Как в самую жару пожилая жительница Бат-Яма к внуку на военную базу в Пригазье ездила и как ее встретила "cиoнистская вoeнщина"
Ирина КРУПИЦКАЯ
Брурия посетила свою подругу, парикмахершу Элен: давно уже требовалось закрасить седину, а Элен по старой памяти была безотказна. Сидя в кресле, вполне обыденно Брурия сообщила о том, что «вчера побывала на армейской базе «в Суфа» на границе с Газой, где служит-воюет ее 19-летний внук Идо.
Элен спокойно восприняла эту новость: у нее самой один внук сейчас в Газе, второй призывается. Все же она уточнила:
— А что случилось? Тебя же недавно сын возил к Идо? Там на базе устраивали встречу с родными…
— Возил, — признала Брурия. — Но сын сейчас за границей. И дочь. Так я решила устроить сюрприз моему мальчику и вчера поехала к нему на автобусе.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Не веря своим ушам, Элен перестала энергично мешать краску в мисочке:
— То есть как «на автобусе»?
— Не на одном автобусе, — поправила Брурия. — Сначала доехала до Ашкелона, потом мне сказали, на какой номер пересесть. Тот автобус вез через кибуцы — ну, те, которые 7 октября сжигали вместе с жителями… Оттуда добраться до базы было трудно. Я шла немного пешком…
— В такую жару?! — ахнула Элен. — Ты ненормальная! Ты же могла умереть там на дороге.
— Ничего, не умерла, Бог помог, — с достоинством возразила Брурия, — добрый человек остановился на машине, спросил, куда мне. Я объяснила, что хочу сделать сюрприз моему дорогому Идо, и этот человек, Авраам, меня довез-таки до места… Я это место узнала: там возле базы навалены большие кучи песка… или не песка, но белого такого — как мука. Когда мы приехали, дело уже к вечеру шло. Авраам вызвал дежурных с базы. Они меня забрали с собой. Сказали, что Идо сейчас на боевом задании. Товарищи Идо — хорошие мальчики. Напоили, дали поесть. Я, правда, от приготовленного отказалась, потому как не знаю, какой там кашрут, взяла только то, что из закрытой упаковки. Мальчики, которые на базе отдыхали, меня развлекали…
— В карты с тобой играли? — съехидничала Элен.
— Зачем в карты? В «дамку» (шашки). А потом мой Идо приехал. Его командир отпустил, чтобы со мной повидался.
— Бедный мальчик! Представляю, как ему было неудобно перед командиром, перед другими солдатами: бабушка, видишь ли, приехала — словно он не в армии, а в детском саду!.. — Элен, которая знала Идо с детсадовского возраста, откровенно выразила свои чувства и примолкла, поскольку начала священнодействовать над головой клиентки.
Брурия все же хотела довести свой рассказ до финала. Финал заключался в том, что армейца отпустили с базы чтобы он свою бабулю-путешественницу лично домой в Бат-Ям отвез. Заодно ребята поручили ему кое-что для них купить. Сигареты там, всякое-разное. Приехали в Бат-Ям ночью.
— Но есть магазины, которые открыты круглосуточно, — добавила Брурия. — Я не дала Идо платить. Сама заплатила сколько там вышло — шекелей 500. Для мальчиков — от меня, бабушки Брурии…
И она вдруг разрыдалась — чего Элен никак от своей старой подруги не ожидала. Ну скажите, разве не сумасшедшая эта Брурия?
