Историк, журналист и экскурсовод Игорь ТРИБЕЛЬСКИЙ продолжает цикл "Евангельская персоналия"
В Евангелии многократно упоминаются те или иные монеты. Например, серебряники – суда по всему, это шекели, или тетрадрахмы, в большинстве своем, отчеканенные в городе Тире. Или лепта – самая мелкая медная монета, она же, прута. Или динар с изображением Тиберия, упоминание которого Иисус сопровождает требованием "отдать кесарю кесарево".
Но есть монеты, которые непосредственно связаны с упомянутыми в евангелии правителями. Все они – негативные фигуры, отрицательные персонажи текста, но нам ценен каждый, кто, так или иначе, связан с этой историей.
Тетрарх Филипп упомянут в евангелии от Луки как примета времени (Лк, 3:1), а у Марка и Матфея в качестве первого мужа Иродиады, у которого ее увел Ирод Антипа. Кроме этого, в тех же двух текстах говорится о "странах Кейсарии Филипповой". Не то чтобы он был очень активен, но, несмотря на то, что он вообще не действует, а только присутствует где-то на горизонте повествования, увидеть его профиль на монете, почему-то, приятно. Тем более, вместе с главной постройкой упомянутого в Евангелии города.
Причем, эти четыре колонны под треугольным фронтоном с розеткой в центре есть нечто, что косвенно (давайте не побоимся, и скажем – прямо) упомянуто в Апокалипсисе. Там в 13-й главе из моря выходит зверь с семью головами и десятью рогами. Одна из голов имела смертельную рану, но отжилась. Вслед за ним вышел другой зверь, у которого были бараньи рога и он говорил голосом дракона. И второй заставил поклоняться первому.
Мой любимый профессор Исраэль Кноль из Еврейского Университета считает, что первый из этих зверей есть Рим, а второй – Августа. И видит в этих образах аллегорическое отражение реальных действий царь Ирод. В двух городах своего государства, Кейсарии на берегу Средиземного моря и Паниасе у подножья горы Хермон (который потом стал Кейсарией Филиппа), он построил одинаковые здания языческих храмов и поместил в них статуи богини Рима (первого зверя) и лично Цезаря Октавиана Августа (зверя номер два). Разумеется, оба были давным давно разрушены, и монета тетрарха Филиппа сегодня имеет интерес как важный исторический документ.
В отличие от Филиппа, дочь Иродиады действует, да еще как! По Флавию мы знаем ее имя и уточненные родственные связи: она – Саломея Младшая, прямая правнучка Саломеи Старшей по женской линии (Саломея, сестра Ирода, ее дочь Береника, ее внучка Иродиада). Отец нашей дамы – Ирод Боэтос, первый муж Иродиады на самом деле. А Филипп, согласно Флавию, был ее первым мужем. И как только Филипп из мужа Иродиады (которым его сделали евангелисты) превращается в ее зятя (что трижды утверждает Иосиф Флавий), мы сразу получаем знак, позволяющий датировать все евангельские события.
Чтобы плясать на пиру, о котором написали Марк и Матфей, Саломея должна быть свободна. То есть, не иметь мужа. Есть всего два варианта: быть ЕЩЕ незамужней девушкой или УЖЕ вдовой. Первый не проходит по многим причинам. Остается только второй. Значит, для того, чтобы описание пира было правдой (а это хотелось бы), Филиппу придется умереть. Думаю, он не должен на это обижаться. В конце концов, его никто не убивал. Он умер в своей постели, по собственной инициативе, окруженный любовью и почетом, да и похоронен в обалденном по красоте месте – городе Юлии, по совместительству еще и евангельской Вифсаиде (Бет Цайде). Который по непонятной мне причине игнорируют православные паломники. И только редкие баптисты, все-таки, добираются туда под вечер.
Правда, после его смерти началась катавасия местного значения вокруг его тетрархии. И, между прочим, по его прямой вине – за 37 лет своего правления он так и не сумел завести детей. Вот тут-то Ирод Антипа срочно влюбился в тещу Филиппа и, не откладывая дело в долгий ящик, женился на ней. Тем самым, в качестве приданного он, незаметно для невооруженного глаза, получил в падчерицы Саломею, а вместе с ней и права на осиротевшую тетрархию.
Потому что вдовушка была единственной формальной наследницей покойного мужа.
Но ее положение требовало подкрепления, поэтому Саломею следовало быстро выдать замуж за кого-то из своих. Вот она, дорогие друзья, внутриполитическая потребность в пире! А Флавий его не упоминает. Вроде бы, великий историк, и на тебе. Вроде как, подкачал. Некрасиво себя повел. Из-за него у нас остается привкус сомнения, был ли этот пир на самом деле, или это изобретение народного фольклора, из которого почерпнули этот сюжет евангелисты.
Не знаю, как вы, но здесь я полностью на стороне Марка и Матфея. Да что такое, в конце концов, почему все время надо верить этому перебежчику! Пир был, и все тут! Потому что, есть результат. Саломея-таки встретила кого-то из своих! Нового избранника легендарной красавицы стал Аристобул. Учитывая, что носителей этого имени в семье Ирода Великого было хоть пруд пруди, приходится определять его по папе. Ирод, брат Иродиады. Позже он получил тетрархию со столицей в городе Халкия (современный Аджнан в Ливане) и вошел в историю как Ирод Халкидский. Таким образом, супруг приходился Саломее двоюродным братом. Совсем в традициях этой семейки.
Спустя некоторое время император Нерон назначил Аристобула Иродовича царем Малой Армении. И в этой должности тот провел сорок лет, если не больше. Но продолжительность правления – это его личное дело, нам же важно, что он чеканил монеты. Жену, по всей вероятности, А. И. любил (или находился "под ее башмаком"), что нашло любопытное выражение. На одной стороне монеты (аверсе) он отчеканил, как положено, свой профиль, а на обратной (реверсе) – жены. Саломеи. Дочери Иродиады, которая танцевала на пиру. И попросила голову Иоанна Крестителя. Ее профиль с волевым подбородком на нижних изображениях обеих монет. Вот так!
Следующая монета, хоть и мелкая разменная, но не нуждается в особой рекламе. Достаточно сказать, что ее отчеканил один из самых важных персонажей – Понтий Пилат.
Начнем с того, что этот наместник носил должностное звание (чин) префект, а не прокуратор, как все привыкли считать с легкой руки Флавия. Вот вам, пожалуйста – главный источник, но и его приходится поправлять! Флавий, вообще, небрежно относится к римской "табели о рангах" – в какой-то момент он называет Пилата претором – а это уже, извините, ни в какие ворота.
Между префектом и прокуратором есть существенная разница. Первый – это командир (преторианцев), капитан (корабля), комендант (крепости). Начальник чего-то конкретного. Непременно, римлянин, чаще всего, из высшего сословия плебеев, или всадников, как, собственно, Пилат. Прокуратор – управляющий хозяйством знатного патриция. Может быть кем угодно, в том числе и вольноотпущенником. Теоретически, даже рабом. Тот, кого мы, привычно, называем "императором", на самом деле был "принцепсом" – первым в списке сенаторов. И все! В более широком смысле – первым среди всех граждан. Рано или поздно встал вопрос: а как соотносятся со этими "всеми гражданами" люди его личного аппарата, кураторы и прокураторы? И император Клавдий (41 – 54) без лишнего шума провел в Сенате закон о том, что решения его подчиненных будут приниматься без возражений, как и преторов и консулов. После этого императоры начали назначать наместниками своих провинций прокураторов. В Иудее же это произошло после короткого правления царя Агриппы I.
На самом деле, должностное звание Пилата не имеет значения. Так, к слову. Чтобы быть точным в мелочах. Гораздо интереснее имена, которые написаны на обеих сторонах монеты. Точнее, второе, потому что с первым все ясно – Кейсар Тиберий. А то, которое важно – Кейсар Юлия (именно так, в мужском роде). И тут вопрос – что вдруг? Ведь Тиберий свою мамашу, урожденную Ливию Друзиллу, мягко говоря, недолюбливал (и было за что), отдалил от себя и не общался. Хотя, конечно, репрессировать ее, подобно многим другим родственникам, не посмел. Зачем же наместнику нужно было так заискивать перед ней, полуопальной? Может, сами догадаетесь? Ответ прямо написан в моей предыдущей публикации.
Монеты, которые вы здесь видите – это, не более, чем иллюстрации, заметки на полях. Но есть такая, которую сам Иисус, лично, использовал в качестве наглядного пособия во время своей назидательной беседы с апостолами. Держал в своих руках и показывал ученикам…
