Их ненависть сильнее любви к собственным детям

Не только представители служб безопасности, но и психологи задаются вопросом: что движет террористками-самоубийцами? 

Хрестоматийная фраза Голды Меир остается актуальной по сей день:

"Мир на Ближнем Востоке наступит тогда, когда арабы будут любить своих детей сильнее, чем они ненавидят евреев".

Но тогда она помыслить не могла, насколько масштабным станет участие в терроре женщин — в том числе замужних и многодетных. И ведь их, в отличие от мужчин, не ждут райские блага и ласки гурий, обещанные проповедниками террора, — ими движут совсем иные соображения.

В новой книге Рахель Авраам "Женщины и джихад" анализируются причины и мотивы действий террористок-смертниц. Об этом пишет корреспондент газеты "Jerusalem post" Грир Фэй Кэшмен (перевод Авраама Кроппа, "Новости недели").

Феномен террористок-смертниц был относительно малоизвестен до так называемой второй интифады, начавшейся в сентябре 2000 года. Д-р Мордехай Кедар, старший преподаватель кафедры арабистики в университете Бар-Илана, вспоминает, что в свое время был удивлен, узнав, что взрыв в автобусе, в котором он ехал, устроила женщина.

К счастью, он отделался лишь незначительными ранениями и был в состоянии оказать себе необходимую помощь самостоятельно. По словам Кедара, это был первый теракт, осуществленный смертницей. Он вспоминает, что эта женщина была одета в синее бархатное платье, которое надевают только на свадьбу. "Она была одета для свадьбы с шахидами ("мучениками") на небесах".

Мордехай Кедар, на протяжении 25 лет служивший офицером военной разведки ЦАХАЛа (АМАН), выступал на днях в Центре наследия Бегина на презентации книги "Женщины и джихад", только что выпущенной Издательским домом "Гефен". Автор книги — Рахель Авраам, политический аналитик и редактор новостей англоязычной версии веб-сайта Второго телеканала.

"Женщины не должны взрывать себя, — сказал Кедар. — Они должны находиться дома, рожать — предпочтительно мальчиков — и заботиться о своих семьях. Самоподрыв идет вразрез с основами исламского общества — по крайней мере, так было раньше".

Давид Бедеин из Центра исследований ближневосточной политики, который был одним из организаторов мероприятия, показал сделанные несколько лет назад видеоролики с интервью с палестинскими смертницами, которые уцелели в осуществленных ими терактах, прошли лечение в израильских больницах и впоследствии были осуждены и заключены в тюрьму. В то время таких женщин уже было более ста, сказал Бедеин. По его словам, сегодня они все на свободе благодаря так называемой сделке Шалита, заключенной в 2011 году, когда одного на пленного израильского военнослужащего обменяли на 1027 арабских террористов.

Все эти женщины в ходе интервью не выражали никакого раскаяния в содеянном или сожаления. Они ощущали себя благословленными на эту миссию, поскольку собирались на встречу с Аллахом и надеялись увидеть мучеников в раю. Одна женщина, которая в результате взрыва сильно обгорела, прошла лечение в университетском медицинском центре "Сорока" в Беэр-Шеве и была возвращена израильскими врачами к нормальной жизни, позднее вернулась в эту больницу с поясом смертника на теле. К счастью, она была остановлена и обезврежена охранниками.

Некоторые из проинтервьюированных женщин вели себя агрессивно, говорили, что "Палестина" станет частью большого исламского государства. Другие выражали восхищение основателем "Аль-Каиды" Осамой бин-Ладеном и генсеком "Хизбаллы" Хасаном Насраллой, заявляя, что все арабы должны походить на них. Одна из неудавшихся шахидок сказала: "В основе конфликта между евреями и палестинцами лежит религиозная борьба".

Уроженец Ливии д-р Ицхак Бен-Гад, бывший генеральный консул Израиля в Чикаго и Майами, не стал умалять роль религиозного пыла как побудительного мотива для террористок. В то же время он отметил и другие факторы: несчастная жизнь; понимание того, что рано или поздно она будет убита одним из родственников за "опороченную честь семьи"; и месть за реальные или воображаемые страдания.

Сотрудница американского Центра по вопросам демократии д-р Нэнси Кобрин, арабистка, специалист по борьбе с терроризмом и психоаналитик, приписывает применение ножа джихадистками униженному положению женщин в исламской культуре с ее понятиями стыда и чести. "Насилие – это повседневная жизнь будущих смертниц, — говорит она. – Семейное насилие в палестинском обществе является бомбой замедленного действия. Потребность ненавидеть и иметь врага у них уже с трех лет. Это ярость, которая не утоляется убийством. Существует потребность не только убивать, но стереть с лица земли, уничтожить – и это то, чего Запад не может понять".

Ссылаясь на книгу Рахель Авраам, Кобрин сказала, что смертницы получают освещение в средствах массовой информации в восемь раз большее, чем террористы-мужчины.

В свою очередь, Авраам подчеркнула, что ни один террористический акт не является спонтанным, все они тщательно спланированы, и общественный резонанс, привлечение всеобщего внимания к "палестинскому делу" для исполнителей даже важнее нанесения ущерба врагу. Без этого, по ее словам, теракта как будто не произошло.

"В то время как среди палестинцев есть умеренные, — продолжила автор книги, — большинство из них слишком напуганы, чтобы выразить свое истинное мнение. Мы не знаем, что палестинские женщины думают на самом деле, поскольку они боятся нарушить нормы своего общества".

Все большее число палестинских женщин становятся террористками в результате подстрекательства местных СМИ, сказала Авраам, добавив, что большая огласка, которую они получают, вызывает чувство стыда у мужчин и подталкивает их к совершению большего насилия.

Кстати, в какой-то мере способствуют этому процессу и ультралевые израильские и зарубежные активисты. Например, участник пресловутой "флотилии мира", экс-израильтянин Дрор Фойлер, живущий сейчас в Стокгольме. Напомним, он наполнил подкрашенной красной краской водой бассейн и водрузил туда кораблик с фотографией Ханади Тайсер Абдул Малек Джарадат, террористки, взорвавшей себя в хайфском ресторане «Максим» 4 октября 2003. Ее жертвами стал 21 человек, в том числе четверо детей, младшей из которых, Ноа Зер-Авив, был всего лишь годик. Дророва инсталляция называлась "Белоснежка, или Безумие правды".

Усилиями Фойлера и иже с ним эту студентку юрфака иорданского университета Ярмук превратили в символ. Майки с ее изображением соседствуют с кепками и майками с плакатными Че Геварой, Ясером Арафатом и Нельсоном Манделой в арабских лавках Стокгольма, Парижа, Брюсселя и других европейских городов.

Едва ли об этом знает большинство потенциальных шахидок. Но от этого не легче тем, кто в любой момент может стать жертвой этих "героинь".