Парадокс истории: один из убийц Вальтера Ратенау, руководствовавшийся в том числе юдофобской теорией о "трехстах сионских мудрецах", во время Второй мировой войны участвовал в спасении 700 соплеменников убитого им политика
Фрэдди ЗОРИН
"В детских годах каждого немецкого еврея есть болезненный момент, который он помнит потом всю жизнь: когда он в первый раз осознает, что вступает в мир как гражданин второго сорта и никакая его деятельность, никакие заслуги положения не изменят"…
Это высказывание принадлежит Вальтеру Ратенау, занимавшему пост министра иностранных дел Германии периода Веймарской республики. Нынешней осенью отмечается 150-летие со дня его рождения, а 24 июня исполнилось 95 лет со времени трагической гибели этого вошедшего в историю промышленника и либерального политика, еврея по происхождению.
Вальтер родился в Берлине, в семье известного инженера и предпринимателя Эмиля Ратенау и его супруги Матильды, урожденной Нахманн. Отец Вальтера был одним из пионеров электрической промышленности в Германии, основав AEG — Всеобщую Электрическую Компанию, которая специализировалась не только в области электроэнергетики, но также в сфере машиностроения и на выпуске бытовой техники. До и в годы Первой Мировой войны AEG была известна в качестве одного из крупнейших производителей оружия. К слову, товарная марка AEG используется и в наши дни — шведской машиностроительной корпорацией и китайской группой компаний, изготовляющих электроинструменты.
Вальтер Ратенау изучал физику, химию и философию в университетах Берлина и Страсбурга, а потом отправился служить в элитном полку прусской армии, где рассчитывал получить офицерский чин. Но этого не произошло, хотя Вальтер проявил себя отличным солдатом. Сам он объяснял это своим происхождением: евреи в прусских войсках не могли получить звания выше ефрейторского. А сослуживцы Ратенау считали, что истинная причина фактической дискриминации крылась в том, что звание офицера предоставлялось солдатам из семей потомственных военных, в то время как Вальтер был из буржуазной семьи и его зачислили в полк, что называется, "по блату". Так или иначе, на армейскую карьеру у Вальтера Ратенау никаких надежд не осталось. Да и не в этом было его призвание.
В тридцатилетнем возрасте Вальтер занял кресло директора одного из отцовских предприятий. Но этим деятельность его не ограничилась. Он выступал с публикациями на различные темы, и, кроме того, сочинял стихи и играл на фортепиано, писал картины и был вхож в высшее общество, включая личное знакомство с кайзером Германии. Вместе с философом и теоретиком сионизма Мартином Бубером, драматургом, лауреатом Нобелевской премии по литературе за 1912 год Герхартом Гауптманом, философом и писателем Густавом Ландауэром, Ратенау основал международную Ассоциацию, целью которое являлось предотвращение надвигавшейся в Европе масштабной войны. Ратенау являлся убежденным противником решения политических проблем в кровопролитных сражениях, но после того, как грянула Первая Мировая, возглавил, во временном чине генерала, специально созданный в военном ведомстве департамент сырьевых ресурсов, впервые в европейской практике, переведя экономику на плановые рельсы.
Благодаря усилиям Вальтера и авторитетнейшего химика Фрица Габера, в Германии было налажено производство химикатов, необходимых для ведения боевых действий. Германская военная экономическая модель того периода ("военный социализм") послужила впоследствии образцом для построения советской экономики.
В 1915 году, после смерти отца, Вальтер Ратенау отошел от государственной деятельности, чтобы посвятить себя семейному бизнесу, став президентом AEG. Но от судьбы не уйдешь. А судьбой Вальтера стала большая политика. В 1919 году Ратенау был привлечен в качестве эксперта к работе послевоенной мирной Конференции. Во времена Веймарской республики он явился одним из основателей Немецкой демократической партии либеральной ориентации. От этой партии Вальтер пытался баллотироваться в Рейхстаг, но его кандидатура не была одобрена ввиду антисемитских настроений среди значительной части однопартийцев.
Но в 1921 году Ратенау возглавил Министерство восстановления разрушенного хозяйства (реконструкции), а затем ему предложили занять высокий пост министра иностранных дел Германии. Принять это предложение кандидата отговаривали собственная мать и авторитетные друзья. Отговорить Вальтера пытался, о чем сохранились свидетельства, и Альберт Эйнштейн.
Но Ратенау не прислушался к советам мудрых соплеменников. Он приступил к руководству ведомством иностранных дел, демонстративно отказавшись при этом от телохранителей. Опасения близких Вальтеру людей, связанные с его вступлением в новую должность, были продиктованы вполне ожидаемой реакцией антисемитских слоев германского общества на это назначение. Надо сказать, Ратенау, служа Германии, никогда не забывал, что он еврей. В статье "Слушай, Израиль!", опубликованной в 1897 году, Вальтер предупреждал: "евреи не должны выделяться", хотя сам был одним из наиболее "выделяющихся евреев". Но крещение было для него неприемлемым. "С помощью смены веры, я мог бы устранить дискриминацию в отношении меня, но этим я бы только потворствовал правящим классам в их беззаконии…".
Прусскую политику в отношении евреев он называл тягчайшим оскорблением целой группы населения. В его письме, датированном 1918 годом, в частности, сказано: "…Я высоко чту историю и честь моего рода и имени, и не признаю никакого ранжирования по крови. Для меня Дух и Душа свободны…". Когда у Вальтера Ратенау напрямую спросили, вправе ли он представлять немецкую политику в качестве министра иностранных дел, он, не задумываясь, ответил: "Почему нет? Я вполне подхожу для руководства моим министерством. Я выполняю долг перед немецким народом, которому я отдаю все мои силы и способности. И вообще, что вы хотите? Почему я не могу повторить то, что делал Дизраэли?" Позднее Ратенау сказал: "Я разбиваю барьеры, которыми антисемиты нас хотят изолировать". И он верил, что это осуществимо.
"Дипломат — человек, который пытается решить сложные проблемы, которые никогда бы не возникли, если бы не дипломаты", — в ироническом по своему смыслу высказывании есть доля правды. На этом поприще, по праву именуемом искусством, Вальтер Ратенау успел проявить себя. Он сумел договориться с премьер-министром Великобритании, в результате чего британцы отказались от выплаты репараций Германией и рассорились с французами.
16 апреля 1922 года во время знаменитой Генуэзской конференции Германия при деятельном участии руководителя ведомства внешней политики подписала с Россией Рапалльский договор. Стороны взаимно отказались от претензий и репараций и восстановили дипломатические отношения.
Но главными в сближении с Советской Россией для Вальтера Ратенау и Германии были достигнутые устные договоренности о том, как с помощью России возродить былую военную мощь Германии в обход запрещающего это Версальского мирного договора, подписание которого завершило Первую мировую войну. На территории России предполагалось построить находившиеся под запретом в самой Германии оборонные заводы. Произведённые на них вооружение и боеприпасы намечалось частично отправлять в Германию, а другую часть временно хранить на территории России. Уже после трагической гибели Ратенау на основании достигнутых им соглашений Германия соорудила в России лётную, танковую школы и школу химической войны, где обучались немецкие военнослужащие. И это помимо того, что они принимались на учебу в военные училища и стажировались в советских воинских частях, о чем известно далеко не всем.
Но в обывательской среде фигура Ратенау вызывала растущее раздражение. Поражение Германии в Первой мировой войне, инфляция, безработица и обнищание масс стали катализатором антисемитских настроений. В 1922 году на стенах домов появлялись надписи: "Убейте Вальтера Ратенау — богом проклятую еврейскую свинью". И призыв этот был услышан. Участники покушения на жизнь министра иностранных дел были осведомлены, что он, как иудей, соблюдающий традиции, не работает по субботам, а в воскресенье направляется на работу. Так оно и произошло в воскресное утро 24 июня 1922 года, когда Ратенау в открытом автомобиле выехал по направлению к своему ведомству с собственной виллы в берлинском районе Груневальд. В пути с ним поравнялась машина с тремя вооруженными боевиками из организации "Консул". Один из них бросил в автомобиль Вальтера Ратенау гранату, а другой открыл огонь из пистолета-пулемета. Несколько часов спустя после покушения глава германского МИДа скончался от полученных ран, несовместимых с жизнью.
Похороны Ратенау начались с траурной церемонии, которая состоялась в рейхстаге.
В последний путь Вальтера проводило около двух миллионов человек — никогда до этого ничего подобного в истории Германии не наблюдалось. Могила Ратенау находится в семейном склепе на Лесном кладбище Обершёнвайде. Двое из участников убийства главы внешнеполитического ведомства Германии покончили с собой, третьему, сидевшему за рулем, удалось на некоторое время скрыться. На суде арестованные организаторы и вдохновители преступления — ультраправые националисты, — утверждали, что причиной их ненависти к Ратенау были подписанный договор с Советской Россией и национальная принадлежность убитого. По версии подсудимых, Вальтер Ратенау состоял в родстве с советским политиком и деятелем международного социал-демократического и коммунистического движения Карлом Радеком, выходцем из еврейской семьи, а также являлся одним из "трехсот сионских мудрецов".
Что же касается третьего террориста, Эрнста-Вернера фон Техова, то его мать получила письмо от матери Вальтера Ратенау — Матильды, где, в частности, было написано:
"С несказанной болью протягиваю Вам, беднейшей из всех женщин, руку. Скажите своему сыну, что я во имя и в память убитого прощаю его, как Бог его простить может, если он перед земным судом полностью и открыто признает свою вину и перед Богом покается. Если бы он знал моего сына, этого благороднейшего человека, то он, скорее бы, свое оружие направил против себя, чем против него. Может, эти слова принесут покой его душе".
Впоследствии Техов, отсидев в тюрьме четыре года и освободившись по амнистии, оказался в Иностранном легионе и стал заметной фигурой в борьбе за спасение евреев, преследуемых во Франции. Сообщалось, что, по свидетельствам очевидцев, он помог более чем 700 беженцам. В Марселе на собственные деньги человек этот организовывал беглецам возможность отплыть к свободе, и сам провожал их на корабли. Причиной его преображения стало процитированное нами письмо.
"Оно открыло мне новый мир", — признавался бывший боевик организации "Консул", осознавший весь ужас и необратимость содеянного и ступивший на путь искупления страшного греха, дабы в раскаянии быть прощенным за погубленную при его участии душу.
Реакцией на убийство Вальтера Ратенау стало принятие в Германии "Закона о защите республики". Этим документом предусматривалась ликвидация полувоенных патриотических формирований. Но поставленная тогда цель не была достигнута. Гибель Ратенау стала поворотным моментом в немецкой истории и, своего рода прологом к Холокосту. Когда Гитлер пришел к власти, чему народ Германии не смог воспрепятствовать, он распорядился установить убийцам Ратенау памятник.
Творческое наследие Вальтера Ратенау составляют 12 написанных им книг. В одной из них он предложил новое социальное устройство — так называемый "третий путь". Вместо капитализма и социализма предполагалось создать множество независимых экономических "ячеек", в которых предприниматели и рабочие совместно развивали бы свое "народное государство", где, на плановой основе, было бы организовано производство товаров в строгом соответствии с общественными потребностями, в особенности — духовными и интеллектуальными. В юности Вальтер сочинил воззвание к евреям Германии, призывая их быстрее ассимилироваться, усваивая прусские манеры и стремясь больше походить на пруссаков-христиан внешне, но при этом ни в коем случае не переходя в христианство.
Воззвание произвело большой фурор и даже частично цитировалось позднее идеологами нацизма. Под влиянием Мартина Бубера Вальтер начал изучать иврит и финансировал ряд еврейских изданий. Но в его видении соплеменники разделялись на "немцев еврейского происхождения" и на неассимилированных евреев. К ним, боровшимся против ассимиляции, надо сказать, Ратенау симпатий не питал.
О Вальтере Ратенау написано немало статей и десятки книг. Он, в частности, упоминается в мемуарах Стефана Цвейга "Вчерашний мир" и выведен под именем Пауля Арнгейма в незавершенном романе Роберта Музиля "Человек без свойств".
Судьба Вальтера Ратенау стала побудительным мотивом для австрийского журналиста и прозаика Йозефа Рота к написанию произведения под названием "Паутина". В своей книге автор достоверно описал круги крайне правых ветеранов Первой Мировой войны, готовящихся к захвату власти в Германии и установлению режима террора. С удивительной прозорливостью Йозеф Рот назвал имена Гитлера, Гинденбурга и Людендорфа.
В Берлине имя Вальтера Ратенау носят площадь и гимназия в Груневальде. Его многогранная, сложная натура до сих пор вызывает споры исследователей жизни и творчества этой яркой и разносторонне одаренной личности.
"Время евреев" (приложение к израильской газете "Новости недели")
https://www.isrageo.com/2017/04/09/podsr769/
