Геморроическая хроника времен русско-японской войны
Сергей АУСЛЕНДЕР
Газета «Русский инвалид»:
Незадолго до описываемых событий: Каждый выход в море этого стального гиганта наводит трепет на желтолицых сынов Микадо.
30 марта 1904 года. Продолжается специальная операция по демилитаризации и демикадизации Японии. Броненосец «Петропавловск» несёт боевое дежурство в акватории Желтого моря, прикрывая доставку подкреплений нашим войскам в Порт-Артуре.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
31 марта 1904 года. На броненосце «Петропавловск» возник пожар из-за детонации боекомплекта.
1 апреля 1904 года (утро). Пожар взят под контроль, экипаж снят с корабля полностью, главное вооружение не пострадало.
1 апреля 1904 года (полдень). Корабль следует своим ходом в Порт-Артур. Все сообщения японских источников о подрыве броненосца на минах — фейки. Государю-императору доложено о ситуации с кораблём.
1 апреля 1904 года (вечер). Корабль прибыл в Порт-Артур.
2 апреля 1904 года. Главный штаб императорского флота сообщил, что броненосец затонул во время буксировки в условиях шторма.
3 апреля 1904 года. Экипаж броненосца «Петропавловск» доставлен в Порт-Артур.
4 апреля 1904 года. В Порт-Артуре прошла церемония прощания с броненосцем «Петропавловск». Главный штаб императорского флота подтвердил, что командующий Тихоокеанской эскадрой адмирал Макаров погиб.
Баронесса фон Симоньян в своём дневнике: «Петропавловск» был всего на год старше меня»!
В салоне у графа Соловьева-Итальянского:
"Господа, нет большей чести для корабля, чем погибнуть в бою. Ура!
Господа, это был броненосец, постройки ещё при Александре III. Нам пора избавляться от старых кораблей.
Это война, господа! Нам пора сбросить белые перчатки".
Министр иностранных дел империи Ламсдорф:
"Нападение на боевой корабль с экипажем — это подлый и бесчеловечный акт войны!"
ОТ РЕДАКЦИИ
Эскадренный броненосец «Петропавловск» — корабль Российского императорского флота типа «Полтава» времён русско-японской войны. «Петропавловск» являлся флагманом 1-й Тихоокеанской эскадры и участвовал в боях с японским флотом, информирует Википедия.
В ночь на 27 января 1904 года «Петропавловск», как и большинство кораблей Тихоокеанской эскадры, находился на внешнем рейде под флагом командующего. Внезапно эскадра была атакована японскими миноносцами, выпустившими в общей сложности 16 торпед. Русская эскадра оказалась не готова к отражению атаки, возникла неразбериха (в частности, адмирал Старк в течение часа после начала атаки не верил, что началась война, и с флагманского «Петропавловска» передавались сигналы с требованием прекратить огонь). Японские торпеды миновали флагманский броненосец, но три корабля эскадры — новейшие броненосцы «Цесаревич», «Ретвизан» и крейсер «Паллада» получили повреждения.
9 марта русская эскадра (флаг C. O. Макарова сначала на «Аскольде», а затем на «Петропавловске») в течение двух часов вела перестрелку с практически всем японским флотом (по 6 броненосцев, броненосных и бронепалубных крейсеров). Из-за большого расстояния (около 80 кабельтовых) существенных результатов эта канонада не дала, хотя «Победа», имевшая самую дальнобойную артиллерию, сумела добиться одного попадания 254-мм снарядом в японский броненосец «Фудзи».
Потерпев неудачу в попытках заблокировать выход из Порт-Артурской гавани пароходами-брандерами, адмирал Х. Того разработал новый план. Суть его заключалась в том, чтобы скрытно поставить напротив выхода из гавани минное заграждение, а затем выманить на него русскую эскадру отрядом — «приманкой» из крейсеров. Минная постановка была проведена в ночь на 31 марта минным заградителем «Корю Мару», наскоро переделанным из транспорта, под прикрытием четырёх отрядов миноносцев. Японский отряд был обнаружен, но не атакован, поскольку С. О. Макаров посчитал, что подозрительные корабли — русские миноносцы, направленные им в дозор: накануне вечером командующий флотом решил провести ночной поиск в районе островов Эллиот и в случае обнаружения противника атаковать его торпедами. Вскоре после выхода в море миноносцы «Смелый» и «Страшный» отстали от своего отряда, а затем и вовсе разлучились и действовали самостоятельно. Дойдя до Эллиота и не обнаружив там противника, отряд повернул обратно. Шесть кораблей благополучно вернулись в Порт-Артур. Отставший «Страшный» ночью наткнулся на один из отрядов японских миноносцев, прикрывавших постановку, и принял их за свои корабли, присоединившись к отряду. Японцы тоже приняли его за свой корабль, но, когда на рассвете «Страшный» показал опознавательные сигналы, он был немедленно атакован и после непродолжительного боя потоплен. Вышедший на помощь миноносцу броненосный крейсер «Баян» также был обстрелян крейсерами противника и, подняв из воды 5 матросов, уцелевших из экипажа погибшего миноносца, полным ходом направился в базу.
Не ожидая выхода всех кораблей и не отдав приказа протралить рейд, С. О. Макаров в 7 часов повёл броненосцы «Петропавловск», «Полтава» и четыре крейсера к месту гибели «Страшного», успешно миновав минное поле. «Петропавловск» открыл огонь по японским крейсерам; японцы отступили на восток, где вскоре показались главные силы их флота. Русский отряд повернул к Порт-Артуру. Здесь к нему присоединились броненосцы «Победа» и «Пересвет», после чего С. О. Макаров вновь пошёл на сближение с противником. На этот раз курс вёл прямо на мины.
На мачте «Петропавловска» взвился сигнал: «миноносцам войти в гавань», и он на малом ходу начал поворот вправо. В 9.43 в носовой части корабля с правого борта раздался взрыв, пришедшийся на район носовой башни главного калибра. Боезапас сдетонировал. Силой взрыва были сброшены за борт носовая 305-мм орудийная башня, дымовые трубы и кожухи. Обрушившаяся фок-мачта разворотила командирский и ходовой мостики. Через минуту броненосец погрузился в воду носовой частью. Затем последовал взрыв котлов, после которого «Петропавловск», разломившись на две части, ушёл под воду. Вот как описывает один очевидец эту страшную катастрофу:
«Я стоял на перепелочной горе, где собралась масса публики с биноклями и подзорными трубами. Все напряженно следили за движением эскадр, ожидая боя. Дул холодный ветер. Тем не менее, морской горизонт застилался синеватой дымкой — туманом. Сперва нам было не понятно, почему наши суда возвращаются на рейд, но вскоре мы заметили на восточной стороне появление неясных силуэтов — один, другой, третий, еще и еще… Вдруг около „Петропавловска“ показался столб дыма, один, другой с огромным пламенем. Раздались крики и вопли: „Петропавловск погибает!“ Не хочется верить, но его уже нет над водой…»
Шлюпки с других кораблей бросились подбирать плававших в воде людей. Удалось спасти 80 человек (7 офицеров и 73 низших чина), включая командира корабля капитана 1-го ранга Н. М. Яковлева, а также начальника военно-морского отдела штаба командующего флотом на Тихом океане капитана II ранга Великого Князя Кирилла Владимировича (двоюродного брата императора Николая II).
Но поиски командующего флотом не принесли результатов. Вице-адмирал С. О. Макаров погиб вместе с 10 штабными офицерами, включая начальника штаба контр-адмирала М. П. Моласа, 17 или 18 корабельными офицерами, 620 или 652 матросами (данные о числе погибших в разных источниках отличаются), известным художником-баталистом В. В. Верещагиным, делавшим наброски для будущих картин во время похода. Спасено было 7 офицеров и 73 матроса. Поврежден был при инциденте и броненосец «Победа», но сам вернулся в Порт-Артур.
Гибель «Петропавловска» крайне отрицательно повлияла на боевую деятельность Тихоокеанской эскадры. Флот потерял не только один из броненосцев, но и талантливого руководителя и организатора обороны Порт-Артура вице-адмирала С. О. Макарова, пользовавшегося у личного состава любовью и уважением.
В 1909 году корпус затонувшего судна, лежащий приблизительно в 2,5 милях от берега на глубине около 36 метров, приобрел предприниматель Сакурая Цериносукэ, рассчитывавший обнаружить судовую кассу и другие ценности. В октябре 1911 года появились первые слухи об обнаружении внутри корпуса корабля останков русских моряков, среди них и вице-адмирала С. О. Макарова. Официальные японские власти эти известия опровергли. В 1913 году поступила информация: из кают, находившихся по левому борту кормовой части броненосца на средней и нижней палубах, были извлечены останки шести человек. Удалось опознать только одного — начальника штаба 1-й Тихоокеанской эскадры контр-адмирала Михаила Моласа, останки которого находились в его же каюте. Его прах вскоре был переправлен в Санкт-Петербург, где был захоронен. Другие пять моряков были похоронены японцами со всеми воинскими почестями на русском военном кладбище в Порт-Артуре 24 июня 1913 года. Сам корабль был обнаружен на дне разломившимся на две части, причём носовая часть оказалась лежащей на ровном киле, а кормовая — перевёрнутой вверх днищем. Предложения Сакурая Цериносукэ русскому правительству о продаже корпуса броненосца и о подъёме личных вещей погибших не встретили поддержки.
