Детский лагерь eвpeйского отдыха под Харьковом, Ленин в кипе и талесе, крестное знамение как знак подтверждения eвpeйства и британский ортодокс Менахем, который никак не мог постичь загадочную pyccкую душу
Виктория СЕРЕБРО
"Евреи есть, а еврейского вопроса нет".
Именно так заявил американскому корреспонденту один из героев "Золотого теленка". Правда, Альберт Эйнштейн утверждал:
"Где есть евреи, есть и тень от них: еврейский вопрос".
И наши соплеменники, если пресловутая пятая графа мешала им поступить в вуз или устроиться на работу, пытались решить его с помощью связей или денег.
А вот некоторые репатрианты в Израиле порой сталкиваются с так называемым нееврейским вопросом, ибо в отличие от шизофрении еврейство передаётся только по материнской линии.
Я впервые узнала, что этот вопрос может стать ребром, в деревне Васищево под Харьковом, где израильская религиозно-сионистская организация "Бней Акива" совместно с Ортодокс Юнионом США и Канады организовали еврейский детско-юношеский лагерь на территории бывшего пионерского. Я была там в качестве переводчицы. Условием зачисления в лагерь была документально заверенная принадлежность матери воспитанника к святому народу. По всем спорным вопросам нужно было обращаться к заместителю директора Менахему, который когда-то репатриировался в Израиль из туманного Альбиона. Манеры истинного джентльмена, лондонский диалект и мягкость характера сразу вызвали у меня симпатию. Но позже я убедилась в том, что, когда речь заходила о строгом следовании законам Галахи, он был железа твёрже. В первый же день нашего сотрудничества он возмутился шалостью воспитанников, напяливших кипу и талес на бюст Ленина:
"Виктория, пожалуйста, скажите детям, что так делать нельзя, ведь он же был гоем".
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
Едва сдерживая смех, я заметила, что Бланк, дедушка Ильича по материнской линии был евреем.
"Дедушка, но не бабушка", — резонно возразил Менахем.
Версия о том, что возможно Ленин вместе с евреем Зиновьевым отмечал в Разливе Суккот, его не впечатлила.
В этот момент к нам подошла дородная женщина в возрасте, до которого Бальзак не дожил, тащившая за руку девочку лет тринадцати, и спросила:
"Почему мою внучку не берут в ваш лагерь? Подружку приняли, а чем моя Светочка хуже? Оценки в табеле у неё даже лучше и общественная активность выше".
Проверив документы и не найдя в них ни единого упоминания о причастности к еврейству, Менахем объяснил ей, что в нашем лагере детей приобщают к иудейской религии и еврейским традициям. Воспитанная в духе пролетарского интернационализма я глубоко сочувствовала бедной девочке. То, что человека куда-то не принимают из-за того, что он еврей, было делом привычным, но с тем, что чего-то могут лишить по совершенно противоположной причине, столкнулась впервые.
А горластая бабушка никак не унималась. Она ходила за нами по пятам, то возмущаясь, то умоляя. Менахем никак не мог постичь загадочную русскую душу.
"Виктория, я понимаю, что экономическая ситуация в вашей стране сейчас тяжёлая, но посоветуйте ей обратиться в какой-нибудь христианский благотворительный фонд. Я бы ни за что не отдал своего ребёнка в мусульманскую или в христианскую организацию".
И тут настырная просительница сменила тактику. Смущённо улыбаясь, она поведала нам семейную тайну. Оказывается, мама Светочки в тайне от законного мужа родила дочку от завмага Аркашки Фишмана.
"Светочка, стань в профиль. Вы видите, это же еврейский ребёнок".
На это Менахем ответил сакраментальным постулатом о том, что еврейство передаётся только по материнской линии. Бабуля не сдавалась.
"Вы знаете, я никому не говорила, но вам признаюсь. Я нагуляла дочку от зубного техника Фимы Гуревича. Истинный крест!"
Я не хотела переводить эту клятву на английский, чтобы не навредить бедняжке Светочке. Но тут якобы бывшая пассия еврея Гуревича опрометчиво осенила себя крестным знамением, честно глядя в глаза Менахему, что и поставило крест на возможности зачислить Свету в еврейский лагерь. Но сердобольный заместитель директора вручил разочарованным просительницам шоколад, растворимый кофе, консервы и прочие дефицитные продукты. Запихивая в кошёлку гуманитарную помощь, разгневанная бабушка ворчала:
"Говорила я тебе, Светка, что нечего связываться с этими жидами. У них даже снега зимой не допросишься".
