Гибель 13-летнего Илона Шалева-Амсалема потрясла Израиль и остается в центре внимания всего израильского общества
Петр ЛЮКИМСОН
Безусловно, это далеко не первый случай, когда пьяный водитель нарушает все правила движения и сбивает насмерть невинных людей или врезается в едущую впереди или даже по встречной полосе машину. Тот, кто живет в Израиле не один десяток лет, без труда вспомнит десятки подобных ДТП, жертвами которых становились мужчины и женщины, старики и молодые, а иногда и целые семьи.
История убийства — другого слова тут не подберешь — Илона Шалева-Амсалема, несомненно, вызвала такой резонанс именно потому, что стали известны многие ее подробности, и Илон, как следствие, перестал быть еще одной безликой жертвой очередного ДТП.
Уже тот факт, что в вечер аварии Илона теоретически не должно было быть в стране, поразил многих: в этом было что-то мистическое. В то самое время, когда мальчик умирал на асфальтовом тротуаре в Тель-Авиве, его родители (отец Илона – высокопоставленный госслужащий, до недавнего времени занимал пост начальника отдела зарплат в минфине) и две сестры отдыхали в Таиланде. Илон должен был поехать вместе с ними; более того, родители всячески уговаривали его присоединиться к ним, но парнишка заявил, что хочет провести летние каникулы с друзьями, в Израиле. Родители близкого школьного друга Илона с радостью согласились принять его у себя и присмотреть за ним, и Шалевы-Амсалем отправились в Таиланд, не представляя себе, что видят сына в последний раз.
Вечером в пятницу Илон и его товарищ возвращались со дня рождения приятеля. Дойдя до перекрестка улиц Ибн-Гвироль и Шай Агнон, мальчики остановились перед светофором на островке безопасности. Они, конечно, еще издалека заметили мчащуюся на них машину, но были абсолютно уверены, что водитель, следуя правилам, в последнюю секунду свернет в сторону.
Но он — не свернул. Автомобиль в прямом смысле слова переехал через Илона, не оставив ему никаких шансов на выживание.
Когда к месту происшествия подъехала "скорая помощь", медики обнаружили получившего тяжелейшие травмы подростка, уложили на носилки и стали затаскивать в машину. "Там еще один раненый… Мой друг… Помогите ему", — сказал подросток, сумевший сохранить редкое для его возраста мужество и самообладание. Парнишка заявил, что никуда без Илона не поедет, и вскоре полицейские и медики, заметив отброшенное к обочине тело, принесли и его к амбулансу. Но одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что Илон был в состоянии агонии.
Когда медики констатировали его смерть, товарищ Илона отправил своим родителям сообщение, что ранен, а Илон мертв. И уже тем предстояло звонить в Таиланд, чтобы сообщить страшную весть Коби и Дикле Шалев-Амсалем.
Находившийся за рулем машины 23-летний житель Иерусалима Эли Бар-Закай тоже возвращался с вечеринки и был пьян – это было заметно без всяких проверок. Но сдать тест на уровень алкоголя в крови он категорически отказался, как отказался затем в участке сдать на анализ кровь. Тем не менее, каким-то образом (не исключено, что и с помощью насилия) такой анализ у Бар-Закая был взят и однозначно показал, что содержание алкоголя в его крови более чем в десятеро превышало допустимую норму. Однако, вопреки первоначальным подозрениям, следов наркотиков в его моче не оказалось.
В субботу Коби и Дикла Шалев-Амсалем вернулись в Израиль, чтобы похоронить сына.
Тем временем Бар-Закай отказался сотрудничать со следствием и брать на себя ответственность за происшедшее. На допросах он хранит молчание, а его адвокат пытается доказать, что машина потеряла управление, поскользнувшись на мокрой от прорыва канализации дороге. Однако полиция однозначно установила, что канализацию в районе улицы Ибн-Гвироль прорвало уже после аварии.
Приятель Эли Бар-Закая на допросе в полиции показал, что перед тем как сесть за руль, молодой человек выпил в компании стакан водки.
Повторим, подобных трагедий было немало, но гибель Илона вновь подняла вопрос о том, насколько эффективно ведется борьба с употреблением спиртного за рулем, почему подобное повторяется вновь и вновь, и можно ли вообще покончить с этим явлением. Ведь не секрет, что ежегодно в результате ДТП гибнет больше израильтян, чем вследствие терактов и несчастных случаев вместе взятых. Причем по статистике 25% всех тяжелых ДТП связаны с вождением в состоянии алкогольного опьянения.
Проблема хорошо знакома полиции, и в стране уже не раз проводились рекламные кампании, призывающие водителей не садиться за руль в нетрезвом виде. Самая известная из них проходила под лозунгом "Им шотим ло ноагим – бишвиль зе еш хаверим" ("Если выпиваем, то не садимся за руль – для этого есть друзья"), но воз, как говорится, и ныне там.
Израильские юристы сходятся во мнении, что эффективно бороться с подобным злом следует по двум основным направлениям:
Во-первых, путем ужесточения отслеживания тех, кто садиться за руль в нетрезвом виде, и проявлением нетерпимости даже к минимальному уровню алкоголя в крови. "Ноль терпимости и требование 0% алкоголя", — так они сами формулируют этот принцип. Алкотест, по мнению этих юристов, должен быть взят у любого остановленного дорожными полицейскими водителя, а не только в тех случаях, когда у них появилось подозрение, что водитель пьян.
Во-вторых – и это самое главное, – следует значительно ужесточить наказание за вождение в нетрезвом виде, а наезд со смертельным исходом трактовать как убийство. Возможно, даже умышленное.
Сегодня в израильских судах, увы, наблюдается обратная картина. Та же статистика свидетельствует, что в 2017 году до суда дошло 1280 дел водителей, задержанных за вождение в нетрезвом состоянии. Однако лишь в 23% из них водители получили максимально предусмотренное за это преступление наказание – два года лишения водительских прав. В оставшихся 77% рассмотренных случаев наказание было куда более легким.
Еще более ярко терпимость судей проявляется в приговорах по ДТП, закончившихся смертельным исходом. Даже когда доказано, что водитель был пьян, судьи трактуют происшедшее как несчастный случай или как убийство по неосторожности, и в результате выносят приговор, предусматривающий один-два года тюремного заключения; крайне редко – если жертв было несколько – в три-четыре года. Исключение составил приговор Талю Мору, сбившему сына судьи Верховного суда Мишаэля Хешина, Шнеура, ехавшего по трассе на велосипеде: Мор получил шесть лет тюрьмы. Тогда Израиль воочую убедился, что кровь судьи Верховного суда стоит значительно дороже крови обычных смертных. А кровь 26-летней репатриантки Евгении Векслер и ее сына Артура, как выяснилось, не стоит вообще ничего: наехавший на них адвокат Авигдор Клагсбальд отсидел в тюрьме всего восемь месяцев.
Еще одним исключением в ряду общих приговоров по делам, связанным с ДТП, стал приговор в 20 лет тюрьмы Шаю Симону, совершившему в 2008 году смертельный наезд на Мейталь Аронсон и сбежавшим с места аварии. Впоследствии Верховный суд смягчил его наказание до 14 лет заключения, а в ближайшие дни Шай Симон будет досрочно освобожден за примерное поведение.
Любопытно отметить, что по статистике в разных судах существуют разные стандарты при вынесении приговоров по ДТП с тяжелым исходом. К примеру, в Беэр-шевском окружном суде приговор может оказаться куда более суровым, чем в Тель-авивском, где судьи способны счесть алкогольное или наркотическое опьянение едва ли не смягчающим вину обстоятельством.
Словом, если взяться за проблему, а не ограничиваться только разъяснительной работой, ее можно решить, даже не меняя действующее законодательство. Но сначала надо захотеть взяться за нее по-настоящему…
P.S. Семья Бар-Закай направила Коби и Дикле Шалев-Амсалем письмо, в котором пишут, что переживают их горе как собственное и глубоко скорбят об Илоне, чья жизнь оборвалась в самом начале. В память о мальчике они решили создать благотворительную амуту "Нер-Илон".
[nn]
https://www.isrageo.com/2017/06/27/teuna-2/
