Один из главных символов и столпов Уолл-стрит и американского eвpeйства покидает Нью-Йорк
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
На протяжении 157 лет название Goldman Sachs было таким же неотъемлемым атрибутом Нью-Йорка, как статуя Свободы или небоскребы Манхэттена. Однако эпоха, казавшаяся незыблемой, подходит к концу. Под давлением агрессивной социалистической политики мэра Зохрана Мамдани и стремительно растущего налогового пресса один из старейших и самых влиятельных инвестиционных банков мира сворачивает свое присутствие в “Большом яблоке”, перенося центр тяжести и тысячи ключевых рабочих мест на юг — в Техас, Юту и Флориду.
БЕГСТВО ОТ “НАЛОГОВОГО ТЕРРОРА”
Хотя формально табличка с адресом штаб-квартиры на Уэст-стрит, 200 еще остается на месте, реальный исход уже идет полным ходом. В рамках внутренней программы реструктуризации Project Voyage руководство Goldman Sachs поставило перед сотнями нью-йоркских вице-президентов и топ-менеджеров жесткий ультиматум: переезжать в Даллас, Палм-Бич, Майами или Солт-Лейк-Сити либо покинуть компанию.
Причина такого демарша лежит на поверхности. Столкнувшись с многомиллиардным дефицитом городского бюджета, администрация исламо-социалиста Зохрана Мамдани объявила настоящую войну финансовой элите. В программе градоначальника — повышение корпоративного налога с 7, 25% до 11, 5%, введение дополнительной 2-процентной надбавки на доходы миллионеров и резкий рост налога на недвижимость. Масла в огонь подлила и откровенно враждебная риторика мэрии вкупе с фактическим демонтажем ключевых подразделений полиции по борьбе с беспорядками, что превратило ведение бизнеса в Нью-Йорке в токсичный и небезопасный актив.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала «ИсраГео»!
Новым главным домом для банка становится Даллас — столица так называемой “Йолл-стрит” (Y’all Street), куда сегодня массово мигрирует американский капитал – прежде всего еврейский. В деловом центре Далласа Goldman Sachs возводит грандиозный кампус стоимостью 500 миллионов долларов и площадью 800 тысяч квадратных футов, рассчитанный более чем на 5000 сотрудников (полный переезд запланирован на 2028 год). Параллельно банк активно расширяет свое присутствие во Флориде (в частности, в округе Палм-Бич), а также участвует в запуске новой Техасской фондовой биржи, призванной бросить прямой вызов монополии Нью-Йорка.
ОТ БАВАРСКОГО КОММИВОЯЖЕРА ДО ВЕРШИНЫ МИРОВЫХ ФИНАНСОВ
Уход Goldman Sachs из Нью-Йорка имеет глубокий исторический символизм, ведь сама история этой финансовой империи — это классическая еврейская американская мечта, выросшая на улицах Нижнего Манхэттена.
Фирму основал в 1869 году Маркус Голдман — еврейский иммигрант из Баварии, бежавший в США от европейских потрясений и антисемитизма. Начинал он простым уличным торговцем в Филадельфии, но, перебравшись в Нью-Йорк, открыл крошечную контору на Пайн-стрит, где скупал векселя местных коммерсантов. В 1882 году к делу присоединился его зять Сэмюэл Сакс (также выходец из семьи немецких евреев), и фирма получила имя M. Goldman and Sachs.
На протяжении почти полувека банк оставался семейным предприятием, тесно переплетенным с еврейской финансовой элитой Нью-Йорка. Выходцы из кланов Голдманов и Саксов не только создали современный рынок первичных размещений акций (IPO) и финансировали индустриальный рывок Америки, но и стояли у истоков крупнейших еврейских благотворительных, образовательных и культурных инициатив США.
Несмотря на то что сегодня Goldman Sachs — публичная глобальная корпорация с триллионными оборотами, ее исторические и деловые связи с еврейским миром и Израилем остаются исключительно прочными.
Филантропия и борьба с антисемитизмом. Руководители и партнеры банка традиционно входят в советы директоров ведущих еврейских организаций, таких как UJA-Federation of New York и Birthright Israel (“Таглит”), а также активно поддерживают борьбу с антисемитизмом и программы продовольственной помощи в Израиле (например, Leket Israel).
Инвестиции в израильский хай-тек: Goldman Sachs много лет работает в Тель-Авиве и выступает одним из главных мировых инвесторов в израильскую экономику и технологии. Даже в непростые времена банк продолжает вкладывать десятки миллионов долларов в израильские стартапы — так, совсем недавно Goldman Sachs возглавил инвестиционный раунд на 80 миллионов долларов для израильской киберкомпании Daylight.
Неудивительно, что на фоне антиизраильской риторики и леворадикального курса нынешней мэрии Нью-Йорка перенос операций в консервативный, дружественный к бизнесу и Израилю Техас выглядит для корпорации более чем логичным шагом.
ЦЕНА СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ЭКСПЕРИМЕНТА
Для самого Нью-Йорка уход Goldman Sachs — вместе с такими гигантами, как Citadel, Apollo Global Management и Carl Icahn, которые также бегут во Флориду и Техас — грозит обернуться настоящей бюджетной катастрофой.
Крах налоговой базы. Финансовый сектор традиционно обеспечивает львиную долю поступлений в казну города и штата. Потеря тысяч высокооплачиваемых банкиров означает мгновенное выпадение сотен миллионов долларов подоходного налога, за счет которого мэрия как раз и планировала финансировать свои социальные программы.
Эффект домино для городской экономики. С Уолл-стрит прямо или косвенно связано каждое тринадцатое рабочее место в Нью-Йорке. Уход топ-менеджеров тянет за собой цепную реакцию — пустеют элитные офисы на Манхэттене, разоряются рестораны, юридические фирмы, бутики и сервисные компании, обслуживавшие финансовый сектор.
Утрата статуса мировой столицы. Нью-Йорк десятилетиями держал монополию на финансовые таланты. Теперь же складывается новая экосистема в Далласе и Майами: чем больше банков и фондов переезжает на Юг, тем быстрее туда перетекают лучшие специалисты и капиталы.
Эксперимент по построению “прогрессивного социализма” в отдельно взятом мегаполисе дает вполне предсказуемый результат. Город, который полтора века строился трудом и предприимчивостью таких иммигрантов, как Маркус Голдман, сегодня собственными руками выталкивает тех, кто создавал его величие и благосостояние.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!


































