Что может быть общего между карточной игрой преферанс и Гистадрутом?
Профессор Леонид ШТИЛЬМАН
Преферанс, карточная игра, похожая на вист, получила распространение в России в середине XIX века. В советское время это была популярная игра, и одна из немногих, в которую интеллигенты играли на деньги (не в очко же!).
Мой папа и его друзья, в основном инженеры, часто играли в преферанс. Иногда одним из его партнеров была Рита Борисовна. Она прибыла СССР из Америки в конце 30-х годов со своими родителями евреями-коммунистами. Родителей посадили (или расстреляли?), но она не сидела, и сделала из своего родного английского профессию: репетитор. Так как в то время, учительница-американка была настоящей редкостью, то она стала частным преподавателем больших начальников, и, в частности, в первые послевоенные годы была домашним учителем дочки Хрущева Рады. После отъезда Хрущева в Москву она продолжала учить детей партийных боссов, и как только открылись ворота, в начале 70-х уехала в Филадельфию.
Играть с Ритой Борисовной для моего папы было слишком дорого — играли по полкопейки за вист. На бархатный сезон, в октябре, мой отец уезжал в Сочи и там он тоже играл в преферанс. На сочинском пляже с завистью смотрел на тех, кто играл по 5 копеек за вист: гроссмейстеры Корчной и Таль.
Главным папиным партнером был инженер по фамилии Мешель (увы, не могу вспомнить имя) — с ним играли по 0.1 копейки за вист. Мешель играл каждый день, кажется, за исключением новогодней ночи. Мешель был холостяком и преферанс был его главным, и, наверное, единственным развлечением. С осени по весну играли вечером, в основном, в квартире Мешеля, а летом — на Трухановом острове на Днепре.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
В перерывах между партиями Мешель делал “200 взмахов” — плавал против течения Днепра (два-три раза каждый день). С одним из своих партнеров, Хайкиным, Мешель не играл летом. Дело в том, что Хайкин по непонятной причине сидел на киевском пляже в кальсонах, и это не нравилось играющим.
Преферансный язык Мешеля мне хорошо запомнился. В преферансе есть понятие недобора взяток — “сел”, например “сел без двух”. И когда Мешель ходил, он любил повторять: “По-моему, есть пассажиры”, — и клал свою карту. Когда кто-то объявлял мизер, Мешель неизменно говорил: “Никто ничего не знает”. Сегодня я повторяю это выражения, когда читаю новостные сайты.
В СССР было запрещено играть на деньги. По пляжу ходили милиционеры: должны были отбирать карты у тех, кто играл на деньги, и штрафовать. Однажды проигрывающий, которому надо было расплатиться, тихо шепнул сыну, чтобы тот позвал милиционера. Тот пришёл, забрал “пульку” — и слегка оштрафовал играющих. Проигравший избежал платы долга, но подарил Мешелю еще одно преферансное выражение. С тех пор, перед тем, как положить карту на стол, Мешель приговаривал: “Пора посылать мальчика”, намекая, что сейчас кто-то сильно проиграет.
Мешель рассказывал, что у него в Израиле живёт родной брат. Говорил: “Работает в профсоюзе” — по советским меркам это звучало как последняя должность, ни к партии, ни к реальной работе не относится. Когда я приехал в Израиль, оказалось, что его брат — председатель всеизраильской организации профсоюзов Гистадрут, по сути второй по влиянию человек в стране после премьер-министра. Его звали Иерухам Мешель. В мою бытность Мешель “закрывал” и “открывал страну”, свергал кандидатов в Кнессет. Мешели были родом из Белоруссии и будущий председатель Гистадрута, ровесник моего отца, был, в отличие от брата-инженера, израильским каменщиком, выросшим в грозу политиков.
Так что и такое может быть — кровная связь преферанса с Гистадрутом.
ИЗ ВИКИПЕДИИ
Иерухам Мешель (21 ноября 1912, Пинск Минской губернии — 27 ноября 2002, Тель-Авив) — израильский политический деятель. Депутат Кнессета 9-10-го созывов.
Учился в современном хедере и в еврейской гимназии «Тарбут» в Пинске. В молодости принимал участие в движении «а-Шомер а-Цаир» и пионерской подготовительной организации.
В 1933-м репатриировался в Эрец-Исраэль. По приезде в страну служил на строительных работах в Тель-Авиве.
В 1950—1960 член исполнительного комитета Гистадрута и председатель Объединения промышленных рабочих. В 1970—1973 — председатель Отдела профессиональных объединений и исполняющий обязанности секретаря Гистадрута (в 1973—1986 — генеральный секретарь).
Депутат Кнессета 9-10-го созывов от «Аводы» (1977—1984).
В 1973-84 — Генеральный секретарь Гистадрута; член секретариата партии «Авода».
В 1984—1993 — глава Института изучения рабочего движения им. Пинхаса Лавона.
В течение многих лет занимал должность заместитель президента Международной конфедерации свободных профсоюзов.
