Трамп объявил новые правила для Израиля. Америка меняет курс?
Вечером 8 ноября Дональд Трамп сделал заявление, которое может оказаться поворотным моментом в истории американо-израильских отношений.
Объясняя поражение республиканцев на выборах в Конгресс, президент США назвал среди его причин войну с Ираном, рост цен на бензин и сильную неприязнь американцев к Израилю.
Впервые американский президент столь откровенно признал, что поддержка еврейского государства может оборачиваться политическими потерями для правящей партии.
Это ещё не разрыв с прежней политикой. Но, возможно, начало её фундаментального пересмотра.
В 1946 году Уинстон Черчилль произнёс знаменитую Фултонскую речь. Она не создала холодную войну, но публично обозначила уже складывавшуюся новую политическую реальность.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!авиа
Масштаб нынешнего заявления Трампа пока несопоставим с историческим значением той речи. Однако сходство в другом: политический руководитель открыто формулирует то, что ещё недавно не принято было произносить.
И особенно важно, что Трамп не одинок.
Вице-президент Джей Ди Вэнс ранее связал поражение республиканцев с войной против Ирана и отходом от принципа “Америка прежде всего”. В интервью CBS “60 минут” Трамп подтвердил, что Вэнс предварительно обсуждал с ним свою позицию, и заявил:
“Я с этим не спорю”.
Следовательно, речь идёт не просто об очередной импровизации президента. По меньшей мере часть высшего руководства США начинает оценивать ближневосточную политику через её внутреннюю политическую цену.
При этом Трамп не отказывается от решения нанести удар по Ирану. Он по-прежнему считает его исторически правильным. Но одновременно признаёт, что война вызвала недовольство американцев, и не проявляет интереса к новой эскалации.
Здесь уже просматривается возможный принцип будущей политики: Америка может применять силу для устранения непосредственной угрозы, но не намерена бесконечно участвовать в региональных войнах, оплачивая их последствия.
Ещё определённее прозвучала финансовая сторона вопроса.
Трамп заявил, что государства, которые США защищали во время войны, должны возместить американские расходы. Отдельно он упомянул Израиль, утверждая, что без вмешательства Америки тот не смог бы существовать.
Пока это не официальный финансовый счёт. Но сама постановка вопроса меняется.
Если раньше помощь Израилю обосновывалась прежде всего общностью стратегических интересов, то теперь американский президент открыто ставит вопрос о её стоимости и компенсации.
Союз сохраняется, но в его основу всё настойчивее предлагается положить принцип сделки.
В эту же логику укладывается неожиданное изменение отношения Трампа к Гади Айзенкоту.
Незадолго до израильских выборов президент США категорически поддерживал Биньямина Нетаниягу, представляя его незаменимым партнёром в противостоянии Ирану.
Теперь, после предоставления Айзенкоту мандата на формирование правительства, Трамп заявил, что оба политика очень похожи по своим позициям. И с явным удовлетворением отметил, что Айзенкот хорошо отзывался о нём и говорил, что любит его.
Для Трампа, придающего огромное значение личной лояльности, это существенная деталь.
Фактически он признал Айзенкота вполне приемлемым партнёром. Следовательно, личность Нетаниягу перестаёт быть обязательным условием американской политики в отношении Израиля.
Но дело гораздо серьёзнее отношений двух политиков.
После поражения республиканцев на промежуточных выборах американская администрация вынуждена учитывать новый политический расклад. Впереди президентские выборы 2028 года, и внешнеполитические решения будут всё внимательнее оцениваться с точки зрения их последствий для американского избирателя.
Из отдельных заявлений начинает складываться контур новой программы.
Американские интересы имеют безусловный приоритет. Военная поддержка союзников должна быть ограничена конкретными задачами. Расходы необходимо компенсировать. А обязательства перед Израилем не должны превращаться в политическое бремя для американского руководства.
Это пока не утверждённая доктрина. Но её основные элементы уже публично обозначены президентом и вице-президентом США.
Для Израиля последствия могут оказаться исключительно серьёзными.
Прежде всего под вопросом оказывается привычная уверенность, что в случае новой большой войны с Ираном американское вмешательство практически гарантировано.
Не менее существенна финансовая сторона. Если Вашингтон начнёт последовательно переводить военную помощь на коммерческую основу, Израилю придётся значительно увеличивать собственные оборонные расходы.
Наконец, становится очевидной ограниченность ставки на личные отношения с американским президентом. Даже самая тесная дружба с Трампом не может отменить изменения настроений американского общества и политического руководства.
Следующему израильскому правительству, независимо от его состава, придётся укреплять оборонную самостоятельность, искать дополнительные международные опоры и восстанавливать поддержку Израиля внутри обеих американских партий.
Возможно, историческое значение интервью Трампа мы сможем оценить лишь спустя годы.
Но уже сегодня ясно: президент США впервые включил поддержку Израиля в число факторов, способных объяснить поражение собственной партии, и одновременно поставил вопрос о цене американских обязательств.
И если эти положения станут основой государственной политики, изменится не просто отношение Вашингтона к Нетаниягу или Айзенкоту.
Изменятся сами правила американо-израильского союза.
