Ну что это за странное название – Довлатов?
Вадим ХИМИЧ, Санкт-Петербург
Вот уже неделю с большим интересом изучаю список мероприятий, посвященных юбилею одного из своих любимых писателей и не могу отделаться от странного чувства. Спектакли по мотивам произведений, субботник в именном сквере, разведение Дворцового моста под одноименный саундтрек, создание легальных граффити с портретами, возложение цветов к памятнику и даже установка обелиска его собаке с парадом фокстерьеров. Аж дух захватывает. Вот это народная любовь. Чествование как в прошлом героев революции.
А всего каких-то три года назад, весной 2018 года, я мчался через пробки к открытию касс кинотеатра в торговом центре «Золотой Вавилон», искренне радуясь, что застал выход фильма в провинциальном Ростове-на-Дону. Я прекрасно понимал, что попасть на эту премьеру в Петербурге у меня нет ни единого шанса. Слишком много официальных почитателей, не протолкнешься.
У заветного окошка вытер пот:
— Девушка, милая, два билета на вечерний сеанс. Или хотя бы один. Пусть даже по цене двух.
— Билеты на вечерние сеансы начнут продаваться с 14 часов. Вы рано приехали.
— И как мне быть?
— Приезжайте в 14 часов.
— Ну нет. В два часа вы мне скажете, что билетов уже не осталось. Может быть, я вам деньги оставлю, а вы купите для меня без сдачи?..
— Вы сможете купить билеты по нормальной цене даже перед сеансом. Поверьте моему опыту, на фильм с таким странным названием ажиотажа точно не будет.
— Что же в нем странного?
— Ну что это за название – Довлатов. Непонятно о чем кино.
Милая барышня оказалась права. На премьерном сеансе оказались всего пять человек. Включая парочку с семенами подсолнуха на последнем ряду. Оттуда доносилось:
— Тю, скажений, цицьку хапай, а хавырку не чіпай!
Ну ладно, это – Ростов. Там не менее хоть раз в день хочется процитировать:
— Я встретил немыслимую женщину, она утверждает, что Джойс – иностранный напиток.
Читайте в тему:
В Петербурге культурный код, безусловно, несколько иной. Но и здесь по мере заселения новостроек все не так однозначно. И хотя организаторы утверждают, что праздник сделан исключительно на «медные народные деньги», мне все равно за торжественным разводом мостов и парадом мерещатся лощенные морды чиновников. А я почему-то никак не могу поверить в их благие намерения.
Я никак не могу понять, почему мне, ленинградцу, эмоционально ближе Sergei Dovlatov Way в Нью-Йорке, в Форест-Хиллс, на пересечении108-й улицы и 63-го проезда, чем одноименный сквер между домами 15 и 17 на Загородном проспекте. Может быть, потому что в Америке Сергею Довлатову удалось стать известным русским писателем, а на родине он «катился в болото», «лил воду на мельницу буржуазии» и «порочил все самое дорогое»?.. Или потому что здесь до сих пор унылой краской закрашивают цветное изображение Бродского?
Кстати, столь же спорные ощущения у меня остались и от фильма. Снятого, на мой взгляд, для молодого поколения. Не заставших эпоху, которую сейчас так усиленно пиарят. Не было в том кино ни «бл*ди идут», ни отчаяния, ни «коросты многодневного запоя», ни «странных побоев на Каляева». Просто очень симпатичные молодые люди собираются на квартирниках, выпивают, обсуждают литературу и искусство. Они все талантливы, все могут сделать хорошую карьеру. Не хотят просто.
Наверное, примерно так это все и выглядит из кабинета чиновника. В формулировке «Российской газеты», их официального органа: «заглавный герой сетует, что его не печатают». В оригинале, как известно, несколько иначе:
«- Я начал говорить. До сих пор мучаюсь. Как я унизился до проповеди в этом зверинце?! Боже мой, что я пытался объяснить! А главное — кому?!»
Проблема ведь не в том, что его не печатали. Просто вся обыденная жизнь советского человека была непечатной. Сильно расходилась с официальной версией.
«- Эти ребята – из органов. Завтра на лося пойдут.
— Лось-то при чем? – говорю. – Мало им нашего брата?
— Да они ничего, – шептал Бобров, – они после работы меняются.
— В какую сторону?».
Но все равно праздник – это здорово. Я с удовольствием схожу на улицу Рубинштейна и с не меньшим удовольствием положу цветы к ногам любимого писателя. Вряд ли, конечно, воспользуюсь заманчивым предложением выпить специальный коктейль «Сережа» или «Довлатте» за сто рублей по промокоду. Полагаю, что-то меня остановит. Было бы здорово выпить грамм сто под бутерброд с яйцом и килькой в рюмочной на Моховой, Стремянной или Разъезжей… Да ведь и эти времена, увы, ушли безвозвратно. Зато пока еще можно хлебнуть из горла под сигарету на набережной напротив филфака. Пока это здание не отняли у ЛГУ и не разместили там что-нибудь федеральное и значительное. Гораздо значительнее Университета.
Однако, отбросим мелочи. На самом деле, чтобы почтить память Сергея Довлатова, нужно всего лишь ко всем жизненным ситуациям относиться с юмором. Потому что до сих пор для нас всех нет большей трагедии, чем смерть Анны Карениной.
На счёт ростовских зрителей — посмеялся.))) Не говорят тАк в Ростове!!