Памяти Мудреца наших дней
Адин Эвен Исраэль (рав Штейнзальц) ушел позавчера утром. Я еще успел подняться в отделение и попрощаться, стоя рядом с его семьей.
Есть такое понятие в иудаизме – врач удостоился лечить пациента. И я действительно удостоился в течение многих лет быть его хирургом. С этим уникальным человеком и его семьей у нас сложились теплые, дружеские отношения. Адин Штейнзальц был одним из величайших умов современности. Он перевел вавилонский Талмуд с арамейского на иврит, написал много интереснейших книг для взрослых и детей. Он был лидером движения ХАБАД и создал несколько своих школ. Адин Штейнзальц был ортодоксальным евреем, но человеком с совершенно открытой головой, абсолютно незашоренным, никогда и никому не внушал какие-то догмы. За эту открытость его критиковали ультра-ортодоксы. Не было у Штейнзальца никакой позы, никакого снобизма. Он объездил весь мир, ему были интересны все и всё. На любой случай жизни у него была байка – гмара (комментарий к главе Талмуда), анекдот, цитата из какой-то книги, просто эпизод из жизни. И всегда к месту, всегда мудро и с юмором. Иногда я смотрел на него, слушал, и думал, что общаюсь с посредником между мной и мировым разумом.Таким он и запомнится — с неотразимой улыбкой в искрящихся голубых глазах.
***
Лет шесть назад, поздняя ночь, институт «Шефа» в Иерусалиме. Его обитель, его школа. Адин Штейнзальц за рабочим столом, пыхтит трубкой, на столе плитка его любимого черного, горького шоколада.
— Знаешь, доктор. Не ядерная война угрожает человечеству, потому что для этого нужны сумасшедшие во главе ядерных держав, ну уж совсем сумасшедшие, самоубийцы. А таких пока нет. И всемирная технологическая катастрофа или столкновение с каким-нибудь заблудшим астероидом тоже маловероятны. А вот пандемия, вызванная какой-нибудь устойчивой к антибиотикам бактерией или вышедшим из под контроля агрессивным вирусом-мутантом – вот это реальная опасность.
***
На одном из визитов в госпиталь:
— Мне не нравится слово «больница» (на иврите «дом больных»). Это слово само по себе уже делает человека больным, правда? Ведь есть другие слова – лечебница, или лекарня, или дом исцеления. То есть, другие названия, более позитивные. Лечебный центр, что ли, если вам так уж хочется быть в центре внимания.
Смеется.
***
Рав Штейнзальц был очень болен, перенес несколько тяжелых операций, но никогда, ни минуты не был в унынии и не впадал в панику. Утром перед очередной операцией подхожу к его палате, слышу смех. Открываю дверь – он лежит в кровати, на тумбочке стопка книг – религиозная философия, Толстой, альбом «прогулки по Парижу», еще много разных. Читают с женой какую-то детскую книжку, ухахатываются. Отложил книжку:
— Ну что, доктор, скоро приступим? Я не волнуюсь и не боюсь. Я ведь понимаю, что сам я с болезнью сделать ничего не могу, а суета и страхи только помешают. Есть высшая сила, есть посланники (шлихим), призванные меня вылечить. Пусть будет нам удача, с Божьей помощью.
***
Как-то он рассказал мне такую байку. На его многочисленных встречах с Папой Римским, Далай ламой, Велиховым, Хокингом, Стивом Джобсом, Биллом Гейтсом, лидерами мусульманства, православными и христианскими философами, писателями, крупными учеными, они часто обсуждали разные актуальные проблемы Земли и ее окрестностей. И, что интересно, в итоге всех богословских и философских дискуссий они всегда приходили к очень любопытному заключению: главное — быть Человеком. Адин Штейнзальц был ВЕЛИКИМ ЧЕЛОВЕКОМ – умным, сильным, светлым.
זכרונו לברכה
🔥Благословенна память🙏🏻😥🌹🌹