обычай у узбеков, но, им, беднягам, приходилось свое похождение скрывать. В начале 2000-го мы с мужем и двумя детьми репатриировались в Израиль. Когда немного освоились, муж услышал от кого-то, что репатрианты из восточных стран нередко заводят несколько жен. И власти чаще всего закрывают на это глаза. Муж тогда восхитился терпимостью Израиля к общинным особенностям. "Это и есть свободолюбивое государство! — восклицал он. — Дать всем жить, как они хотят!"
Извините, что долго рассказываю, — спохватилась Аня, — но это имеет прямое отношение к моей ситуации. Так вот… Как-то муж пришел домой взволнованный и на одном дыхании сообщил, что есть женщина, которая носит его ребенка, и прятать ее он больше не намерен. Она будет его второй женой, а я должна это понять и принять! Моей первой реакцией было — розыгрыш, дурацкая шутка в духе моего глуповатого мужа. Оказалось, не шутка. Вскоре он соседям и всем знакомым объявил, что собирается жить по восточным законам, и у него теперь две жены, как у крутых узбеков. "А почему нет?! — спрашивал он. — Даже при суровых советских ограничениях это допускалось в Средней Азии. Если мужчина в состоянии содержать несколько жен, он имеет на это право!" Вокруг посмеивались, наблюдали, чем окончится этот "эксперимент" мужа. Я же долгое время не могла выйти из шока. Муж и прежде ходил налево, я об этом знала. Но вот так, не скрываясь, завести вторую жену в цивилизованном Израиле! Такое не укладывалось в голове!
— Скажите, Аня, а как вы реагировали на его прошлые измены?
— Никак. Стоило затронуть эту тему, он начинал не своим голосом орать, что мужчине одной женщины всегда мало, и нечего устраивать сцены ревности! Ведь он обеспечивает меня и детей всем необходимым, остальное касается только его. Честно сказать, ревности к нему я никогда не испытывала, — призналась Аня, — ревновать такого, как он, было ниже моего достоинства. Со временем я научилась делать вид, что ничего не замечаю, не догадываюсь. Так было спокойнее. Но на этот раз все было иначе: мало того, что он всем трезвонил о восточных традициях и второй жене, так еще и сообщал, что у него будет с ней ребенок. Одним словом, унижал меня по полной программе. Я выгнала его из дома. "Можешь хоть гарем заводить, только, чтоб я тебя не видела и не слышала!" — сказала вослед.
К моему удивлению, он не пререкался, а молча ушел. Да только не совсем. Через пару дней явился с подарками, с корзинами фруктов и овощей. "Это еще зачем?" — спросила я. "А как же, — говорит, — для наших детей". Похоже, он всерьез верил, что мы будем жить одной семьей. Я терпела его визиты, не хотелось вовлекать детей в эту жуткую историю. Дочери тогда было 14 лет, сыну 8. Дочь все знала и понимала.
— Как она относилась к необычной ситуации?
— Поначалу смотрела на отца волчонком, шутом гороховым называла. Сознавала, что он всех нас выставляет на посмешище. Но папаша подобрал к ней ключи, задобрил, чтоб не шарахалась от него, как от черта. Покупал ей украшения, как-то взял в поездку по Турции. И потихоньку она смирилась, даже с его дамой сердца поладила. В прошлом году дочь вышла замуж, так папочка закатил свадьбу, как принцессе! Чего у него не отнимешь — на деньги он не жадный. Я надеялась, что с уходом дочери из дома и нежеланием повзрослевшего сына общаться с отцом избавлюсь от посещений бывшего мужа. Зря надеялась. Он стал являться даже чаще, чем прежде, сидит подолгу, глупые разговоры разговаривает…
— О чем?
— О том, что мы с ним не чужие, что я не должна отталкивать его, когда он руки распускает. Мол, брак у нас настоящий, зарегистрированный, он был и остается моим мужем!
— А как же женщина, к которой он ушел? Она существует? — спросила я.
— Существует. Только теперь он хочет нас с ней поменять местами: жить собирается со мной, а к любовнице и ее сыну приходить в гости. Говорит, мужское чувство к ней остыло.
Я спросила Аню:
— А как вы относитесь к перспективе сойтись с ним?
— Такой вариант я даже не рассматриваю, — сердито ответила она. — За кого вы меня принимаете?! Я и смолоду не сильно его любила, а уж теперь… Женились мы по сватовству. Моя семья была образованная, но бедная, а его родители — люди простые, но состоятельные. Его папа был коммивояжером, ездил по аулам, пригородам, что-то покупал, что-то продавал. Со временем я вроде привыкла к мужу, к свекру со свекровью, жили-то мы вместе. А они меня, можно сказать, полюбили. Понимали, что за "сокровище" их сын, и втайне сочувствовали мне… Много чего я натерпелась от него. Но после этого цирка со второй женой — какой путь обратно может быть? Меня от одного его вида мутит!
Она помолчала, затем, понизив голос, доверительно сообщила:
— Ситуация невообразимая. И я решила по-своему выйти из нее.
— То есть?
— Сделать так, чтоб бывший муж забыл дорогу к нашему дому.
— И что вы придумали?
— Хочу познакомиться с мужчиной, от одного вида которого муж бежал бы. Он по натуре трус. Вот мне и нужен мужчина крепкий, лет до пятидесяти, чтоб не имел своего жилья и вынужден был платить большущие деньги за съем. У меня он сможет жить бесплатно. Я заинтересована в защитнике и друге. Замуж не собираюсь. Никакие отношения мне не нужны. Хочу одного — отпугнуть мужа, чтоб отвязался и перестал мне надоедать.
Аня, зачем вам такие сложности? Почему бы просто не развестись с ним?
— Я же объясняю: он не согласен. На дает развода.
— Что значит "не согласен"? — удивилась я. — Согласен — не согласен, это его проблема.
— Нет, это как раз моя проблема, — возразила Аня. — Если подам на развод, он отберет квартиру и оставит меня без шекеля. Квартира принадлежит ему, я вроде снимаю ее, так он документы оформил. И как мне тогда жить?
— У вас нет профессии?
— Почему? — обиделась она. — Я педагог, техникум окончила, диплом имею! Но муж еще женихом хвалился, что никогда не допустит, чтоб жена на службу ходила. В его семье это было не принято. Так что за свои 52 года я дня не работала.
— Аня, вы понимаете, что принимая деньги и заботу этого человека, вы как бы участвуете в его "играх" с двоеженством?
— Ну и что? — женщин рассердилась. — По-вашему, это некрасиво? А мне плевать, красиво или нет! Он сам приучил меня жить прилично, пусть теперь платит! Тем более что богатый. Он вообще по жизни дурак дураком, но на то, чтоб делать деньги, голова работает. Если он себя мужем считает, пусть содержит меня и нашего сына, хотя бы пока тот учится!
После небольшой паузы Аня напомнила о цели своего звонка.
— Ну, так как насчет знакомства?
— Аня, вы только что сказали, что не решаетесь развестись, поскольку боитесь потерять квартиру и материальную поддержку мужа. Я правильно поняла вас?
— Да, — подтвердила она. — Боюсь.
— Но, если в вашей жизни появится "защитник и друг", муж наверняка лишит вас этих благ.
— Это почему? — недоумевающе спросила она. — В суде я докажу, что у него есть "вторая" жена, ребенок, так почему у меня не может быть друга?
— Вы считаете, муж примет такую логику? Мол, если он двоеженец, отчего вам не быть "двоемужницей"?
— Но в моем случае речь не идет ни о любовнике, ни о втором муже, просто о друге, защите от бывшего мужа. Только и всего.
— Что ж, я не собираюсь читать вам мораль, — откликнулась я на ее слова. — Поступайте, как считаете нужным, но знакомства с помощью нашей рубрики не получится. Зачем вовлекать в такие запутанные специфические отношения других людей? Обращайтесь в рубрику, когда разберетесь с зависимостью от мужа и вообще со своей жизнью. Мой вам совет — разведитесь! Потом решите, что делать.
— "Разведитесь, потом решите", — ворчливо передразнила она. — А дать совет, как мне этим "потом" жить, не хотите?
У вас есть профессия, дети взрослые, уверяю вас, найдется выход более достойный, чем быть второй женой собственного мужа.
— Знаете, — вдруг резко сказала она. — Если у вас нет полезного совета, не вмешивайтесь в наши дела!
— А разве я вмешиваюсь?
— Конечно! Советы ненужные даете, вместо того, чтоб помочь… Зря позвонила вам, зря.
На этом она отключилась.
Еженедельно в газете "Новости недели" появляются публикации диалогов ведущей рубрики "Вот и встретились два одиночества", известной журналистки Инны СТЕССЕЛЬ с желающими найти свою половину и одновременно — при желании — исповедоваться. Это своеобразный клуб знакомств, который является совместным проектом редакции и хайфского клуба общения. Мы продолжаем знакомить вас с некоторыми наиболее любопытными публикациями. Если вы захотите связаться с соискателями — координаты публикуются по четвергам в газете. Дополнительные сведения о проекте можно получить по телефонам: 054-7533771, 04-8627884 (телефон-факс). Письма и заявки на интервью можно отправлять по адресу Хайфа, улица Шоам, 15. Можно воспользоваться электронным адресом: [email protected].
