Как Персей и Горгона Медуза подняли великого флорентийского скульптора со смертного одра
Дмитрий ЧЕРНЫШЕВ, Турин
Любая пропаганда (и религиозная, и политическая) разрывается между двумя полюсами: с одной стороны надо показать своего героя прекрасным рыцарем в сияющих доспехах, а противника — маленьким, жалким и смешным, а с другой стороны нужно как-то объяснить зрителю, почему война с врагом еще не выиграна, если враг такое ничтожество.
Поэтому мне безумно нравится “Персей с головой Медузы” работы Бенвенуто Челлини, стоящий во Флоренции. И у Персея и у Медузы почти одинаково прекрасное лицо, те же опущенные веки и спокойное выражение, а кудри Персея хорошо рифмуются со змеями Медузы. При этом отрубленная голова не изуродована предсмертной гримасой.
Мне кажется, Челлини хотел сказать, что для того, чтобы победить своего противника, нужно быть, как минимум, не хуже него. Мне нравится возвращение к греческой традиции: у Гомера и Ахилл, и Гектор — великие воины и ни один из них не похож на персонажа Кукрыниксов.
Напомню и про рассказ Овидия — у него Медуза была прекрасной девой, обращенный в чудовище только по прихоти богов.
Подписывайтесь на телеграм-канал журнала "ИсраГео"!
* * *
Историю про автопортрет Челлини на затылке шлема Персея знают, наверно все. Но чтобы два раза не ходить, напомню про легендарную историю отливки “Персея”.
О ней рассказывает сам скульптор в книге “Жизнь Бенвенуто, сына маэстро Джованни Челлини, флорентийца, написанная им самим во Флоренции”. Это героический (и несколько приукрашенный) эпос. В нем Челлини покоряет прекрасных женщин, участвует в обороне Рима, общается с папами, королями и герцогами, не выпускает шпагу из рук и постоянно участвует в вендеттах. Ему все завидуют, против него плетут интриги и его оговаривают, он садится в тюрьму и героически бежит из нее, сломав при этом ногу, но каждый раз побеждает благодаря своим талантам.
Так вот. Козимо I Медичи заказывает Бенвенуто сложнейшую бронзовую статую и Челлини решает отлить ее за один раз, хотя все говорят, что это технически невозможно и очень рискованно — для такой работы обычно нужно несколько отливок, а потом статую собирают по частям. Но Челлини уверен в своих силах.
Челлини сложил печь и форму и раскалил печь, плавя огромную массу металла, но в решающий момент его свалила жестокая лихорадка. Он пишет, что был при смерти и, думая, что умирает, слег в кровать, оставив отливку подмастерьям. В это время начинается страшная гроза и тут ученик вбегает с вестью, что все пропало: бронза “свернулась” и застыла, металл не течет и форму не заполнит.
В ярости и отчаянии Челлини вскакивает с одра и бежит спасать отливку — раздувает гигантский огонь в печи, от которого загорается крыша мастерской, грозя обрушить кровлю на головы рабочих.
Снаружи бушует гроза, внутри начинается пожар, но мастер ничего не боится. Чтобы сделать бронзу текучей, Челлини бросает в расплав всю домашнюю оловянную посуду — тарелки, миски, блюда (до двух сотен предметов). Олово понижает температуру плавления и повышает текучесть бронзы. И случается чудо — металл вновь потек, заполнил форму и отливка удалась почти безупречно, лишь пальцы одной ноги вышли неполными, но это мастер потом исправил. Обессиленный и торжествующий Челлини оправился от лихорадки и праздновал свой триумф.
Но статуя и вправду потрясающая.
Телеграм-канал автора #@ResistanceRF
