Не только "пленным лётчиком Макаревичем"* жива российская пропаганда с иранским душком
Российский пропагандист — это человек, который может одновременно:
объявить Израиль уничтоженным,
показать карту, где Израиль увеличился до размеров “единого и неделимого”
и объяснить это “хитрым планом Тель-Авива”.
Последние дни на федеральных каналах РФ напоминают кружок устного народного творчества. Там рассказывают, что “Израиль понёс катастрофические потери”, “половина ВВС сбита”, “Тель-Авив эвакуируется в Эйлат”, а “иранская ПВО показала миру силу российских технологий”.
Однако “катастрофа” в реальности выглядит иначе.
Когда израильские лётчики поднимаются в небо, это не кино про “ковровые бомбардировки”. Это — ювелирная мастерская.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Самолёты — прежде всего F-35I Adir и модернизированные F-15I Raam — работают так, будто у них вместо ракет скальпели. Мишень не город, не мирные жители, а конкретный бункер, в котором конкретная цель.
Удар — и выключается командный пункт. Ещё удар — и замолкает узел связи. Третий — и “верхушка” власти уходит в небытиё.
Российские студии в этот момент начинают рассказывать, что “это всё постановка”, “Хаменеи жив”, “это двойник”, “это дымовая завеса”.
Проблема в том, что факты плохо поддаются монтажу. Впрочем, скоро, когда россиян отключат от всех новостей, можно будет заменить информацию с места событий на ИИ-репортажи.
Почему в иранском вольере бумажные львы? Да потому что иранская система ПВО — это гибридный зоопарк:
российские комплексы S-300, старые советские системы, собственные разработки типа Bavar-373 и китайские элементы радиолокации и ракетных технологий.
То есть это не “единый купол”, а смесь музея старых вещей, гаражного тюнинга и конструктора “Сделай сам”.
И когда пропагандисты кричат, что “российская ПВО всё сбила”, возникает неудобный вопрос: если всё сбито — почему объекты поражены? И нет ни одного кадра сбитого самолёта?
Российская студия — это особый жанр фантастики. Там всегда: “Израиль в панике”, “В Тель-Авиве хаос”, “Евреи массово бегут из Израиля”, но при этом страна функционирует и даже биржа работает.
Израильские операции — это тщательная разведка, моделирование ситуаций, электронное подавление, точная навигация и координация. Это не “авось”, а холодный расчёт.
Пропагандист же работает проще:
Сначала объявить победу.
Потом объяснить, почему поражение — это тоже победа.
И если нужно — сообщить, что Израиль уже исчез, но “скоро об этом официально объявят”.
Каждый раз, когда российский эфир рассказывает о “катастрофических потерях Израиля”, израильский пилот садится на полосу, снимает шлем и идёт домой к семье. А пропагандист остаётся в студии. Он не сбивает самолёты.
Он меняет реальность в головах зомбированных ложью людей.
И в этом, пожалуй, единственное достижение, которого они действительно достигли.
Телеграм-канал автора — t. me/ramiyudovin
* Во время "Двенадцатидневной войны" среди фейков иранской пропаганды особую радость вызвал "сбитый и плененный израильский летчик" с лицом Андрея Макаревича.
