Партизанские хроники тревожного времени
Слава ШИФРИН
Начальник политотдела нашего Хайтека отворила своим личным ключом массивную железную дверь в бомбоубежище, используемое, ввиду нехватки места, как зал заседаний, и выпустила пленных — захваченных неделю назад на какой-то конференции потенциальных заказчиков. Надев каску и бронежилет, по-пластунски, чтобы не быть задетой осколком от разорвавшегося куска недостаточно проверенного продукта, под канонаду жалоб клиентов, она проползла через комнату технической поддержки, пробралась в каморку IT, куда до сих пор не ступала нога человека, затем лично обошла боевые позиции, спустилась в окопы, залезла в блиндажи, разбудила спящих, погладила по джойстикам взгрустнувших, поплакала вместе с теми, кому в таиландском ресторане забыли положить семена чиа в салат из тёртой органической брюквы и пареного сельдерея, и довела до сведения всего личного состава (до руководителей проектов, бизнес-аналитиков, системных администраторов, специалистов по продажам, маркетологов, специалистов по пред- и пост-продажной поддержке, а также до программиста Сергея) приказ главнокомандующего собраться через 15 минут в конференц-зале.
Приказ никого не удивил. Обученные грамоте читали "Боевой листок", остальные слушали ежедневные сводки "Бибинформбюро" и знали, что "Корона", уже захватившая пол-Европы, стремительно приближается к границам нашего Хайтека.
Командующий взобрался на график роста продаж, вложил в ножны мобильный телефон, вытер со лба баг и обратился к войску:
— Друзья! Коллеги! Братья и сёстры! Братья, считающие себя сёстрами, и сёстры, называющие себя братьями, а также полубратья-полусёстры, не-братья-не-сёстры, братосёстры и сестробраты! Дорогой программист Сергей! Враг у наших ворот, — и он направил лазерную указку в сторону китайского ресторана. — Силы неравны. На них работает вся Европа, а нас всего 150 человек.
— Включая больных, включая не вернувшихся с задания, и включая подавших заявление об уходе, но всё её получающих довольствие, — добавила начальник политотдела.
— Не удержать нам наш офис, — продолжал командующий. — Поэтому… Слушай мой приказ: мы уходим в лес, к партизанам. Возьмите с собой из офиса только самое необходимое: ноутбук, зарядное устройство, марлевую повязку. Сергей возьмёт принтер. Павел возьмёт кабели. Мухаммед пусть заберёт кофейную машину. Документы мы сожжём, чтобы они не достались врагу. Где наш рабочий план на следующий год? — командующий обратился к начальнику штаба. — Дайте мне план, я хочу его сжечь!
— У нас сроду не было плана, — развёл руками начальник штаба, — мы всегда утром планировали до обеда, а в обед — до вечера.
— Ну, вот и хорошо, ничего не надо сжигать, — сказал командующий. — Спустите знамёна, я заберу их с собой.
Секретарша сняла со стены плакаты "Win as one", "Never give up", "To be a World leader"* и намотала их на туловище командующего.
— Даю вам полчаса на сборы и прощание с офисом. Всем разойтись, — командующий смахнул скупую слезу и чихнул в рукав.
* * *
Системный аналитик Йоси спрятал в рюкзак ноутбук, зарядное устройство, наушники и спустился во двор Хайтека, чтобы в последний раз посидеть на любимой скамейке, где он ежедневно, с двух до четырёх дня выкуривал свою послеобеденную сигарету. Йоси опустил в урну свои погоны системного аналитика, карточку "Тенбис"** и неиспользованный билет на конференцию в Сан-Франциско, облил всё это алкогелем и поджёг. Затем достал маленькую шкатулку, на которой было выцарапано: "Моим потомкам завещаю", и положил в неё своё самое главное достояние — пропуск на парковку в Тель-Авиве.
"Если мне не суждено, так дети или внуки запаркуются", — вздохнул Йоси, завернул шкатулку в недописанное техническое задание и закопал под скамейкой.
— Прощай японский ресторан, прощай вермишель из зелёной фасоли, пареный фенхель, карамелизированный андив, прощайте чечевичные котлеты, — Йоси обвёл взглядом родной хайтековской двор. — Прощай спортзал, покер, йога по утрам, пицца по вечерам, прощай игровая комната, прощай "Мне надо срочно улететь в Токио на две недели… Дорогая, я же не гулять еду!", прощай "Срочный проект, приду поздно, меня не ждите…".
Теперь в партизанах нужно будет знакомиться с местным населением, учить его язык, обычаи и традиции. Нужно будет познакомиться с хозяйкой избы (судя по фото в мобильном телефоне — симпатичная женщина, только взгляд чересчур строгий), нужно вспомнить имена детей.
Йоси проверил боекомплект своего ноутбука, достал один патрон и положил его в нагрудный карман. Последний патрон — для себя: если дети начнут нудить: "Папа, нам скучно", жена начнёт докучать: "Вынеси мусор", "Повесь бельё", а сосед будет целыми днями долбить стены.
Велик Хайтек, а отступать некуда — позади жена.
Йоси потушил сигарету и вернулся в лобби, где уже собралось всё войско.
* * *
— Хайтек, смирно! Хайтек, вольно! Хайтек, разойдись!, — приказал командующий и добавил. — Хайтек отступает, но не сдаётся!
— Запевай!
И в стартап-небо нашего стартап-города понеслось:
"Когда мы покидали свой родной стартап
И молча уходили в карантин,
Над Аялоном и под "Шаломом"***
Маячил долго наш раввин.
Изрытый багами трещал продукт,
Стоял над серверами горький дым.
И долго-долго под нашей ёлкой
Мне снился код, и ты над ним".
* * *
Наш Хайтек перевели на РАБОТУ ИЗ ДОМА.
ПРИМЕЧАНИЯ
* "Один за всех, и все за одного", "Бороться, искать, найти и не сдаваться", "Быть мировым лидером" — типичные слоганы Хайтек-компаний
** "Тенбис" — карточка, которой работники Хайтека платят в ресторанах за еду
*** "Шалом" — железнодорожная станция в Тель-Авиве
