Из диалогов с дочерью, разделенных тремя десятилетиями и двумя странами
Паулина ЧЕЧЕЛЬНИЦКАЯ, Тверия
От нечего делать я стала читать книжку Зои Воскресенской «Сердце матери» — о Марии Александровне Ульяновой, матушке Ленина. Что бы там ни говорили, а воспитание в семье Ульяновых было поставлено правильно.
Рассказала об этом своей взрослой дочери, которая работает медсестрой.
— Маленький Володя был большой непоседа, не мог подолгу заниматься чем-нибудь.
— А, понятно, он был гиперактивным ребёнком! — мгновенно отреагировала дочь. — В Израиле таким риталин дают, для успокоения.
— Н-да, — сказала я. — Тогда риталин ещё не придумали.
— А жаль! — вздохнула дочь. — Может быть, история по-другому бы сложилась.
***
Лет тридцать тому назад ехали мы с моей четырёхлетней дочерью в троллейбусе. Народ сидел на своих местах и безмолвствовал. Впереди кто-то заёрзал на дерматиновом сидении. Раздался характерный звук, но никто не среагировал — устали после работы, нет сил языком ворочать. Дочка вопросительно посмотрела на меня.
— Мама, — громко, на весь троллейбус, сказала она, — это ты пукнула?
Пассажиры мгновенно повернули к нам головы.
— Доченька, — забормотала я, — некрасиво так говорить.
В троллейбусе засмеялись. Люди, позабыв об усталости, сбросили с себя оцепенение.
— Вот девка! — зашелестело вокруг. — Правду-матку в лицо режет!
— Это как в сказке: «А король-то голый!» Дети никогда не врут.
— Как вам не стыдно! — сказала я и покраснела, как рак. — Ребёнок глупость сказал, а вы и рады.
— Да ладно тебе, мамаша! — крикнул кто-то. — Чего стесняешься! С кем не бывает!
И весь троллейбус начал обсуждать, как дети порой ставят своих родителей в неловкое положение. А я, подхватив дочку, выскочила на первой же остановке.
***
Через неделю ехали мы с дочкой по тому же маршруту, из детского сада возвращались. Остановка у городского драматического театра. Помпезное здание украшено в предстоящей годовщине Октября огромными портретами Маркса, Энгельса, Ленина. Дочка радостно воскликнула:
— Мамочка, посмотри, Ленин! Правда?
Я подтвердила:
— Да, это Ленин.
— А кто это рядом с ним? — не отставала дочка.
Только я собралась ей объяснить, как она радостно закричала, словно бы сделала открытие:
— А я знаю, знаю! Это его дружки!
Пассажиры стали давиться от смеха.
То, что не дозволено быку, разрешено Юпитеру. Так, кажется, говорили древние римляне.
