Каждый родитель в Израиле знает, что самое страшное — это услышать звонок в дверь и увидеть за ней людей в форме…
Фото из личного архива
— Этот звук до сих пор стоит у меня в ушах, — рассказывает мне Белла, мама павшего бойца Йонатана Савицкого. — 8 и 9 октября — мы два дня сходили с ума, пытались получить хоть какую-то информацию о Йонатане. И вот, вечером 9 октября раздался звонок в дверь. Еще не открыв дверь, я уже поняла, кто там и по какому поводу. И это правда пришли они — два офицера. Сообщили нам, что Йонатан погиб. Мы спрашиваем: как он погиб? Когда? Они не знают. Где его тело? Они не знают. У меня сразу тысяча мыслей в голове: мучился ли он перед смертью? Что с ним случилось? Они не могли мне дать ответ.
Позже командир отряда, раненый в бою, рассказал родителям, что происходило в тот день. 7 октября в субботу Йонатан, боец элитной бригады "Эгоз", с сослуживцами был в Самарии, куда их вызвали для выполнения операции по задержанию террористов. Как только сообщили, что началась война, отряд из тринадцати человек выдвинулся на защиту военной базы "Кисуфим". На базе находились тридцать две девушки из отряда электронного наблюдения за границей, которые видели через камеры, как террористы взламывают ограждение и проникают внутрь. Здесь же находились солдаты бригады "Голани", три женщины, приехавшие навестить мужей на праздник, и один младенец — в общей сложности пятьдесят человек.
— Когда спецназ пробился на базу, — рассказывает Белла, — ситуация была такая: большинство бойцов "Голани" были убиты террористами, другие были ранены. Некоторые наблюдательницы спрятались в бункере, другие в жилых комнатах. Задача спецназа была сначала найти всех девочек, потом зачистить форпост от террористов. Ребята обходили комнату за комнатой, вступали в бой с бандитами, постепенно уничтожая одного за другим.
Бой длился семь часов, пока бойцы теснили террористов вглубь базы. Наконец нескольким хамасовцам удалось подняться на крышу, откуда они начали стрелять по израильским солдатам. Одна пуля прошла сверху, попала под бронежилет и убила моего мальчика. Он умер мгновенно. Он не страдал. Для меня это было очень важно знать.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Вместе с Йонатаном в том бою погибли еще двое бойцов. Все террористы были уничтожены, а находившиеся на базе пятьдесят человек спасены. Тело Йонатана привезли на базу "Шура", где оно пролежало два дня до того момента, как родителям сообщили о его гибели.
— Мы с мужем сразу же решили, что должны взять генетический материал Йонатана, чтобы у него могли быть дети. Но эта процедура должна быть произведена в течение 24-36 часов. А тут тело пролежало два дня прежде, чем нам сообщили о смерти сына, еще один день прошел, пока взяли сперму. Так что когда, в конце концов, произвели извлечение спермы, там уже не осталось ни одного живого сперматозоида. Мы не могли в это поверить: наш солнечный, умнейший, милейший мальчик!.. И вот его похоронят, и от него ничего не останется? Никакого продолжения? Его убили дважды. Сначала ХАМАС, а потом проволочки и бюрократия нашей армии. Мне нужны ответы: что происходило двое суток? Почему нам так поздно сообщили? Почему с момента нашей просьбы прошли еще целые сутки, пока процедура извлечения спермы была произведена?
На комиссии здравоохранения в кнессете, где в эти дни рассматривается закон об извлечении спермы после смерти, родители Йонатана предлагают в момент призыва спрашивать призывников об их согласии на извлечение генетического материала в случае смерти. Отметка на дискете буквой J (в честь Jonathan) будет служить сигналом на процедуру без необходимости извещать родителей и тратить драгоценное время.
— Эта процедура могла бы дать надежду на продолжение жизни нашего мальчика, даже когда его уже нет с нами.
Йонатан был талантливым программистом, но мечтал служить в боевых войсках с четырнадцати лет. Ради этого он несколько лет занимался в секции специальной боевой подготовки. Там он познакомился с Ади Арэль, ставшей его подругой. Они были вместе четыре года. В четверг 5 октября Йонатан вернулся домой на выходные и провел весь вечер с Ади. Назавтра в пятницу утром их планы прервали, так как весь отряд был вызван обратно в армию.
— Я очень плакала в то утро, — рассказывает Белла. — Я так не хотела его отпускать. Моя старшая дочь тоже служила в боевых войсках, поэтому пять лет я провела в бесконечной нервотрепке. Но в то утро у меня было особенно тяжело на душе. "Мама, для тебя это тяжелее, чем для меня", — сказал мне Йонатан на прощание. А на следующий день его не стало. Если есть ад на земле, то я там была.
Ади — офицер-артиллерист и сразу же после поминальной недели вернулась на фронт. Сегодня она воюет, и снаряды с именем Йонатана, которые она отправляет, ежедневно поражают цели в секторе Газа. А Белла Савицкая надеется, что по окончании войны будет произведено расследование событий, произошедших накануне 7 октября, и виновные в преступной халатности члены военной верхушки будут наказаны.
— Я ожидаю, что ответственность за произошедшее понесут глава военной разведки Аарон Халива, глава службы безопасности Ронен Бар, начальник генерального штаба Герци Галеви, его предшественник Авив Кохави и другие. Все они преступно проворонили планы врага и тем самым допустили гибель такого количества людей и страдание членов их семей и всего народа в целом.
Поделиться ссылкой на данную публикацию через блог IsraGeoMagazine вы можете здесь
