Почему горит Святая земля?
Петр ЛЮКИМСОН
Те, кому довелось в позапрошлый четверг ехать из Тель-Авива в Латрун, наверняка запомнят эту картину: посреди живописного зеленого пейзажа поднимались к небу дымовые столбы. Несмотря на зной, дул весьма ощутимый ветер, и белый дым стелился на многие километры, застилая все вокруг. Тот, кто хорошо знаком с местностью, без труда угадывал, какие мошавы, кибуцы и прилегающие к ним места охватил пожар. Но подлинный масштаб бедствия стал понятен только к вечеру, когда желающие вернуться в Тель-Авив были остановлены полицейскими кордонами, направлявшими их в объезд.
Пожары продолжались всю ночь, и лишь к утру огонь удалось обуздать. Опубликованная в воскресенье пожарной службой статистика впечатляет: всего было зарегистрировано 1023 очага возгорания, на тушение которых потребовалось 41 час; полностью выгорели 3400 дунамов леса и других насаждений, находящихся в ведении ЕНФ-ККЛ, и 4540 дунамов, контролируемых Управлением по охране природы и национальных парков; сгорели дотла 50 домов. В тушении пожаров были задействованы 492 пожарные машины, 1312 пожарных, 307 добровольцев и 12 самолетов (не считая присоединившихся к ним позже расчетов пожарной охраны Греции, Кипра и Хорватии). Самолеты совершили 120 вылетов общей продолжительностью свыше 80 часов. В результате борьбы с огнем пострадали 13 пожарных, но их состояние оценивается как легкое. К счастью, обошлось без человеческих жертв.
— Нам пришлось бодрствовать почти трое суток, — рассказал корреспонденту "НН" по телефону сотрудник пожарной службы Уди Галь. — Я заступил на дежурство в среду вечером, накануне Лаг ба-Омера, в который, как известно, принято зажигать костры. Хочу отдать должное нашим гражданам: они прислушались к предупреждению, костров было значительно меньше, чем в прошлые годы, и почти все они разжигались с соблюдением правил безопасности. Уже по тому, что костры вспыхивали, как спички, было ясно, что если где-то случится пожар, то нам придется туго. Тем не менее, ночь прошла спокойно, и мы уже думали, что пронесло. Я отправился домой отдыхать, а около двух часов дня был поднят по тревоге.
Наш расчет отправили в район мошава Кфар-Урия, расположенного вблизи 44-й трассы. Пожар оказался очень тяжелым. Огонь словно издевался над нами: мы тушим, а он вспыхивает снова и снова. Было ясно, что нельзя позволить ему подобраться к домам мошава, и в конце концов сумели его локализовать. Немалую помощь в этом оказали противопожарные самолеты — они носились прямо над нашими головами и делали свое дело. Потом нас перебросили к кибуцу Арэль, который тоже оказался в огненном окружении. Мы работали всю ночь с четверга на пятницу, хотя к тому времени уже валились с ног.
Что еще сказать? Думаю, мы хорошо сделали нашу работу. Могу также добавить, что пожары в этом районе бывали, но столько очагов возгорания сразу и такой силы я не припомню.
Расследование причин пожара продолжается, но уже ясно, что, по меньшей мере, в поселке Мево-Модиим, наиболее пострадавшем от огня, он стал результатом злонамеренного поджога — об этом свидетельствует наличие сразу нескольких очагов возгорания. 40 из 50 домов поселка сгорели дотла. Оставшиеся десять уцелели, но их состояние аварийное. Можно сказать, огонь стер Мево-Модиим с лица земли. А ведь это совершенно уникальный населенный пункт, официально созданный в 1964 году активистами религиозной молодежной организации "Эзра", но свое летоисчисление начавший в 1970-м, когда там поселился легендарный музыкант и раввин Шломо Карлибах, а за ним его репатриировавшиеся из США ученики и поклонники — музыканты, художники, литераторы.
Свой уникальный характер Мево-Модиим сохранил до последнего дня – был домом и репетиционной базой сразу для двух популярных в Израиле и за рубежом ансамблей хасидского рока. Там размещались несколько профессиональных студий звукозаписи, туда приезжали многочисленные религиозные и светские туристы, чтобы послушать молитвы на музыку Шломо Карлибаха в местной синагоге. Ничего этого не осталось…
— Мы не хотим верить, что больше никогда не вернемся в Мево-Модиим, — говорит житель поселка Ави Сориас. — Но возвращаться пока некуда. От нашего дома, который построил отец, а я затем достроил для своей семьи, не осталось ничего. Все произошло стремительно, пламя подбиралось к домам с какой-то фантастической скоростью. Следует понять, что большинство населения поселка составляют дети и старики, мы — молодые и люди среднего возраста — в меньшинстве. Естественно, люди заметались, стали думать, как спасать детей и родителей. Спасибо пожарным — они провели эвакуацию четко и быстро, вывезли всех буквально в четверть часа. Как мне рассказали, еще через десять минут нашего дома уже не было. Субботу мы встретили в молодежном кемпинге под Бен-Шеменом. Как могли, объяснили детям, что произошло, но младший все равно спрашивает, уцелели ли его игрушки. Мы потеряли не просто имущество: сгорел семейный архив, альбомы с фотографиями, а с ними — и вся история нашей семьи.
Именно об этом, а отнюдь не о домах, мебели и утвари сокрушаются жители поселка. 77-летний музыкант Цион Соломон, в течение многих лет состоявший в группе, аккомпанирующей раву Карлибаха на концертах, говорит, что вместе с домом сгорела студия звукозаписи, в которой среди прочего хранились и оригиналы магнитофонных кассет с записью концертов и репетиций раввина.
— Там был целый ряд его до сих пор не известных публике песен и мелодий, которые я Карлибах не успел перевести на диски. Думаю, копий ни у кого нет, и это поистине безвозвратная потеря для еврейской музыкальной культуры, — с горечью добавляет он.
Цион Соломон — отец трех братьев-музыкантов, создавших популярный ансамбль "Трио Соломон", который с успехом выступает не только в Израиле, но и в Америке и Европе. Сейчас братья планируют провести гастрольный тур с целью собрать пожертвования на восстановление родного поселка.
По словам жителей, с которыми нам удалось переговорить, в настоящее время их разместили в кибуце Хефец-Хаим, но никто из представителей властей пока с ними не встретился и не предложил никакой программы по возрождению Мево-Модиим или переноса его на новое место. Впрочем, на момент нашего разговора со времени пожара прошло всего два дня, и, думается, говорить о равнодушии властей пока рано.
Большинство погорельцев побывали в поселке в воскресенье и попытались собрать то, что осталось на пепелище, — хотя бы остатки семейных архивов, но большинству собирать было нечего. В те же дома, которые уцелели, зайти просто невозможно. Да и вместе с домами сгорела вся инфраструктура: в Мево-Модиим сейчас нет ни воды, ни электричества, и уже ясно, что на расчистку местности и восстановление домов потребуется несколько лет.
Трогательную историю, связанную с этим пожаром, рассказала газета "Маарив". Среди прочих, сгорел и дом Ярдена, молодого жителя поселка, который собирался 30 мая отпраздновать свадьбу с Элиорой. Пожар уничтожил дом, в котором молодожены собирались жить, приготовленные к торжеству костюм и свадебное платье и все остальное.
Первым порывом пары было отменить свадьбу, но, поразмыслив, молодые люди решили, что она просто обязана состояться. "Мы сочли крайне важным, чтобы жители Мево-Модиим почувствовали, что не стоит так унывать, что у нас есть повод, чтобы радоваться и веселиться, и все еще можно вернуть. Мы очень хотим, чтобы наша свадьба удалась", — сказала Элиора.
Кстати, когда о молодой паре рассказали израильские СМИ, им позвонили сразу из нескольких свадебных салонов и предложили выбрать новые костюм и платье без всякой оплаты. Израиль остается Израилем, и никаким пожарам этого не изменить…
P.S. Не один день продолжались пожары в окрестностях Бейт-Шемеша, Модиина, Иерусалима и в разных районах Галилеи. В ряде случаев уже установлено, что имели место намеренные поджоги, остальные расследуются. Все это, не считая пожаров на Юге, вызванных продолжающимся огненным террором.
[nn]
